Казначей - Чингиз Абдуллаев

– Так. Уже интересно. – Незнакомец повернулся и пошел вглубь леса. – А вы считаете, что те, кто работает с вами, не могут приниматьтаких решений?

– Могут. Но они не всегда бывают продуманными.

– Свежая мысль. В последнее время вообще не бываетпродуманных решений. Кто мог подумать еще несколько лет назад, что мы будемжить в подобную «эпоху перемен»? Если бы мне предсказали еще десять лет назад,что Советский Союз распадется, а с карты мира сотрут ГДР или Югославию, я быникогда не поверил. Но такие метаморфозы произошли, и, видимо, они еще непоследние. Вы недовольны своим положением? Вам кажется, что с вами неправильнообращаются?

– Нет-нет. Я достаточно разумный человек, чтобы не требоватьособого обращения, – усмехнулся Анатолий. Он понимал, что с этим невысокимнезнакомцем нужно быть предельно осторожным и откровенным.

– Тогда в чем ваша проблема?

– Я считаю, что непродуманные действия моих партнеровнаносят ущерб моему бизнесу и вредят их интересам.

– Давайте более конкретно. У вас есть конкретныедоказательства?

Он достал бумаги.

– Вот. Меня попросили выдать пять миллионов долларов изденег «особого фонда» без должного обеспечения. Это, конечно, грубое банковскоенарушение, но человек, отдавший мне это указание, пообещал хорошие процентычерез год.

– Чем он объяснил такую срочность? – повернулся к нему«Львовский Визитер».

– Сказал, что это его родственник.

– У кавказцев всегда сильные родственные кланы, –рассудительно произнес «Львовский Визитер». – Но они не сказали, куда именнопойдут деньги?

– Нет. Но потом попросили еще полмиллиона.

– Ну да. Своя рука владыка. Бери сколько хочешь. И вы сновадали?

– Нет. Я отказал, и в грубой форме. Сказал, что тогда нужнообращаться в «МММ» или в «Чару». Но только не ко мне.

– Сильно. И смело. Они не настаивали?

– В этот раз не настаивали. Но рано или поздно они снова попросятденьги. Я каждый раз по мелочам финансирую их капризы.

– Из «особого фонда»? – уточнил «Львовский Визитер» и хитровзглянул на свого собеседника.

– Только оттуда.

Оба прекрасно понимали, что значит «особый фонд». Но даже влесу, среди деревьев, они не смели говорить того, чего не следовало. Незнакомецостановился. Снял кепку, подставляя лицо приятному ветру. Затем надел кепку,взглянул на Анатолия и неожиданно сказал:

– А теперь давайте начистоту. Неужели вы решили встретитьсясо мной только из-за этого? Никогда не поверю. У вас должны быть более вескиепричины для встречи. Вы не мальчик и отдаете себе отчет, с кем вы имеете дело.Если человек, о котором мы оба думаем, сумеет каким-то невероятным образомузнать о нашей сегодняшней встрече, то у меня будут неприятности. Но они неидут ни в какое сравнение с теми последствиями, которые будут у вас. Вы этосознаете?

– Думаю, что да.

– И все-таки пришли на эту встречу. Что-то личное? Толькооткровенно. Я все равно узнаю рано или поздно, но мое доверие к вам будетсерьезно подорвано.

– И личное тоже. Я только недавно узнал, что он был другоммоего отца. Они вместе сидели в лагере в начале пятидесятых…

– Эти романтические времена, – иронически произнес егособеседник.

– Их было трое. Мой отец, наш знакомый и третий, которыйнедавно освободился. Он рассказал мне о том, как наш знакомый подставил моегоотца. Он обязан ему своей жизнью, но когда понадобилось, он без колебанийприказал убить моего отца.

– Согласен, довод более чем убедительный. Я был на томсовещании, когда он предлагал вашего отца. И мы его предупреждали обответственности. Но он уверял нас, что все будет нормально. Хотя уже тогда мысильно сомневались. Все-таки фронтовик и крупный чиновник. Теперь ясно, что оношибался.

– И очень сильно ошибался! – в сердцах воскликнул Анатолий.– Он приказал убрать моего отца, и его убили.

– Это уже интересно. Он убрал казначея без нашего согласия.А нам сказал, что там произошла «смена поколений» и вы замените вашего отца.

– Он убил моего отца, а на меня наложил «оброк» в сорокпроцентов от суммы, которую я с огромным трудом ему собрал.

– Сорок процентов – очень солидная сумма. Вы ничего непутаете?

– У меня есть все документы.

– Значит, он нас все время обманывал, – удовлетвореннокивнул «Львовский Визитер». – Впрочем, этого следовало ожидать. Я всегдадопускал нечто подобное. В нем азиатская жестокость сочеталась с какой-торебяческой наивностью. Очень опасное сочетание, особенно часто встречающееся унаших южных друзей. Сорок процентов. И эти деньги тоже вертятся в вашем банке?

– На них я составляю отдельную смету. Но это еще не все.Недавно он приказал убить и третьего приятеля, который сидел с ними в лагерях.Его застрелили прямо перед окнами моего кабинета. Я понимаю, что былопоказательное убийство. Требовалось напугать меня и убедить всех в строгомвыполнении указаний, но у нас ведь банк, а не публичный дом. И от репутациибанка зависит число его клиентов и деньги, которые там работают. Поэтому яполагал, что просто обязан с вами встретиться и обо всем вам рассказать.

– Вы поступили правильно, – сказал «Львовский Визитер». –Если вы разрешите, я возьму у вас эти бумаги. Обещаю, что они не попадут вчужие руки. Больше никаких личных мотивов у вас нет?

– Вы можете проверить. Я представляю, что бывает с людьми,которые пытаются вас обмануть.

– Это бывает и с людьми, которые говорят правду, –усмехнулся его собеседник. – Но давайте с вами пройдем дальше и немногопофантазируем. Вы прекрасно знаете, что через несколько месяцев состоятсявыборы нашего Президента. Судя по всему, рейтинг у него не просто низкий, авообще никакой. Но альтернативы у нас нет. Коммунисты не пройдут. Так, кажется,говорила знаменитая Долорес Ибаррури?

– Она говорила: «Фашисты не пройдут», – напомнил без тениулыбки Анатолий.

– Верно, конечно. Коммунистов не пропустят, остальные не всчет. Значит, нужно выбирать нынешнего. Денег на выборы тоже нет. Но мы все«демократы». И мы все должны будем найти деньги на эти выборы. Вы меняпонимаете?

– Конечно. Можно придумать массу всяких уловок. Проводитьзалоговые аукционы, передать собственность в руки банкиров. С ваучерами неочень получилось, можно сделать иначе.

– Я вижу, что вы знающий человек. В том, чтобы коммунисты несмогли вернуться к власти, в первую очередь заинтересованы и такие люди, какмы. Вы нас понимаете? Свободный выезд за границу, свободный обмен валюты,функционирование сотен и тысяч игровых казино, почти легализованнаяпроституция, возможность открытия счетов в банках – это возможно только безкоммунистов. Поэтому мы сделаем все, чтобы поставить на нынешнюю власть. Этонаша власть. Раньше говорили «народная». Сейчас можно придумать другое слово.