Солдат удачи - Валерий Николаевич Ковалев

Максим же вместе с Бертолетом, назначенным замкомвзвода, составили график охраны лагеря. Он включал в себя три смены, с задействованием всего личного состава, кроме кухонного наряда. Посты были стационарными, в пределах добычной площадки. Со стороны джунглей — два подвижных.

Служба оказалась необременительной. Все было мирно и спокойно, только изрядно досаждали москиты и жара. К тому же стоял сезон дождей, регулярно проливавшихся на землю. В полуденные часы температура воздуха достигала тридцати градусов, вечерами от реки налетали тучи кровососов.

Жена Гаршина — Ольга Тимофеевна, оказавшаяся врачом, предупредила, что пить из реки и купаться опасно. Воду предварительно кипятили. От гнуса же у палаток разводили дымные костры, а внутри натянули несколько противомоскитных сеток. Поделились геологи.

Отношения с ними у бойцов складывались нормально. Днем те и другие занимались своими делами. Вечерами же вместе смотрели по спутниковому телевидению две пробивавшиеся в эфир российские программы, играли в домино и нарды.

Через неделю пришло время отправлять добытые алмазы в Банги. Раньше доставку обеспечивали жандармы, теперь это стало обязанностью бойцов «Вагнера». В столицу выехали на утренней заре.

Впереди джип с Гаршиным, Найденовым и Жаном, там же контейнер с алмазами. Позади УАЗ, за рулем Бертолет, с ним три бойца.

Выехав с равнины, углубились в проснувшиеся джунгли с какофонией всевозможных звуков, и машины пошли уже заросшей колеей. Пряно пахло тропическими растениями и чуть гнилью. По ветвям и лианам уходивших в небо деревьев прыгали мартышки. Монотонность движения навевала дрему. Когда одолели половину пути, на дороге впереди показалась лежавшая поперек пальма.

— Стоп! — положил Найденов руку на плечо Гаршина, сидевшего за рулем. В двадцати метрах от дерева оба внедорожника остановились. С заднего выпрыгнул боец с автоматом на изготовку.

В тот же миг из зарослей ударили выстрелы.

— К бою! — заорал Максим, выбив плечом дверку, и тоже открыл огонь. Со второго автомобиля зарокотал ДШК, срезая все впереди. Дружно ударили «калаши».

Через несколько минут перестрелка закончилась, возникла звенящая тишина. На землю, кружась, опадали листья.

— Все живы? — вщелкнул командир в приемник новый магазин.

— Да! — откликнулись от машин.

Обернувшись назад, сделал знак рукой и, согнувшись, порысил к зарослям. Все, кроме Гаршина с пулеметчиком, развернувшись веером, — за ним. Там обнаружили несколько примятых лежек и двух убитых африканцев. Прихватив израильский автомат «узи» с американской винтовкой М-16, вытащили тела к дороге.

— Да это же один из охранявших нас жандармов! — начальник партии указал на труп в камуфляже. — Зовут Отхиамбо.

— А второй? — взглянул на него Бертолет.

— Этого не знаю. Но, судя по татуировкам на руках, он из племени мака.

— Здесь все ясно, — утер лицо панамой Максим. — Решили напасть, когда будем доставлять очередную партию алмазов, и поживиться.

Жан, все это время стоявший молча, презрительно сплюнул на жандарма:

— Сын бабуина!

Оттащив пальму с перистыми листьями в сторону, погрузились на машины, тронулись.

В полдень были в столице. Покружив по городу, остановились у ворот российского посольства с триколором. Там с соблюдением всех формальностей Гаршин сдал контейнер уполномоченному чиновнику, рассказав о дорожном инциденте.

— Я поставлю в известность посла, — заверил тот. — Мы подготовим ноту.

Гаршин остался в посольстве, а вагнеровцы отправились на базу, где Максим доложил о нападении Филину. Тот внимательно выслушал, приказал изложить все в рапорте. Потом, открыв сейф, достал пачку африканских франков.

— Держи. Поощрение, предусмотренное компанией. Теперь можете с дороги вымыться и поесть. Завтра отправитесь обратно. Вопросы?

— У нас там много гнуса, командир. Жрут поедом. Нужны москитные сетки.

— А вы их при выезде разве не получили?

— Нет.

— Я накручу хвост коменданту. Что еще?

— Хотелось бы посмотреть столицу.

— Это само собой. Но только все вместе и с оружием. Европейцев-одиночек тут воруют. А затем требуют выкуп.

Посетив душевую и столовую на объекте, пару часов поспали в оборудованном под казарму зале с зашторенными окнами. Когда жара чуть спала, отправились на своем УАЗе в город. За проводника был Жан. Парням он нравился, был общительным и веселым, много чего рассказывал о стране.

Хотя Банги, основанный французами, существовал более века, особых архитектурных памятников не имел. Порулив по запруженным улицам, «туристы» навестили площадь Свободы с обелиском в виде белой птицы и католический собор Нотр-Дам. Затем посидели в кафе на набережной, где всласть попили ледяного пива, закусывая креветками.

— Теперь вам следует побывать на нашем знаменитом рынке Марше Сентраль, — предложил Жан, когда расплатились.

Рынок находился в центре города недалеко от речного порта. Это был целый квартал с магазинами, торговыми рядами, лавками и палатками. Здесь продавалось все, от европейских и азиатских товаров до изделий местного производства. Следуя внедорожником там, где удавалось, впечатлились разнообразием красок, форм и запахов, типажами продавцов и покупателей.

В одном месте остановились, купив несколько сувениров, а на выезде посетили супермаркет. Посоветовавшись, на премиальные закупили тридцать блоков французских сигарет и ящик шотландского виски. На закате дня, полные впечатлений, вернулись к себе на базу. Там встретились с другими бойцами роты, вернувшимися с учебного полигона, обменялись новостями и впечатлениями.

Инструкторы рассказали, что президентская армия полный отстой, предстоит много работы, а «охранники» поведали о своей службе и отбитом нападении. Удивления это не вызвало, считалось обычным делом.

Утром, загрузив в УАЗ к уже имеющемуся полученные на складе москитные сетки, попрощались с коллегами и отправились к российскому посольству, откуда выехал джип Гаршина.

Максим с Бертолетом и Жан пересели туда. Машины покатили к выезду из столицы. Обратный путь занял меньше времени, за час до обеда были на месте.

Гаршин отправился к своим геологам, а Максим вручил парням по блоку сигарет и виски. Из расчета бутылка на четверых. Остальное оставил до лучших времен.

Сезон дождей между тем закончился. Наступил декабрь, вместе с геологами вагнеровцы отметили Новый год. На площадке установили срубленное в джунглях деревце, похожее на елку, украсили его серпантином и фольгой. Организовали совместное застолье. Пригодился оставленный про запас виски, из убитой в саванне антилопы приготовили барбекю.

Все это время Гаршин вел изыскания на реке, потому что россыпь в этом месте иссякала. Для разведки геолог использовал небольшой катер, оправлялся вместе с Найденовым и Жаном. Тот знал местные наречия прибрежных племен.

Те встречали чужеземцев настороженно, но черный переводчик вызывал доверие, и это упрощало отношения. За франки и недорогие подарки местные порой сообщали сведения о возможных залежах, считая алмазы никчемными стекляшками.

Одним таким утром катер отчалил от драги в привычном составе.

У Гаршина имелась подробная карта со всеми