Атака ихтиандров - Анатолий Сарычев

Вынырнув около камня, Федор принялся делать гипервентиляцию легких, наблюдая, как в лагуну вошел маленький глиссер, в котором сидел звероподобный абориген, до самых бровей заросший иссиня-черной бородой. Причалив напротив палатки, он, не вставая со своего места, протянул руку и, как только Мила, перешла на борт, сразу включил реверс. Помогая женщине взойти на глиссер – вернее, небольшой плотик с носом, позади которого был установлен метровый винт, – бородач сморщился, как будто съел целиком лимон вместе с кожурой.

Мила, одетая в длинные шорты и футболку, без слов уселась рядом, положив на колени холщовую сумку, которую несла на плече.

Плотик задом отошел от берега на середину лагуны и остановился.

– Как ты мне надоела, коза! Сколько с тобой хлопот… Вози тебя туда-сюда! Одного бензина двести литров истратили. Слава Аллаху, сегодня последний раз везу! – ощерив заросшую пасть, по-русски сказал бородач, повернувшись всем корпусом к женщине.

– Что я тебе плохого сделала? Ни разу не нагрубила, всегда точно выполняла твои команды, даже слова не сказала против! – сказала Мила, не убирая рук с сумки, которая лежала на коленях.

– Ты просто старая, противная женщина, которую настоящий мужчина ни за какие деньги не трахнет, – сказал абориген, расправляя и без того широкие плечи.

– Ты уже один раз предложил потрахаться. Хорошо помнишь, что я тебе ответила, Муса? Если хоть один волос упадет с моей головы, то не только тебя, но и всю твою семью вырежут. Напомнить, чьи это слова? – неожиданно жестко сказала Мила.

– Сейчас надо торопиться. Скоро прилетит вертолет и потопит тот катер. Если успеем, то можешь посмотреть… – Бородач как-то моментально усох, и даже плечи у него стали у#же.

«Так его, девочка! Мордой в грязь, и подольше подержи», – похвалил Федор одноклассницу, делая глубокий вдох. Оттолкнувшись от камня, он вытянул руки и мощно заработал ногами.

«Значит, я Милке до сих пор небезразличен! Но девочка она не простая. Так, ладно… Один поворот, второй, теперь подняться на метр выше… Увеличить скорость! До времени рандеву с Зубом осталось сорок пять минут», – сам себе командовал Федор, тенью скользя по узкому тоннелю в скалах, который становился все темнее.

«Так и заблудиться недолго», – только успел подумать Федор, как увидел лежащий на дне ребризер.

Еще десять минут, и показалась широкая спина Зуба. Едва Федор уселся на место, как вытянул руку вперед и покачал ею вверх-вниз[15]Зуб включил двигатель и тронулся с места. Федор снова простер руку, тыльной стороной ладони вниз, и таким образом совершил два круговых движения[Профессиональный сигнал водолазов, означающий: «Быстрее!». –Прим. авт.]. Буксировщик рванул вперед, как пришпоренный.

«Как Зуб при такой видимости может вести буксировщик на такой скорости?» – удивился Федор, но тут заметил на товарище трофейную маску.

«Теперь понятно, почему ты такой глазастый! Масочка-то оснащена ПНВ…»

Буксировщик выскочил из тоннеля и, сделав поворот, помчался вперед. Снова вытянув руку, Федор сжал кулак и отведенным большим пальцем указал вниз. Буксировщик опустился и теперь несся на расстоянии метра от дна.

Впереди раздался глухой взрыв, следом – еще один. Федор резко сжал правое плечо Зуба, который и сам без команды снизил скорость и начал всплывать. «Жалко, что у нас нет перископа!» – подумал Сом, осторожно высовывая голову из-под воды.

На высоте ста метров ясно была видна вертушка, кружившая недалеко от них. Катера на поверхности моря видно не было.

– Похоже, наши соратники приказали долго жить, – сказал Зуб.

– Надо посмотреть, что случилось.

– Просто так военные катера не взрывают.

– Я думал, что катер взорвут под водой.

– Тогда давай погружаться! – сам себе приказал Зуб, перекладывая горизонтальные рули.

Вертолет, взревев двигателем и резко наклонив нос, пошел в сторону берега. И тотчас стало совсем темно. Зуб на глубине пяти метров включил прожектор и увеличил скорость буксировщика. Осторожно подойдя к месту, где еще недавно стояло судно, Федор обнаружил катер, лежащий на правом боку. Корма была разворочена взрывом, а вот носовая часть осталась совершенно целой. Развороченная грудь капитана и половина головы матроса исключали возможность их оживления. А вот Рейджа видно не было.

И тут Федора как будто ударило током:

«Пленник! Боксер, запертый в каюте, мог остаться живым!»

Соскользнув с буксировщика, Федор быстро поплыл к кубрику. Замок открылся после поворота ключа. Из каюты выскочил пленный, на котором был надет акваланг, и, работая брасом, попытался удрать от катера. Попав в нежные объятия Зуба, не стал сопротивляться, а прижавшись к его груди, затих.

Федор, ткнув пальцем в сторону носа судна, сам нырнул в каюту. Пять минут работы – и сумки с деньгами, одеждой и оружием стояли около катера.

Зуб тем временем вытащил тюк с надувным катером и привязывал его тросом к буксировщику. Боксер в это время, вцепившись в леер взорванного катера, висел на нем, выпуская огромные пузыри воздуха.

«Надышаться не может, бедолага», – пожалел Федор, ясно представляя, что пришлось перенести парню, когда сначала расстреляли катер, потом взорвался бак с горючим – а ты находишься в запертом помещении, из которого нет выхода.

«Наука тебе, парень, будет на всю жизнь! Если, конечно, останешься живым», – подумал Федор, усаживаясь на место рулевого. Пленного усадили за ним, последним на сумках устроился Зуб.

Буксировщик рванулся вперед – и тотчас на панели управления замигала красная лампочка, показывая, что аккумуляторы иссякают.

«Миленькие! Ну поработайте еще полчаса!» – взмолился Федор.

Через десять минут дно начало повышаться, показывая, что берег близко. Федор выключил прожектор и посадил буксировщик на дно. Ткнув Зуба, предложил ему занять место рулевого, поскольку только у него была маска с ПНВ, и, взгромоздившись на сумки, обхватил руками пленного, который трясся, как в лихорадке. «Еще немного померзни, парень, скоро согреешься…»

Тем временем голова Сома выскочила из воды, и, вынув загубник, он с наслаждением вдохнул свежий морской воздух. Пленник тоже оживился и первым делом спросил:

– Куда вы меня везете?

Ладонь Федора моментально припечатала рот.

– Ночью звуки очень хорошо разносятся, особенно над водной поверхностью, – шепотом пояснил спецназовец.

Через несколько минут Зуб пристал к берегу возле большого камня. Оглядевшись, Федор заметил в полукилометре ярко освещенную виллу, из которой доносилась громкая восточная музыка.