Кровавая регата - Сергей Иванович Зверев

– Три километра до береговой линии. Идут к месту якорной стоянки сейнера. А позади, в паре километров за ними, погоня – колонна внедорожников.

– Сколько русских?

– Трудно сказать, сэр. – Кристофер всмотрелся в экран. – Думаю, что вместе с пленниками и заложниками примерно пятнадцать человек. Идут очень кучно. Скорее всего они выносят раненых.

– Свяжись с оператором носового орудия. Переключи изображение на его монитор и дай мне трубку.

– Но, сэр!.. – Кристофер сглотнул слюну. – Как же так? Они ведь не сделали нам ничего плохого.

– Ну ты и болван, Крис! При чем тут несчастные русские рыбаки? А вот с исламскими террористами у меня свои счеты за одиннадцатое сентября! Да и быстроходные внедорожники как мишень гораздо интереснее.

Американские вооруженные силы воюют ночью так хорошо, как никакая другая армия мира. Все дело в прекрасном техническом оснащении.

Старпом прижал ухо к трубке внутренней связи, отдал необходимые указания и распорядился открыть огонь.

Носовое стомиллиметровое орудие сторожевика, рассчитанное на поражение целей, расположенных на расстоянии до двадцати километров, дрогнуло и развернулось к берегу. Ствол орудия замер и дернулся назад. В ночную темноту вылетел дымный выхлоп. Над морем раскатился грохот.

Чайки, сбившиеся в сонную стаю на невысокой скале, с резкими криками поднялись в воздух, оставили после себя белые выбросы помета.

В течение семи секунд орудие произвело три пристрелочных выстрела. После уточнения координат цели и внесения поправок оператор принялся методично расстреливать семнадцать снарядов, оставшихся в обойме. Он старался накрыть каждый объект, подлежавший уничтожению.

– Что такое?! – Хаггард в темноте вскочил с кровати, ткнулся лбом в переборку и выругался. – Стреляют?! Кто? Куда? Зачем?

Вибрация от орудия, ведущего огонь, передалась на корпус корабля. Ложка в стакане с чаем, стоявшем в специальной подставке, зазвенела и запрыгала.

Хаггард нашел кнопку освещения каюты, повертел головой, прислушиваясь к сериям коротких залпов, гулко отдававшимся в каюте, и вновь заговорил сам с собой:

– Война?! Бог ты мой! Неужели началось?!

Майор нашел телефон, вызвал мостик.

– Стивен, ну почему сразу война? – ответил чиф и усмехнулся. – Это самые обычные плановые ночные стрельбы. Видишь ли, на флоте стреляют немного чаще, чем в Пентагоне.

– Ты все шутишь, Марти! – Хаггард выдохнул. – Напугал. Я уже думал, что нас атаковали.

– Неужели кто-то настолько сошел с ума, что решился атаковать корабль американских военно-морских сил?

– Например, русские.

– Не уподобляйся покойному министру обороны Джеймсу Форрестолу! Не дай бог, спутаешь наш сторожевик с небоскребом и выпрыгнешь за борт с воплем «русские идут».

– Ну, тогда иранцы или местные террористы.

– Вот как? Плохо же ты знаешь наш современный боевой корабль. Предполагаешь, что мы допустим таран со стороны сомалийцев? Да наши скорострельные пулеметы их лодки за минуту изрешетят!

– Не подумай, что я трус и тыловая крыса! Я провел в Ираке полтора года, хорошо видел войну! – пробормотал Хаггард. – Меня четыре раза бомбили! Спроси, кого хочешь!

– Это достойно настоящего американского офицера! – заявил чиф, ухмыльнулся и добавил: – Однако сейчас вы, сэр, мешаете мне работать! Отдыхайте! – Он бросил трубку на аппарат и продолжил управление огнем.

Хаггард глотнул виски из заветной фляжки, поморщился, выругался и лег досыпать.

Сторожевик вздрогнул от последней серии выстрелов.

Ковбой первым увидел в прицеле огоньки, мелькающие на ночном горизонте. Сначала в окуляре возникло бледное зарево, и уже потом стали различимы отдельные фары. Машины ехали цепочкой и быстро приближались. Степь перед снайпером озарилась дрожащим светом, по земле запрыгали неровные мечущиеся тени.

Сашка облизнул губы и оглянулся назад, как будто мог увидеть в темноте Ледокола и всех людей, уходивших с ним.

– Видишь духов? – спросил взводный, лежавший рядом с ним и смотревший в бинокль в том же направлении.

– Вижу, – спокойно ответил Ковбой и снова глянул в прицел.

– Ты начинаешь первый. Когда духи развернутся на твои выстрелы, Шмайсер будет работать по колесам и двигателям. Ваша задача – вывести автомобили из строя. Пешком духи нашу колонну уже не догонят.

– Понятно.

– Они уже близко. Ты готов?

– Готов!

– Огонь! – крикнул Коннов и приложился к прикладу своего автомата.

Егоров выстрелил.

Под колесами джипа, несшегося впереди всех, тут же взорвался самый настоящий вулкан. Машина взлетела и перевернулась в воздухе. По ушам морпехов ударил грохот разрыва. После этого автомобиль обрушился на землю и застыл крышей вниз.

– Ни хрена себе! – Старший лейтенант поднял голову и ошарашенно глянул на снайпера. – Чем это ты стрелял? Первый раз такое вижу. Куда ты ему попал?!

Егоров хотел было ответить, отшутиться, но возле машин уже начали рваться тяжелые снаряды, взметая вверх горячую землю вперемешку с осколками.

Водители остальных четырех машин резко прибавили скорость и попытались выехать из зоны обстрела.

Шмайсер, тоже обалдевший от изумления, пришел в себя и ударил по ним. Он бил по двигателям и колесам машин, пытался остановить их.

Невидимый артиллерист очень неплохо помог ему. Он видел цели и работал по классической схеме, брал в вилку очередной джип и каждым третьим выстрелом разбивал или переворачивал его. Все те маневры, которые проделывали водители, стараясь избежать попадания, совершенно не влияли на ситуацию.

К грохоту и разрывам снарядов присоединились автоматные очереди спецназа. Все это совершенно заглушало крики и вопли растерявшихся боевиков.

Ковбой включил ночное видение на прицеле и принялся методично расстреливать бандитов.

– Спасибо тебе, неизвестный друг! – пробурчал Шмайсер и выпустил еще одну точную очередь.

Колонна с ранеными и освобожденными заложниками наконец-то добралась до берега, оказалась на условленном месте. Питон, шедший во главе цепи, два раза мигнул фонариком и тут же получил точно такой же ответ с лодки, ожидающей их. Порядок!

Морпехи поспешили к ней, оказались по пояс в воде, но быстро погрузили на борт раненых, заложников, пленников.

Ледокол велел Питону и трем бойцам остаться здесь, встретить заслон.

– Ребята, держитесь, через час вернусь! – заверил их мичман и на всякий случай напомнил: – Слышь, Питон, не расслабляйся! Условный сигнал тот же!

Чумазый моторист завел двигатель, помахал рукой бойцам, и лодка двинулась в сторону сейнера, виднеющегося вдали.

Морпехи под командой Питона заняли оборону на ближайшем холме, стали дожидаться группу прикрытия.

Не успела лодка слиться с темными водами бухты, как послышался дружный топот. Морпехи обменялись условленными световыми сигналами, и вскоре на верхушку холма выбралась взмыленная группа Коннова. Запыхавшиеся бойцы рухнули на землю.

– Как дела, славяне? – прохрипел старший лейтенант, отплевываясь от песка, попавшего в рот. – С ротным порядок? Заложники не зачахли?

– Все в норме, товарищ старший лейтенант!

– Что с лодкой?

– Если не произойдет чего-то непредвиденного, то Ледокол и моторист