Холостая война - Сергей Зверев

Большевик — город небольшой, машина приехала быстро.

— К кинотеатру «Мир», — сказала женщина.

Таксисты обычно хорошо разбираются в людях, но случаются и осечки. На этот раз водитель подумал, что везет любящую жену и заботливую мать.

— Спасибо, сдачи не надо, — Мириам положила купюру на приборную панель и выпорхнула из машины.

Площадь перед кинотеатром «Мир» являлась излюбленным местом тусовки местной молодежи. Тут же располагалась пара более-менее приличных кафе и ресторанов. Женщина осмотрелась и быстро отыскала взглядом машину, о которой ей говорил новый клиент. Она расправила плечи и пошла, цокая каблучками.

Внезапно мужчина, идущий впереди, обернулся, кого-то заметил за ее спиной и рванулся к нему. Мириам и незнакомец столкнулись.

— Извините, — принялся рассыпаться он в любезностях. — Я такой неловкий, простите. Просто знакомого увидел. Спешу, побегу догонять.

— Ничего страшного. Всякое случается, — примирительно проговорила Мириам и двинулась дальше, на ходу забыв об инциденте.

Если бы ей пришлось раньше сталкиваться с этим человеком, то она непременно узнала бы в нем милицейского майора, с которым Лаврухин беседовал возле сгоревших джипов. Женщина подошла к машине, нагнулась и постучала ногтем в боковое стекло. Дверца открылась.

— Садитесь, Мириам. Вы пунктуальны, и это хорошо, — сказал Лаврухин.

Подполковник приехал на солидном джипе, который ему одолжил милицейский майор. Выглядел Лаврухин внушительно: большой, сильный. Одет в простые джинсы и майку. Хлопнула дверца, мгновенно исчез шум города. Почти бесшумно работал кондиционер, разливая по салону живительную прохладу.

— Ну что ж, давайте знакомиться, — произнесла женщина.

— Я не знакомиться приехал. — Лаврухин сменил тон и нажал на брелок, блокируя дверцы. — Вы отсюда не выйдете, пока мы не договоримся.

— Да что вы себе позволяете? — Мириам безрезультатно рвала ручку дверцы. — Выпустите меня отсюда. Я кричать начну.

— Звукоизоляция здесь хорошая, — спокойно произнес Владимир.

— Я милицию позову.

— О милиции вы вовремя вспомнили. Не паникуйте. Просто примите информацию к сведению, а тогда и решать будете, звать вам правоохранителей или нет. Вы женщина разумная, это я по глазам вижу, должны все понять и согласиться.

Подполковник включил видеорегистратор и повернул жидкокристаллический экран, укрепленный на потолке салона, так, чтобы Мириам могла хорошо видеть изображение. На мониторе воспроизводился недавний инцидент. Мириам идет по улице, на нее натыкается мужчина, рассыпается в извинениях и спешит дальше.

— Я ничего не понимаю, — пробормотала она.

— А теперь немножко открутим время, — предложил Лаврухин.

На экране пошла запись, сделанная из салона этого же джипа. Перед капотом стояли сам Лаврухин и милицейский майор — оба в форме.

— Я ничего не понимаю. Я ничего не сделала.

— Так уж и ничего.

— Если вы намекаете на мою работу, то в ней нет ничего противозаконного. Мне нечего предъявить, — зло произнесла Мириам. — Вам не удастся запугать меня милицией.

— А теперь объясняю, почему я напомнил вам о милиции. Вам в самом деле до последних секунд нечего было предъявить, но когда майор сделал вид, что столкнулся с вами, он аккуратно подбросил в вашу сумочку пакетик с наркотиками. Этого хватит, чтобы надолго отправить вас на зону. Вы же не хотите, чтобы так случилось?

— Что вам от меня надо? Почему вы ко мне привязались? — Мириам нервно покосилась на милицейского майора в штатском, прохаживавшегося возле машины.

Лаврухин достал фотографию Евгения и заявил:

— Вы довольно давно встречаетесь с этим человеком.

— Ну и что? — с легким вызовом произнесла Мириам, но руки ее уже дрожали.

— Я не спрашиваю, чем он занимается. Вряд ли вы это знаете, а мне и без вас все известно очень хорошо. Я хочу услышать от вас, где его сейчас можно найти. Не торопитесь сказать мне «нет». Я не собираюсь сдавать вас его подельникам. Никто ни о чем не узнает. Просто скажите мне и можете выбросить этот злосчастный пакетик. Все останется как прежде.

Мириам закусила губу. Она и близко не была дурой, понимала, что просто так милицейский майор не стал бы подбрасывать ей пакетик с наркотиками. Да и дела Евгений, скорее всего, проворачивал серьезные, и она оказалась в это впутанной. Ей давали шанс откупиться малой кровью.

— Хорошо, я скажу. Но у меня должны быть гарантии.

— Слово офицера, — сказал Лаврухин, и Мириам почувствовала, что это не пустой звук и с ней не случится ничего плохого, если она выдаст Евгения.

Женщина назвала время и место встречи.

— Теперь я могу выбросить этот пакетик? — спросила она.

— Разумеется. — Лаврухин пожал плечами.

— Лучше сделаем по-другому. Я не хочу рисковать. Я расстегиваю сумочку, а достаете его вы. Не хватало мне еще отпечатки пальцев на нем оставлять.

Мириам расстегнула сумку, широко раскрыла ее. Никакого пакетика в ней не оказалось.

— Вы обманули меня, — ужаснулась она. — Там ничего нет. Мерзавцы!

— Конечно, никто вам ничего не подбрасывал. Не станут же два честных офицера заниматься подобной ерундой. Неужели вам стало бы легче, если бы пакетик оказался в вашей сумке?

— Однако!.. — только и сказала Мириам. — Дверцы-то разблокируйте. Мне идти надо.

— Ближайшие два дня вам придется побыть под присмотром людей майора. А дальше живите как хотите. — Лаврухин нажал кнопку на пульте, щелкнули блокираторы дверок.