Инстинкт зверя - Наталья Корнилова

Я почувствовала, как холодные мурашки поползли по телу и на голове зашевелились волосы, руки, державшие руль, задрожали. Мой любимый джип почему-то резко мне разонравился и стал казаться пороховой бочкой на колесах с зажженным фитилем. Я мысленно поклялась, что если выйду из этой передряги живой, то никогда больше не сяду за руль. Вопрос о том, когда и как бандиты умудрились заминировать машину, меня в тот момент не волновал – я как-то сразу поверила им на слово, и проверять, рискуя своей шкурой, правда это или нет, мне отчего-то не хотелось.

– Ты все поняла? – донеслось до меня из трубки.

– Скажите, а взрыватель у вас надежный? – хриплым голосом поинтересовалась я.

– Конечно. А почему ты спрашиваешь? – удивился «подрывник».

– Не хотелось бы, чтобы он случайно сработал раньше времени. Вы уж там поаккуратней с ним, очень вас прошу. Я все сделаю.

– Не переживай, дурочка, система проверенная. Давай, трогай. И постарайся убедить своего шефа с первого раза – мне уже надоели ваши сюрпризы.

Связь прервалась. Глубоко вздохнув для храбрости, я трясущимися руками завела двигатель, включила передачу и медленно подъехала к стоящим около одной из «Волг» боссу и его знакомому. Он удивленно посмотрел на меня, я жалобно поморщилась и показала ему рукой, чтобы подошел к окошку с моей стороны. Что-то сказав собеседнику, он приблизился ко мне и спросил:

– В чем дело?

– Дело – труба, босс, – простонала я и кивнула на трубку. – Мне только что позвонили наши общие знакомые. Они нас сейчас видят и держат вас на мушке.

Родион тут же машинально вдавил голову в плечи и обернулся.

– Но это еще ерунда, – продолжала я. – Джип заминирован радиоуправляемым фугасом, они держат палец на кнопке. Если мы не выполним их требования – будете собирать мои останки по всем окрестным деревьям.

Глаза у босса стали больше очков, даже в свете фонаря было видно, как он побледнел.

– Чего они хотят? – просипел он растерянно.

– Чтобы вы оставались на месте, а я ехала дальше и ждала следующего звонка. Если вы поедете за мной – мне конец.

– А если не поедем?

– Тогда я еще поживу какое-то время. Они сказали, им нужен джип.

– Сволочи, – выдавил он, боясь посмотреть мне в глаза. – Черт! Даже не знаю, как быть…

– Ничего, босс, – всхлипнула я, умирая от жалости к самой себе, – все обойдется. Если что – передайте привет Валентине и Потапу. Скажите, что я их очень любила… – Я смахнула со щеки набежавшие слезы. – Ну все, мне пора на тот свет. Не поминайте лихом, – я нажала на газ и отъехала.

– Постой, Мария!

Он запоздало махнул рукой мне вслед, желая, видимо, что-то сказать, но сказать в этой ситуации было нечего. Он сплюнул в сердцах, а я вырулила на дорогу и поехала по Профсоюзной улицу навстречу злодейке-судьбе, готовой в любой момент сыграть со мной злую шутку в виде взрыва заложенной где-то в чреве моей машины бомбы.

Что-то подсказывало мне, что взрыватель находится в руках того самого мужчины, которого я ударила между ног в доме Сапуновых. И теперь количество отведенного мне для жизни времени напрямую зависело оттого, болит там у него еще или не болит, а если болит, то насколько сильно. Эх, зачем же я так погорячилась, не надо было мне обижать этого человека, который даже не успел мне сделать ничего дурного. Да, за все в этой жизни приходится платить, и порой платить ценой этой самой жизни. Так мне и нужно, в следующий раз сто раз подумаю, прежде чем пинать кого-то и бить по шее. Лучше бы он меня тогда застрелил, чем теперь я сижу и трясусь от страха, каждое мгновение умирая в ожидании неминуемого взрыва. Более изуверскую пытку придумать трудно.

И откуда они только взялись, такие хитроумные и подготовленные? Надо же, как быстро они нас раскусили и обезоружили. Ладно меня, а то ведь самого Родиона обставили по всем статьям, и теперь он не скоро еще оправится от такого постыдного поражения. Интересно, что он сейчас говорит своему товарищу из ФСБ, которого сорвал среди ночи вместе с группой быстрого реагирования? Небось вместе головы ломают и ругают на чем свет стоит этих отъявленных мерзавцев, сумевших их так ловко облапошить.

Так, стараясь думать о чем угодно, но только не о заложенной в машине бомбе и перспективе взлететь в ближайшее время на воздух, я не спеша ехала вдоль хорошо освещенной Профсоюзной улицы в сторону Московской окружной дороги.

Телефон, лежащий рядом на пассажирском сиденье, угрожающе молчал. Время от времени я поглядывала в зеркало заднего вида, стараясь определить, в которой из едущих за мной машин сидят бандиты. В том, что они едут за мной, я не сомневалась – иначе как бы еще они могли контролировать мои действия?

Вдруг метрах в пятидесяти передо мной появилась какая-то машина и, ослепительно мигая фарами, оглушительно сигналя и виляя из стороны в сторону, понеслась навстречу по моей полосе. Я даже не успела ничего понять.

Единственное, что пронеслось в голове, это то, что в случае лобового столкновения взрывчатка сдетонирует, и тогда похитители останутся без джипа, а мое изорванное в клочья тело – без души, которая, вырвавшись на свободу, полетит к себе домой, туда, где ее дожидаются мои братья и отец Акира.

Растерявшись от неожиданности, я машинально нажала на тормоз и крутанула руль вправо, чтобы не вылететь на встречную, где проносились другие машины. Джип развернуло на сто восемьдесят градусов и боком потащило навстречу гибели. Едущие сзади машины начали с визгом тормозить. В тот момент, когда я, крепко зажмурившись, приготовилась в буквальном смысле слова взлететь на воздух, джип остановился и замер на месте.

Открыв глаза, я увидела, как мимо, едва не задев меня передним бампером, проскочила сошедшая с ума синяя иномарка, в которой с бледным от ужаса лицом сидела какая-то женщина и тщетно пыталась выровнять машину. Видимо, у нее отказали тормоза. У меня отлегло от сердца. С трудом переведя дух, я вытерла взмокший лоб, слушая глухие удары сердца в груди, развернула джип и поехала дальше. Хотя, по моему мнению, дальше ехать уже было некуда – еще одно такое потрясение, и я окочурюсь сама, без всякой посторонней помощи.

На сиденье заверещал телефон. Взяв трубку, я, с трудом разлепив пересохшие от волнения губы, проговорила:

– Слушаю.

– Ну что, подружка, понервничала немного? – с усмешкой в голосе спросил мерзавец.

– Короче, – процедила я, с трудом сдерживаясь, чтобы не обматерить негодяя.

– Короче так короче. Сворачивай налево на Новоясеневский проспект, потом на первом светофоре опять налево и сразу направо между домами во двор.

Там остановись и жди. Все поняла?

– Все, – сказала я, решив, что, как только закончим разговор, сразу же позвоню Валентине и сообщу ей, где приблизительно можно будет потом искать мои останки. Если Родион вдруг додумается позвонить ей, то узнает о моей смерти раньше, чем она наступит, и, может быть, попытается меня спасти.