Пропавший в джунглях - Александр Иванович Волков

Огромная муха надсадно жужжала и билась о стекло, мешала сосредоточиться. Глотов оторвался от карты Центральной Америки, расстеленной на столе, открыл створку окна и выгнал назойливое насекомое прочь. Его офис находился на седьмом этаже.

Потом он взглянул на уличный термометр.

«Двадцать четыре по Цельсию, все как обычно в этом городе вечной весны. Надо цветы полить».

Глотову нравились орхидеи, и в его кабинете стояло несколько ваз с этими экзотическими цветами. Он всегда поливал их сам, не доверял обслуге. Этот процесс доставлял ему удовольствие и позволял на некоторое время отвлечься от раздумий, связанных с делами.

А новая должность заставляла его думать много и весьма напряженно. Отдел планирования внешних операций – именно эту структуру он теперь возглавлял в медельинском картеле. Его предшественник трагически погиб, и это место занял Глотов. При этом он продолжал курировать школу рукопашного боя и выезжал на серьезные переговоры.

Покончив с поливкой орхидей, Глотов подошел к окну и уперся взглядом в гряду холмов, покрытых рассеянной дымкой, посмотрел на небо с редкими кучевыми облаками и подумал, что давно не было дождя. Хорошо бы прибить пыль в городе и освежить воздух.

В кабинет вошел Карлос Лейдер и сразу же плюхнулся на диван всей своей мясистой задницей. Его хмурый вид не предвещал хороших новостей. Глотов это сразу понял. Он неплохо изучил своего коллегу по криминальному бизнесу.

– Ты пришел сказать, что наступает конец света по индейскому календарю? – осведомился Стас.

– Начало конца, – буркнул Лейдер. – Янки задержали три наших катера в Майами. Они всерьез за нас взялись. А наш чертов парламент ратифицировал соглашение, по которому нас сразу можно вывозить из Колумбии и сажать в американскую тюрьму. Уже двоих экстрадировали.

– Это кого же, – спросил Глотов.

– Да не важно, – отмахнулся Лейдер. – Мелочь всякую, но это тенденция.

– Про катера я знаю. Это не первый случай. Большие потери груза. Но я тут кое-что придумал. – Глотов подсел к Лейдеру. – Эксклюзивные поставки товара в США можно осуществлять совершенно безболезненно, со стопроцентной гарантией. Это не решит все наши проблемы, но для особо уважаемых оптовиков, а ты знаешь их уровень, процесс будет происходить гладко и без задержек. Для начала сто килограммов в неделю с дальнейшим наращиванием.

– Это как же? – В глазах Лейдера засветился самый искренний интерес.

– Под водой. Начну я сам, а потом подготовлю команду спецов. Нужны два торговых судна, скутер и фирма, зарегистрированная в Майами. У нас же есть там ячейка? – Глотов изложил Лейдеру свой план.

– Гениально! – воскликнул тот и хлопнул ладонями по коленям. – Надо рассказать Эскобару. То-то он обрадуется! Мы уже думали про подводные лодки, а тут все просто как дважды два. Давай просчитаем детали, а потом я доложу Пабло.

Глотова абсолютно не волновало, что в США кто-то употребляет наркотики. Он всегда считал это государство врагом СССР. До него доходила информация о некоем потеплении отношений между этими странами, мирных инициативах нового советского руководства. Но он искренне считал все эти процессы крайне сомнительными.

«Врагами были, ими и остаются. Нехай травятся, империалисты проклятые!» – считал Стас.

Небольшое торговое судно под названием «Тринидад» не торопясь продвигалось в территориальных водах США в районе Майами. Его трюмы были забиты кофе в мешках. Корабль уже идентифицировали береговые службы. Предстояла швартовка, пограничный и таможенный контроль, а далее разгрузка товара.

На борту судна, кроме команды, присутствовал один пассажир, торговый представитель фирмы-поставщика. Звали его Станислав Гарсиа. Он прибыл во Флориду для переговоров с покупателем, чтобы уточнить график и объем поставок. Этот человек в дорогом костюме кофейного цвета и широкополой шляпе выглядел экзотической птицей, случайно залетевшей на палубу «Тринидада». Слишком уж резко он отличался от моряков в рабочих робах, снующих по палубе.

Стемнело. Зажглись береговые огни. До причала оставалась пара миль.

«Пора», – подумал Глотов-Гарсиа.

Вскоре он плыл в десяти метрах под водой и управлял скутером, который тащил за собой два мешка в водонепроницаемой оболочке.

«Скорость пять миль. За час вполне управлюсь туда и обратно. Третий причал. Поднимаемся, но не всплываем. Должен быть зеленый маячок. А вот и он! Нужная посудина. Вдоль борта на метр ниже ватерлинии должен быть лючок. Вижу его. Втыкаем ключ, открываем дверцу и размещаем в нише мешки. Закрываем дверцу. Все. Отходим».

Когда судно «Тринидад» подходило к причалу, сеньор Гарсиа уже находился в своей каюте. Начались таможенные и пограничные процедуры. Американцы очень тщательно проверяли документы и груз.

После этого экипаж приступил к разгрузке, а сеньор Гарсиа высадился на берег. Он зашел в припортовое кафе, работавшее круглосуточно. Там его ожидал представитель покупателя, мужчина средних лет с невыразительной внешностью.

Важные переговоры длились меньше минуты.

– Груз на месте, – сказал Глотов.

– Оплата по договоренности, – сказал покупатель.

После этого они расстались. Покупатель покинул заведение, а Глотов просидел там до самого утра, медленно потягивая виски. Потом он вернулся на «Тринидад», и вскоре судно покинуло порт.