Чужое лицо - Сергей Евгеньевич Журавлев

– Составляйте план, Анатолий Иванович. Будем готовить парня. Какой оперативный псевдоним ему выберете?

– Он – Ирек, предлагаю Икар.

– Одобряю.

В Венгрии, несмотря на все усилия госбезопасности и народной милиции, в народе не утихало пламя протеста против коммунистической власти и советской оккупации. Русские строили школы, больницы, университеты, помогали налаживать промышленность, снабжали продовольствием, но у венгров национализм всегда пересиливал благодарность. Все просто. Национализм – это черта характера, а признательность и благодарность – это просто краткосрочные эмоции, чувства. У настоящего мужчины характер всегда сильнее чувств.

В целях безопасности Икар под именем Иван Доронин был оформлен как стажер-практикант на ремонтный завод. На нем осуществлялся ремонт и восстановление тяжелой военной техники Советской армии и Венгерской народной армии. Завод был режимный, все работники тщательно проверялись. Трудились на нем венгры, но в руководстве находились специалисты из Советского Союза. Ирек попал в цех по ремонту радиооборудования. Коллектив был молодой, и он быстро нашел общие интересы с мадьярами и особенно с мадьярками. Венгерские девушки, далекие от царивших в СССР суровых требований по отношению к противоположному полу, отличались свободным, даже ветреным поведением. Ирек быстро поборол в себе робость перед женщинами и многому научился у молодых венгерок. Язык давался ему легко, и к концу командировки он мог свободно поддерживать несложный разговор, обсуждать книги и фильмы. Через информаторов контрразведке удалось установить людей, которые занимались контрабандой с Австрией, и подвести к ним Икара.

Вообще в тот момент граница Венгрии с Австрией напоминала решето. Пока советские войска стояли в Австрии, они так же прикрывали и границу, поэтому охрана границы со стороны Венгрии была организована спустя рукава. Советские оккупационные войска недавно были выведены из Австрии, а ситуация с отношением мадьяр к охране границы не изменилась. Иногда даже, наоборот, сочувствующие контрреволюционным элементам военнослужащие часто шли на нарушение своих обязанностей. Заплатив сто пятьдесят немецких марок, Икар вместе с группой других желающих рано утром недалеко от городка Сомбатхей был переправлен контрабандистами в Австрию. Оттуда путь его лежал через Швейцарию во Францию. Вскоре, довольно истощенный после утомительного пути, голодный, с пустыми карманами, Икар добрался до вербовочного пункта в Марселе.

Глава 2

Лазареву позвонил замначальника управления нелегальной разведки и попросил срочно зайти. Полковник Виталий Григорьевич Павлов в свои сорок четыре года успел испытать и взлеты и падения. В двадцать четыре года он пришел в разведку, обучался в Школе особого назначения вместе с коллегами, которые станут костяком и легендой внешней разведки. Принимал участие в операции «Снег» по вовлечению США в войну против Японии, тем самым, по сути, предотвратив угрозу ее нападения на СССР. Был отмечен и возглавил резидентуру в Канаде, с территории которой велась активная работа по Главному Противнику. Но видимо, радость от победы в тяжелейшей войне породила благодушие, притупила бдительность, и он так и не решился отправить на родину шифровальщика и склочника Гузенко. Тот прихватил важнейшие материалы резидентуры и перебежал к врагу. Павлов за утерю бдительности закономерно попал в опалу. Благодаря своему профессионализму ему удалось практически с незначительных должностей со временем вернуться к ответственной работе в нелегальной разведке. Сменилось несколько начальников Управления «С», а он так и оставался пока заместителем. Надежным, грамотным заместителем.

– Присаживайся, Анатолий Иванович, – пригласил Павлов. – У тебя во Франции нарисовалась проблема.

– Так я сейчас вроде бы не во Франции, – для порядка проворчал Лазарев.

Они оба были замами, полковниками, принадлежали к одному поколению, и служба в разведке для них составляла всю жизнь.

– Хочешь сразу уйти от ответственности? – улыбнулся хозяин кабинета.

– Никогда, Виталий Григорьевич, за мной такого не водилось. Виноват – отвечу.

– В бытность твою заместителем резидента в Париже на оседание к вам был отправлен наш нелегал, оперативный позывной «Камелия». Помнишь?

– Конечно.

– Что у нее была за легенда?

– Довольно сложная цепочка. Девочка якобы родилась вне брака в Чехии от матери-чешки и отца-француза. Отец погиб во время войны, известны его персональные данные, но подтверждающих документов на руках нет, хотя они точно есть во французских архивах. Это реальное лицо. Теперь скончалась и мать. Девушка написала слезное письмо во французское посольство в Праге, умоляла признать ее соотечественницей, жаловалась на тяготы жизни в советской Чехословакии. Чиновники послали запросы, и данные на отца подтвердились. В конце концов приняли решение разрешить ей вид на жительство для начала. Она перебралась в Париж, нашла работу, поступила на учебу. На период вживания выполняла разовые, небольшие поручения. К серьезным операциям ее не привлекали. Все проходило штатно.

– Кто помогал ей с документами на легализацию?

– Французские товарищи. У нас был выход на сотрудника архива. Через него мы закрепили документы.

– Проверенный сотрудник?

– Насколько я помню, подпольщик, участник Сопротивления.

– Член компартии Франции?

– Этого я не могу сказать. Хотя мы в последнее время стараемся не привлекать партийные кадры к нашей работе, слишком засорены они агентами контрразведки.

– Вот именно. Появилась информация о его вероятной вербовке. Он может навести на Камелию?

– Думаю, может.

– У нее есть запасная легенда?

– Конечно.

– В ее реализации принимали участие члены французской компартии?

– Да, – вынужден был признать Лазарев.

– Тогда я запрещаю переходить на нее. Еще есть варианты для Камелии? В противном случае мы ее срочно отзываем. – Голос руководителя нелегальной разведки был тихим, но жестким.

– Виталий Григорьевич, в свое время нам удалось добыть список лиц, считающихся пропавшими без вести.

– Сами добыли?

– Сами. При участии нашей агентуры. Из этого списка мы отобрали несколько подростков. В отделе документации, где я сейчас работаю, были изготовлены очень качественные подделки метрик о рождении. По ним нам удалось получить настоящие паспорта граждан Франции. Там есть подходящий вариант для Камелии, надо только поменять фотографию. Заготовки по легенде тоже есть. За неделю управимся.

– Но ведь во Франции в архиве имеются дубликаты фото.

– Мы заранее подготовили не очень качественные снимки. Потом планировали брак и смену фамилии, соответственно, замена паспорта на другой, реальный.

– Хорошо. Но из Парижа мы ее убираем. И куда, в каком качестве планируете?

– Я сейчас работаю в отделе документации, как я могу планировать работу с нелегалами во Франции? – с досадой заметил Лазарев.

– Никуда Франция от вас не денется, резидент уже хлопотал насчет вас. Вы там были восемь лет, хорошо знаете обстановку, наши позиции. Обсуждается ваша кандидатура ему на замену.

– Я бы на период адаптации отправил ее в Марсель.

– Крупный город. Почему туда?

– Там находится пункт вербовки новобранцев в Иностранный легион.

– Хотите спрятать ее подальше и отправить связной к Икару, – сразу догадался Павлов. Полковник уже