Особый агент - Сергей Кулаков

– Есть кто живой? – спросил негромко Роман, всматриваясь в дальние, темные углы ангара.

В углу, за столом, что-то заскрипело и заворочалось. Роман шагнул ближе, заглянул за стол. На широкой лавке – без малого диване – лежал какой-то человек и, судя по позе, крепко спал. Его невинно повернутая к Роману спина, обтянутая старенькой, но форменной летной тужуркой, мерно вздымалась и опадала.

– Тук-тук-тук! – сказал Роман не без сожаления.

Человек всхрапнул на вздохе, затих и медленно повернул к нему круглое, помятое со сна лицо.

– Здравствуйте, – улыбнулся Роман.

Тот что-то пробормотал, с трудом поднимаясь с лавки.

– Юрий Васильевич? – спросил Роман.

– Ну… – сонно мигая, ответит тот.

– Я от Дубинина.

Юрий Васильевич прочистил горло, потер ладонью красную лысину и вдруг милейшим образом улыбнулся.

– Здравствуйте, – он поднялся и протянул Роману сильную руку. – А я вас ждал, ждал, да вот задремал маленько. Целый день поля облетал, – умаялся. Как добрались?

– Спасибо, хорошо.

– Чайку, может?

– Спасибо, но нет времени. Хотелось бы сразу к делу.

– Понимаю, – сгоняя с лица остатки сна, кивнул Юрий Васильевич. – Мне Дубинин все изложил. Так что, если не возражаете, вылет через пятнадцать минут.

– Не возражаю, – повеселел Роман, усомнившийся было в том, что он вообще куда-либо полетит. – Маршрут вам известен?

– Так точно, – четко уронил Юрий Васильевич, обнаруживая этой короткой, привычной фразой свою бывшую принадлежность к военной службе. – Я заранее проработал его по карте. Хотите посмотреть?

– Обязательно.

Юрий Васильевич открыл ключом один из ящиков стола и достал из него карту, испещренную линиями и значками. Он расстелил ее на столе, отрегулировал головку настольной лампы, чтобы свет ровно ложился на всю карту, и короткими жестами начал показывать Роману, где они находятся и куда предстоит лететь.

– Насколько я понял, вас интересует вот этот объект? – указал он точку, которую Роман идентифицировал как интересующую его военную часть.

– Этот.

– Так, – кивнул Юрий Васильевич. – Понятно. Но должен вас предупредить: подлететь к нему вплотную я не смогу. Это полк ВВС ПВО стратегического назначения. В бытность свою военным летчиком мне доводилось летать в тех краях – и должен отметить, что аппаратура в этой части всегда новейшая и служат в ней лучшие офицеры. Оно и понятно – рядом граница, так что в случае военной угрозы подобные части призваны первыми обеспечить безопасность страны.

– Значит, они засекут нас задолго до того, как мы приблизимся? – спросил Роман.

– Точно так. Там такие пеленгаторы – пол-Европы под контролем держат.

– Как же быть?

– Да ничего, пускай видят, что мы летим. Кроме нас в воздухе различных объектов хватает, так что наше появление их не удивит.

– Но до известных пределов?

– Вот именно. Если мы приблизимся к части более чем на двадцать километров, естественно, мы попадем под подозрение и нам прикажут изменить курс.

– А если курс не менять?

– Пиши пропало, – добродушно улыбнулся Юрий Васильевич. – Выпустят на нас пару «МиГов» – и поминай как звали. Или заставят приземлиться на свой аэродром, что для вас, как я понимаю, нежелательно.

– Совсем нежелательно, – подтвердил Роман.

– Стало быть, надо держаться подальше.

– А поблизости нигде нельзя приземлиться?

– Ближайший от части аэродром вот здесь, – ткнул пальцем в карту Юрий Васильевич.

– Далековато.

– Километров восемьдесят. Лесом, по незнакомой местности вы будете добираться от него до части дня два. А как я понимаю, времени у вас и так мало.

– Значит, парашют? – обреченно спросил Роман.

– Именно. Мы полетим петлей, вот так, – палец Юрия Васильевича протянул по карте линию, которая сначала пошла чуть ниже Выборга, затем плавно завернула вверх и, пройдя недалеко от точки, означающей военную часть, повернула обратно. – Это – предел, дальше которого я продвинуться не могу без риска быть сбитым или принудительно посаженным на их аэродром.

– Значит, примерно в этом месте мне придется прыгать? – уточнил Роман.

– Да, вот здесь наиболее удобное место для десантирования. До части отсюда километров двадцать – двадцать пять – как приземлитесь. Я буду идти на небольшой высоте, не больше тысячи метров, и постараюсь «высадить» вас как можно более аккуратно.

– Ясно. На каком самолете мы полетим?

– На «Аннушке», конечно. А вы что думали? На кукурузнике вас в эдакую даль повезу? Вы не смотрите, что «Аннушка» с виду неказиста. Мотор только что из капремонта, тянет, как зверь. За два часа домчим.

– Ну, домчим так домчим… Юрий Васильевич?

– Да?

– Надеюсь, майор Дубинин объяснил вам важность этой задачи? Я хочу сказать… Ваше появление в тех местах, то есть поблизости от интересующего меня объекта, может привлечь к вам внимание спец– служб. Вы подумали, как объясните им этот немного странный полет? Конечно, будем надеяться, что все обойдется, но могут прижать – и нешуточно…

– Все понимаю и все продумал в подробностях, – очень серьезно сказал Юрий Васильевич. – Я ведь вас сброшу и приземлюсь на этом аэродроме, – он показал точку возле Питера. – Там у меня закадычный дружок работает, служили вместе в начале восьмидесятых на Дальнем Востоке. Он содержит на паях с компаньоном частный аэроклуб, учит богатеньких буратин самолеты водить. Ну, так я к нему в гости и слетаю. Я, кстати, ему звонил, он обещал поделиться подержанными деталями. Тут не докупишься, цены бешеные, а он подарит за ненадобностью – клиент у него богатый, денег на ремонт не жалеет. Чем не повод, чтоб слетать?

– А почему ночью?

– Так днем я здесь работать должен. Сейчас работы невпроворот, куда же днем отлучаться? Только ночью и есть время. И детали, опять же, срочно нужны…

– А крюк здесь почему сделали? Почему не летели прямо к аэродрому? Ведь так намного ближе?

– Так приборы барахлили, – прищурился Юрий Васильевич, – вот малость в сторону и взял. Хорошо, что вообще за кордон не улетел. Техника-то древняя, вот и приходится круги наматывать…

– Верю! – засмеялся Роман. – Ну что, по коням?

– По коням, – кивнул Юрий Васильевич, натягивая на голову форменную фуражку, правда, без кокарды.

– Мне только водички набрать на дорожку, – сказал Роман, доставая флягу из рюкзака. – И переодеться. Пять минут.

– Да вон вода в бачке, наливайте. У нас славная водица, родниковая, на весь район знаменитая. Я пока пойду к самолету, а вы тут готовьтесь…