Волки на воле и взаперти - Александр Тамоников

Максим вызвал на связь бойцов группы:

— Внимание всем! Мы на рубеже штурма. Действия по плану по моей команде, после смены часовых в 10.00. Пока — наблюдение и полная готовность. Роза?

— Да, — ответила Тодоева.

— Что у вас на высоте?

— Все нормально, смотрю и на объект, и по сторонам, и в тыл.

— Прекрасно. Скоро все закончится, дорогая.

Он не имел права говорить это в прямом эфире, но частота была защищена — боевики не имели средств перехвата радиопереговоров и пеленгации. Это им было не нужно. А дальше пятисот метров никто услышать переговоры не мог. В том числе и бойцы, что перевели свои станции в режим «приема».

— Не надо слов, береги себя!

— Конечно. До связи!

— До связи!

В то время как группа «Набат» вышла на рубеж штурма, начальник тюрьмы и одновременно караула капитан Фахид Расани прохаживался по территории. Подошел к грузовику, в кузове которого возился солдат:

— Что там у тебя?

— Доска прогнила, меняю.

— Ну, меняй.

Прибежал связист:

— Господин капитан, вас на связь вызывает полковник Асафи.

— Да? Интересно.

Расани поспешил в отдельный отсек караульного модуля, где находились служебный и жилой блоки. В служебном стояла радиостанция, там же было место связиста.

Он взял гарнитуру:

— Файруз на связи!

— Алмас.

— Да?

— Слушай внимательно, Файруз. Сегодня с 14.00 на полигон пойдут две колонны с охранением и смена караула дальнего объекта.

— Понял. Вопрос: когда нас сменят?

— Об этом позже. Наши союзники сообщили, что Москва организовала поиски своих генералов.

— А разве они не попали в руки безжалостных террористов в Сирии?

— И попали, и погибли. Но Москва, судя по всему, не поверила дезинформации.

— Но к нам-то их спецназ не сунется?

— Нет. Это исключено. Все специальные подразделения, дислоцирующиеся на базе в Хмеймиме, задействованы в Сирии, новых не прибывало. Но русские используют частные военные компании.

— Это те, которых так лихо разгромила американская авиация?

— И кроме тех есть, кому вести свою игру. ЧВК вполне могли оформить заказ на поиск генералов.

— Почему вы говорите об этом?

— Чтобы ты принял к сведению. Как обстановка у Абу-Дейра?

— Спокойная.

— Американская разведка вчера зафиксировала заход в воздушное пространство Ирака со стороны Ирана вертолета «Ми-8». Правда, он быстро ушел обратно, по крайней мере радары его больше не видели.

— Где это было?

— Не могу сказать, не обладаю информацией.

— Значит, «вертушка» зашла со стороны Ирана?

— Да.

— У иранцев есть свои интересы в Ираке. Но даже если они пойдут к Абу-Дейру, то выйдут к брошенной тюрьме.

— Надеюсь, этого не произойдет. Но если вдруг проявится опасность, вызывай помощь. Позывной начальника нового караула — Бадр, начальников колонны — Шер и Фарис. А завтра в районе десяти утра ожидай прибытия американского конвоя. Старший — майор Рединг, запомнил?

— Запомнил.

— Ему передашь товар и тут же, уничтожив тюрьму, возвращаешься в Багдад.

— Ну, слава Аллаху. Дождались. Если вы предлагаете зачистить за собой местность, значит, американцы заберут товар к себе?

— А вот это тебя не касается. Ты занимайся своим делом, в первую очередь приведи товар в надлежащий вид, чтобы не стыдно было показать. Что там с подданным рухнувшей империи?

— Ребра сломаны, лежит, пищу доставляем в модуль, ходить он, конечно, может, но с трудом. Сами знаете, какая боль при переломе ребер.

— Его тоже привести в порядок. Дать горячую воду, мыло, электробритвы, новую одежду, в общем, все, что необходимо для нормального вида. И сделать это до вечера.

— Сделаем, Алмас.

— И еще. Подними-ка на вершину перевала одного бойца. Пусть смотрит за бывшим селением и подходами к пещерам.

— Понял. Отправляю.

— Как закончишь передачу товара и начнешь марш — доклад мне.

— Да.

— До встречи в Багдаде.

— До встречи.

Переговорив с полковником, капитан бросил гарнитуру связисту.

— Находись здесь.

— Слушаюсь.

Расани прошел к правому модулю, вызвал специалиста по генераторам, дизелям и морозильной камере сержанта Садара Перуни.

— С генераторами и морозильной камерой все в порядке?

Перуни удивился вопросу:

— Если бы техника не работала или возникли проблемы, вы первый узнали бы об этом.

Начальник тюрьмы повысил голос:

— Я спросил, с генераторами и морозильной камерой все в порядке?

— Так точно, господин капитан.

— Тогда возьми оружие и поднимись на верхушку перевала. Там оборудуй позицию и до обеда смотри за развалинами, а также за подходами к пещерам.

— Кто-то может появиться?

— Не знаю. В обед тебя сменят.

— Понял. А где подняться? Тропа, что за модулем, ведет только до террасы.

— Найдешь.

— Да, господин капитан. Только предупредите, пожалуйста, часовых на террасе, а то выйду, а они в меня из пулемета.

— Ступай, предупрежу.

Перуни пошел в модуль за винтовкой.

Расани вызвал старшего поста охранения рядового Бахара:

— Асим? Капитан.

— Да, господин.

— К вам выйдет Перуни, не прибейте его там случайно.

— Когда?

— Скоро. Скажи мне, выше террасы тропа есть?

— Есть расщелина, если вы желаете знать, можно ли подняться выше.

— Да, на вершину.

— По расщелине можно.

— Хорошо. Подскажите это сержанту. Конец связи.

К начальнику подошел помощник, Саид Басар.

— Если позволишь, Фахид, я пойду спать.

— Да, сейчас время твоего отдыха. В 16.00 возьми водителя внедорожника Анибара и займись пленными.

— Пленными? А что ими заниматься?

Расани довел до помощника суть переговоров с полковником Асафи.

— Понятно, сделаем, завтра будут как новые. Турку наложим мягкую шину, стянем бинтами, одежда, форма — все есть. Меня заинтересовало появление иранского вертолета.