Ловушка для героев - Андрей Ильин

— Сейчас он вернется, и они возьмут нас в клещи. С воздуха и с земли… — предположил замкомандира.

Хотя чего тут предполагать? И так все понятно и однозначно. Как в учебнике по тактике ведения боя. Зажимай с двух сторон и перекусывай хребет пополам…

— Что делать будем?

— Атаковать!

— Кого?

— Тех, что на земле. Если мы сойдемся с ними вплотную, он не сможет стрелять, не рискуя зацепить своих. Надо сближаться. Это единственное спасение.

— Рукопашная?

— Рукопашная!

— В лоб?

— В лоб! На обходные маневры у нас времени нет!

Другого выхода действительно не было.

— Примкнуть штыки! Приготовиться к атаке! Ох, как это неприятно — бежать во весь рост навстречу окопавшемуся противнику, подставляя под его прицельные выстрелы свои незащищенные грудь, живот и лицо. Как трудно покидать свое защищающее от смерти убежище…

— Гранаты к бою! На счет три…

Разведчики вытащили, выдернули чеки и разом бросили гранаты.

Десяток одновременных взрывов закрыл наступающих дымом, пылью и комьями земли от взглядов противника. Мгновенным рывком разведчики пробежали опасную зону. Двое из них ткнулись головами в землю. Возможно, от осколков собственных, чуть запоздало рванувших гранат. Но все остальные добежали.

— Справа двое! Автоматная очередь в упор…

— Вон он!..

— Берегись!..

— Саша! Сзади!..

Взрыв гранаты. Еще один. Выстрелы. Крики и проклятья на двух языках.

— А, сволочь!…

Теперь на «кулачки»! Вплотную, как в подростковой, стенка на стенку, драке. Чтобы рукой до горла достать можно было. Чтобы никаких там пистолетов и тому подобной уравнивающей силы техники. Без единого выстрела, одинаково опасного в такой толкучке и для своих, и для чужих.

Теперь у кого первого не выдержит психика.

— На, получай…

Блеск штык-ножа, крик, стекающая с лезвия кровь… И встречный блеск… Лязг наткнувшейся друг на друга стали…

И тут же банальный, со всего маха удар по сопатке. Так, что слюни и сопли во все стороны.

Ах ты так, гад! Ты драться! Ну тогда получай коленом в свой американский пах. С гарантией замедления темпов прироста народонаселения ваших североамериканских штатов. По крайней мере, на одну стомиллионную долю процента…

Крики, возня, пыхтение, угрозы, падения. Драка, уже мало напоминающая бой… Просто драка, без приемчиков и правил. Потому что не на ринге, не на татами — в реальных боевых. Потому что в такой свалке даже нормально размахнуться невозможно. И еще потому, что проигрываешь не раунды и очки — жизнь.

И снова рев моторов зависшего над полем боя вертолета, раздирающие одежду потоки ураганного ветра сверху и равномерный, басовый стук крупнокалиберного пулемета.

— Он что, с ума сошел? Здесь же свои! — возмущенные голоса по-английски.

— Ребята, не отрывайся от них. Он своих мочить не будет! — крики по-русски.

* * *

Фонтанчики земли, выбитые крупнокалиберными чушками пулеметных пуль. Совсем рядом. Буквально в двух шагах. И одновременное падение и откат всех — и американцев и русских — под защиту крон деревьев. И напряженные взгляды вверх.

— Он что у вас, псих, что ли?

— Didn't catch…

— Сам ты гад!

И тут же противника руками за грудки и, с силой подтянув к себе, головой в лицо.

— Получи! За свое превосходство в воздухе! И за то, что ваши пилоты такие олухи!

Нет, слабы все-таки американцы в драке. Нет у них такой уличной закалки… Культурная нация. Привыкли разрешать все споры с помощью адвоката.

— А как насчет «крюка» правой в левую скулу? Не очень? А в правую? Тоже не нравится? А прямым по нюхалке?..

— Миша, Миша, отойди в сторону! Я его из автомата!

— Да пошел ты со своим автоматом… Я его и так уделаю! Одними руками…

И тут же пропущенный удар ногой в солнечное сплетение. И еще один — в подбородок. Эх, Миша, Миша, тебе же говорили — лучше из автомата… А теперь тот, кто мог стрелять, сам, крепко сцепившись с противником, по земле катается, безуспешно пытаясь дотянуться пальцами до его горла.

Крики, угрозы, хрипы, стоны, мат-перемат…

И вдруг перекрывающий все прочие звуки голос. Излагающий свою мысль хоть не совсем на русском и не вполне на английском, но на совершенно понятном и русским, и американцам языке. По существу понятном…

— А ну, суки… Янки… Чтоб вас… Руки вверх… А не то… Всем крышка… Йес, вашу мать!

И все замерли. И перестали стучать друг друга по сопатке и давить друг другу пальцами на кадыки. Потому что посредине свалки, удерживая на вытянутых руках по гирлянде гранат, встал капитан Пивоваров.

И зубами выдернул предохранительную чеку у той, что была зажата в правой руке, а потом у той, что в левой руке.

— Кто двинется хоть на шаг, отпущу. На хрен! Вы меня знаете! Блин!..

Откуда, интересно, американцы могли узнать о дурных наклонностях сибирского паренька Вани Пивоварова?

— Вань, а мы-то как? — попытались урезонить его опасливо замершие сослуживцы.

— И вы — на хрен! Достали все! — сказал Пивоваров. И утер кулаком с зажатой в нем гранатой окровавленный лоб.

— Ну-у!..

В этой драке — кулаки против десятка гранат «Ф-1» победить могли только гранаты. И их владелец.

— О'кей! — согласились американцы и отбросили в сторону ножи.

— Руки за голову!

Американцы подняли руки И сцепили пальцы на затылках в замок.

В наступившей тишине стал отчетливо слышен рев моторов приближающегося вертолета.

— У него что, горючки не меряно? — спросил кто-то.

— И патронов тоже…

— Далидзе! Федоров! Кузнецов!

— Я!

— Бегом к «вертушкам», снимите пулеметы и отгоните этого… к чертовой матери… — кивнул в небо командир

— Есть!

— Всем остальным собрать раненых, убитых и оружие.

— А что с этими делать? — кивнул на сбившихся в кучу пленных американцев Пивоваров.

— Вот эти пусть и собирают. Если попытаются бежать — стреляй на месте.

Далидзе, Федоров и Кузнецов, стараясь избегать открытых мест, пробежали несколько десятков метров до вертолетов. Быстро осмотрели незнакомое им оружие, заправили ленты, передернули затворы.