Бойцы анархии - Сергей Зверев

Чиркающие звуки делались настырнее, въедались в мозг. Я скосил глаза и обнаружил сидящего на груде досок плотного субъекта с волосатыми лапами и очень странно одетого: в джинсовую куртку, затертую до последнего, и широкие защитные штаны с карманами на голяшках. У субъекта было несколько подбородков, один глаз (на месте второго красовалась вызывающая пиратская повязка) и сантиметровая щетина. А природу чиркающего звука я отгадал с первого раза: размашистыми движениями он заострял об огрызок точильного бруска страшненький мясницкий нож. В ногах у субъекта стояла паяльная лампа. Отметив боковым зрением, что я пошевелился, он прервал свое занятие и поднял водянистый глаз.

– Даже не верится, что меня не убили… – подумал я вслух.

– Исправим, не волнуйся, – успокоил субъект, подмигнул последним глазом и критически уставился на идеально помещающееся в руке холодное оружие. Потом перевел взгляд на паяльную лампу. Он пока не определился, с чего начать – вырезать звезду на лбу пленника или выжечь на нем забавную картинку.

Хлопнула дверь.

– Выйди, Циклоп.

– Да, босс, – потенциальный инквизитор безропотно поднялся, сунул нож в кожаные ножны и, переваливаясь с ноги на ногу, удалился. А надо мной зависла закутанная в серый плащ фигура.

Я поедал его глазами и отдавал себе отчет, что знаю этого человека. До могилы не забыть решительный, с саркастическими нотками, среднего тембра голос. Он мог ассоциироваться лишь с одним человеком. Но образ последнего отложился в голове совсем другим. У человека, которого я знал, было холеное «вечнозагорелое» лицо, аккуратная прическа, он всегда был выбрит и производил впечатление пусть не интеллигентного, но отчасти воспитанного человека, знакомого с манерами. Он не брил наголо голову, подбородок не рассекал пополам рваный шрам, лоб не украшало шишкообразное болезненное образование, а правая часть лица не была сдвинута по вертикали относительно левой (благодаря не так давно перенесенному параличу) и не представляла сплошную шелушащуюся коросту.

– Неплохо выглядите, Олег Геннадьевич, – похвалил я.

– Спасибо, Михаил Андреевич, – отозвался Олег Геннадьевич Раевский, более известный по прозвищу Благомор.

Эх, тесен этот мир… Чудовище века, всесильный владыка Каратая, мой бывший «благотворитель», обязанный мне жизнью, давший работу, даровавший «вольную» в пределах урочища, пропавший в самом начале катаклизма – стоял передо мной и разглядывал меня белесыми глазами, окруженными дряблыми кожистыми мешками. И снова я был в его власти. Он мог меня убить, мог миловать…

– Вы узнали меня, я очень рад, – поведал Благомор, – даже невзирая на небольшие изменения в моей внешности… Занятно вас тут встретить, Михаил Андреевич. А вы все такой же – бодрый, полный сил, жизненных планов.

– Как это банально, Олег Геннадьевич… – прошептал я. – Вас теперь не узнают ни враги, ни бывшие сторонники… вы возглавляете заурядную шайку отмороженных упырей…

– И даже подняться не могу, – усмехнулся Благомор. – Стоит взять под контроль приличный район, как прилетают крепкие парни, дают по зубам, низвергают в прах… Вы правы, приходится влачить недостойную жизнь мелкого пирата – насыщенную опасностями, коварными болезнями, ударами исподтишка.

– Зачем вы убили моих людей? – Я повел затекшими плечами. – Зачем вы меня связали?.. Я служил вам верой и правдой – как бы ни старались меня оболгать мои недоброжелатели… Меня банально подставили – вследствие чего погиб Филиппыч, и ваша операция по дрессировке влиятельного папаши Арлине накрылась тазиком… Нас просто сунули мордой в вашу разработку. Не хотелось бы, конечно, перед вами сейчас оправдываться, но и брать на себя чужие грехи…

– Истина вскрылась, Михаил Андреевич, успокойтесь. Я знаю, что вас подставили. Вы же не считаете меня за круглого идиота? Ваша оплошность состояла в том, что в поисках заговорщиков вы не сильно себя утруждали. Нет, по этому поводу я не держу на вас зла. И, в конце концов, откуда мне было знать, что в забавной машине, скачущей по долине, сидите именно вы? Роковая случайность, Михаил Андреевич, переходящая в небольшое чудо. Вся наша жизнь состоит из вереницы роковых случайностей… Я получил сообщение по рации о незнакомой машине. С вездеходами в нашем войске довольно трудновато, и нам не помешала бы хорошая тачка, способная проехать по пересеченной местности…

– Так зачем вы ее раздавили?

– А это не ко мне, а к умникам, которые готовы лбы расшибить, а подумать не могут по причине отсутствия мозгов. Вашу машину хотели лишь остановить. Хм… Я разберусь, не волнуйтесь.

– Может, все-таки объясните, чем я вас разозлил? Боитесь, что буду мстить за своих людей?

– А разве не будете? – Благомор хохотнул, склонился ниже и уперся в меня цепким неприязненным взглядом. – Дело не в этом, Михаил Андреевич. Благодаря исключительно вам я представляю в данный момент именно то, что представляю. Ваше бегство из долины Покоя усугубил разгром тюрьмы в Мерзлом Ключе, вследствие чего деятельность многих групп дознания оказалась буквально парализована. Но даже это не самое страшное – допускаю, что вы спасали свою жизнь, да и кого сейчас волнуют старые незавершенные дела? Ваше появление в распадке Бушующих Духов повлекло за собой переполох и обрушение врат. Не надо мне объяснять, что у какого-то идиота не выдержали нервы. С идиотом давно разобрались, но кому от этого легче? Не ломись вы в распадок, как слон в посудную лавку, ничего бы не было. Весь бизнес, возводимый годами, рухнул в одну минуту. Откопать эту чертову пещеру не смогли – над ней тысячи тонн камней и грунта. А технику туда не подвезти. Выходит, исключительно вашими молитвами год назад я не смог покинуть Каратай. Там даже вертолет посадить некуда. – Благомор досадливо поморщился, и половинки его лица стали совсем как не родные. – Бежал из резиденции… как Керенский, переодетый в женское платье. Скитался по Каратаю. Все ходы и лазейки оказались заперты. За мной объявили негласную охоту. Прятался, кочевал с места на место, выдавал себя за другого. И нынче выдаю. Кстати, перемены в моей личности, которые вы имеете честь наблюдать, были отнюдь не добровольными… Но как-то не хочется мне вам рассказывать, как я провел последний год.

– Чушь, – фыркнул я. – Я не спец по паранормальщине, но уверен, что подобных лазеек в Каратае не одна. Возьмите ущелье Айгарач, расположенное, кстати, неподалеку…

– Вы считаете, мы были всесильны? – скрипнул зубами Благомор. – Мы развивали портал только в распадке, мы вкладывали в его развитие, эксплуатацию и поддержание безопасности немереные деньги – вы даже не представляете, какие! У нас не было ни времени, ни средств вести параллельные изыскательские работы. Да, собственно, и желания не было: все работало! Пока не пришли вы, слон вы наш…

– Я не нарочно, Олег Геннадьевич… – В ситуации не было ничего юмористического, однако мне стало смешно.

– Но ведь и сердцу не прикажешь, верно? – пожал плечами Благомор. – Поэтому поймите мои чувства, когда два часа назад мне показали ваше бесчувственное тело… А в другом плане, Михаил Андреевич… м-м… ума не приложу, каким образом я сейчас бы мог использовать ваши способности. Нереально, знаете ли. Не станете вы со мной сотрудничать – в свете того, что случилось с вашими людьми.