Гимн шута – ХII - Антон Сергеевич Федотов

— Что ты знаешь о нападении на Елену Кошкину? — наконец почти спокойно спросил мужчина.

Молодой человек замер. Он не обсуждал это с отцом, но тоже слышал о планах «приятелей» попытаться развернуть ситуацию в их пользу.

— Стало быть, оно произошло, — скорее констатировал, чем спросил парень.

Впрочем, следовало бы догадаться. Вот уже несколько суток никто из предполагаемых участников «аферы» не выходил в общий чат.

Дмитрий на это внимания не обратил. У него и без того проблем хватало в то время. Например, стоило бы подумать, как именно принести извинения представителям Волконских и Кошкиных. Это, уже не говоря о том, что его люди (!) ранили (!!) Юсупову (!!!).

Да, формально «уралочка» была членом рода Павла. Вот только ее брат, Глава клана, на секундочку, да и отец-воевода одной из самых мощных родовых армий империи, могли на этот счет иметь… мнение. Отличное от. И крайне для их Рода неприятное.

— Кажется, да, — вздохнул Аркадий Данилович.

Как же ему не нравились такие моменты… Совсем скоро ситуация, так или иначе, «прорвется», а у него совершенно нет достоверной информации!

* * *

— Так, допустим, с этим мне все понятно… — задумчиво решил Павел, проведя рукой по пусковому контейнеру.

— Угу-у-у-у… — как-то разом согласились вставшие за его спиной Кроль и выпущенный под «честное» слово из госпиталя Влад.

— А это тогда что? — поинтересовался он, ткнув пальцем в знакомый уже чуть мятый пакет из плотной бумаги.

Глава ГБР только плечами пожал. Впрочем, именно от него сюзерен никакого ответа и не ждал.

— Так это… с прошлого раза осталась, — жизнерадостно осклабился Кирилл.

Павел подождал секунду. Затем, окинув собеседника красноречивым взглядом, еще одну. Все-таки спешить было некуда особо. Да и вообще, время работало исключительно на них.

Однако внятного объяснения не получил.

— Хорошо… — согласился клановец, окидывая взглядом багажник тяжелого бронированного джипа — самое оно для городских операций.

— Ну, любое же дело лучше…

— А я не про огнемет, — покачал головой молодой человек.

Мелодичным колокольчикам прозвучал смешок Мыши — единственной из собравшихся, кто сегодня имел отношение к структурам государевым. Но ей по штату положено было. В бой соваться не стоит (по крайней мере так, чтобы это запечатлели системы фиксации!), а вот просто постоять рядом… так почему бы и нет? «Око» на то и «око». Все видеть и знать. Наблюдать из первых рядов, так сказать.

— Ну… протянула ярковолосая любительница прозрачных топиков, рассмотрев логотип известной сети алкогольной продукции. — В какой-то степени понять можно.

Где-то неподалёку рассмеялась вот совершенно не прислушивающаяся к разговору «уралочка».

«Да, многовато сегодня балласта!» — оценил Волконский, искренне радуясь в душе, что хотя бы Светлану удалось оставить там, где она и должна быть — в информационном центре снятого для нужд Рода особняка. «МОЕГО особняка!» — позволил себе еще секунду погордиться молодой человек. В общем, аргумент аналитика «Ну а че нет-то⁈» удалось «отбить» без труда. А вот Виктория подготовилась куда лучше, вполне резонно заявив, что она, как главная причина конфликта, должна идти с группой.

Тут возразить было сложно. Разве что…

— Эй, кто там Юсупову их машины выпустил⁈ — крикнул без особого стеснения Павел. — Влад!

— Бойцы Крот и Ром, — тут же отрапортовал командир.

— Десять процентов штраф, — отрезал парень. — Это тебе. Своим людям сам наказание придумаешь!

В конце концов, на фоне премии за приключения в Красноуральске, сумма взыскания воображения не поразит. Однако на нужные мысли наведет. Потакать анархии молодой человек не собирался.

— Бойцы! — сурово рявкнул Влад.

Оба «косяка» тут же подобрались. Они стали свидетелями сцены, как командира оштрафовали за их ошибки. И судьбу свою будущую вполне неплохо представляли.

— Ну, сама пойдешь? — буркнул недовольно Павел.

Виктория, даже если что-то и собиралась сказать, задумчивый вид парней оценила. И решила не спорить. Зато как красиво шла к выделенному ей бронированному «бегемоту»… Не каждая королева так на эшафот смогла бы!

— Тут пока безопасно, — негромко сообщила Анастасия лишь после того, как за «принцесской» захлопнулась толстая дверь, которую не всякий танковый «чемодан» возьмет.

— Ага, тогда тоже безопасно было, — буркнул недовольно парень, бросив взгляд на вычурные ворота, которые на экране сканера буквально светились от уровня артефактной защиты. — Но кто-то право и лево перепутал… Ну уж нет!

Канцеляристка кивнула. То ли признала правоту парня, то ли решила просто не спорить. В любом случае тот был ей благодарен.

— Кроль, — позвал клановец.

Ему уже давно не давало покоя желание иных личностей пересобрать его «комплект» прямо перед выездом.

— Я, — уныло откликнулся водитель.

Эти интонации он знал. Хорошего они сулили мало.

— Держи! — потребовал Павел, сунув ему в руки бутылку.

Тот сжал пакет.

— Носишь с собой, — потребовал клановец. — Буквально. Из рук не выпускаешь, чтобы не происходило. Разобьешь — из зарплаты вычту!

Как оказалось, материальная мотивация — штука очень эффективная. Вот и пальцы Кирилла, прекрасно помнившего, сколько стоит «пузырь», судорожно сжались.

Клановец мысленно кивнул сам себе. Помощник по штату место в машине рядом с Юсуповой займет. Так что в безопасности будет. Ему с автоматом не бегать. Зато, может быть, в следующий раз чуть больше думать будет. А так… спасибо, что автомат не выложил.

— Суров, суров, — хмыкнула Настя, прекрасно помнившая, что никого еще всерьез Волконский не штрафовал.

— Приходится, — чуть растерянно кивнул тот, прямо намекая, что в методах поддержания дисциплины стесняться не намерен.

Совсем скоро от нее могут начать зависеть жизни… в куда большей степени, чем сейчас.

— Хорошо, что я не на твоем содержании, — хмыкнула Мышь, тряхнув волосами.

Павла всегда удивляло, почему яркие локоны столь неприметны. «Светиться» же должны ха километр. Ан нет… Неужто состав какой применяет?

— Все можно поправить, — хмыкнул парень негромко.

— Ага, подкуп слуге государево… Стоп!

Настя соображала быстро. А потому параллель от слова «содержать» ко вполне себе явному «содержанка» провела самостоятельно.

— Хорош! — с неким даже восхищением констатировала она. — Я подумаю.

«А ты хороша!» — тут же подумал Волконский. Про себя. Вслух он не сказал ничего.