Гимн шута – XV - Антон Сергеевич Федотов

Теперь уже и воевода чуть удивленно пихнул отца. Тот внимания не обратил. Таких новостей он как-то не ожидал. «Зато уже вряд ли что-то удивит!» — хмыкнул мужчина про себя.

Сын тут же наглядно показал всю его неправоту.

— С высочайшего разрешения, — это гриф «Корона», господа, — в течение полугода на его базе мы планируем запустить первую очередь исследований Аспекта Крови. В том числе стабилизация и социализация носителей Дара, изготовление боевых эликсиров специального назначения и общее изучение Аспекта.

Теперь застыли все. ТАКОЕ лет тридцать назад было представить сложно. А уж сколько крови может пролиться… Хотя бы из-за родичей тех, кого уничтожили за одну принадлежность к Аспекту.

Молодой человек прекрасно заметил заминку родичей:

— В том числе команда под управлением Юсуповой займется и подготовкой общественного мнения по этому вопросу.

Руку поднял воевода.

— Кто возглавит «Альтаир»?

— Кошкина, Елена Валентиновна, — спокойно ответил Павел и хрустнул выуженным с блюда нарезанным соломкой огурчиком.

Собравшиеся переглянулись.

— Почему… такой выбор? — поинтересовался настороженно отец.

За опасную тему взялся сын. Он пока не знал, как относиться к новостям. Это следовало очень серьезно обдумать.

Негромкий смех стал ему ответом.

— Ну не знал я, как еще Лену из «Багряной палаты» вытащить, — развел руками молодой человек столь просто, словно они тут рассуждали, не послать ли слугу за бутылочкой.

На этот раз тишина висела куда дольше.

— А почему… — начал было Игорь Георгиевич, но запнулся. — По какой причине Елена Витальевна попала… туда.

Глава Волконских суеверным не был. Но все-таки считалось, что название самого защищенного места в империи, где не действуют вообще никакие законы, помимо воли Долгоруких, вслух упоминать не стоит.

— Это была самооборона! — веско заявил клановец.

Отчего-то после такого признания никому легче не стало.

— На Лену напали, — продолжил молодой человек. — Она защищалась. В том числе при помощи Аспекта.

Старшие родичи вскочили. На пол беседки полетело яблоко, которое чистил боевым ножом воевода, покатилась в угол еще дымящаяся чашка, вылетевшая из рук отца.

— ЧТО-О-О⁈ — протянули разом все трое.

— Вот так вот случилось, — развел руками Павел с интонациями «дело-то житейское».

— Подожди-подожди-подожди… — потребовал Глава.

Однако договорить Игорю Георгиевичу клановец не дал.

— На данный момент — это ВСЕ, что я хочу и МОГУ сообщить, — веско выдал он.

Мужчины… примолкли. Переглянулись. Да и уселись по своим местам.

О недавней вспышке напоминали лишь пальцы Главы, которыми он массировал виски, скривившееся лицо Валерыча и глубокая задумчивость казначея и отца. Но переспрашивать действительно никто не стал. Хотя бы потому что каждый вспомнил, с кем именно обсуждались рамки, в которых опричник имеет право проинформировать клан.

— Что ж… — негромко протянул Игорь Георгиевич. — Мы тебя услышали.

Остальные собравшиеся кивнули.

— Предлагаю поговорить о более приятных вещах.

Возражений не последовало.

— Тебе, Павел Анатольевич, за решение кризисной ситуации премия полагается. Формат можешь выбрать сам: деньги, активы, ценные бумаги, должности…

— Судьба, — негромко произнес клановец.

Глава вновь поперхнулся. Да, и такой вариант в клановом кодексе прописывался. Но чтобы кто-то реально воспользовался им… Нет, не на памяти Председателя Правления.

Требование означало одно: молодой человек будет иметь право самостоятельно определить положение в клане одного родича. Либо свое собственное. Однако последний вариант казался крайне маловероятным.

— Чья? — негромко спросил он в полной тишине.

— Брата.

Старшие родичи вновь переглянулись. Но теперь молчание нарушил отец.

— Я думал, вы с Сергеем смогли преодолеть вашу детскую вражду и…

Павел покачал головой. Анатолий Георгиевич не стал продолжать.

— Понимаю, зачем он тебе нужен, — веско произнес казначей. — И да, подобный план может сработать. Однако Сергей…

Елизар Петрович замолк. Он уже понял, что где-то чего-то недопонял.

— Не Сергей, — констатировал Глава.

Молодой человек покачал головой.

— Виктор, — не стал томить он.

И вновь родичам понадобилось время на раздумье.

— Уверен? — наконец спросил отец.

С его точки зрения, просьба была бессмысленна. Просто потому, старший сын пообещал подписать личный контракт с канцелярией, если на него будут давить. Да, это решение будет связано с серьёзными проблемами. И последствий будет иметь немало. Однако шанс «сорваться с крючка» у Виктора оставался.

— Да, — негромко сообщил присутствующим Павел.

Мужчины переглянулись.

Первым кивнул казначей. За ним «георгиевичи». Воевода же просто пожал плечами. В клановых раскладах старший сын Анатолия Георгиевича не фигурировал с момента своего обещания порвать с Семьей…

— Хорошо, сын, — негромко произнес заместитель Главы. — Только я бы хотел…

Он недоговорил.

— Не волнуйся, отец, — прекрасно понял его молодой человек. — Зла брату я не причиню. Если увижу, что мои действия смогут привести к потере Виктора для Семьи, я откажусь от своих намерений.

— Да будет так, — веско произнес Анатолий Георгиевич.

— Нужно выпить, — как-то разом решили казначей и воевода.

— Водки, — припечатал Глава.

Павел вздохнул. Его мнение в этом вопросе особого веса не имело. Да и родичам требовалось привести нервы в порядок. Однако вечер явно переставал быть томным!

Глава 26

Глава 26

Девушка рассматривала «неизвестную» ей столицу.

Над центром сердца империи дозволялся пролет лишь по специальным разрешениям. И уж на сверхнизкой высоте… В общем, единственная пассажирка довольно уютного салона хищной машины с интересом рассматривала много лет знакомые улицы с нового ракурса. Зрелище неожиданно захватывало. Она даже уперлась лбом в прохладный стеклопакет иллюминатора, чтобы лучше разглядеть…

— Инна Михайловна, — раздался негромкий голос из динамика системы оповещения. — Мы прибываем. Прошу вас занять свое место и пристегнуть ремни безопасности.

Тюфякина подчинилась. Нечего дисциплину хулиганить. «Не у себя дома!» — мысленно посмеялась над собой девушка, рассматривая крышу древнего особняка, чудом сохранившегося неподалеку от центра столицы.

— Хорошо устроились, — негромко шепнула она.

Было… неспокойно. Да, умом она прекрасно понимала перспективы от сотрудничества с командой Волконского. И в своих талантах «управленца» не сомневалась совсем. Но нервы успокоить пока не получалось.

Под ловкими пальчиками щелкнула застежка ремней безопасности.

— Мы начинаем посадку, — тут же оповестил голос.

Да, именно человек. Инна прекрасно слышала, что с ней сейчас говорит вовсе не бездушная машина автоматического оповещения, а живой пилот, готовящийся к посадочному маневрированию.

— Приехали, — сообщила сама себе Тюфякина через сорок секунд.