Рельсовая война - Александр Тамоников

Ночь со вторника на среду

В 21–00 Тимохин, находясь в комнате совещаний Черенской резиденции ФСБ, набрал номер Крымова. Начальник отдела спецмероприятий ожидал звонка и ответил немедленно:

— Добрый вечер, Саня! Что у тебя?

— Можешь обрадовать Филатова: мы, кажется, вышли на объект, который террористы Караджана выбрали для проведения основной акции.

— Кажется или вышли? Это две большие разницы.

— Со стопроцентной гарантией утверждать не могу, но только на просчитанном нами объекте возможна террористическая акция, способная вызвать последствия, сопоставимые с катастрофой.

— И что это за объект?

— Железная дорога.

Александр довел до друга выводы, сделанные им во время осмотра места рыбалки Розина, и суть перехваченных Самойловым переговоров между Розиным и Черенковой.

Крымов, выдержав паузу, произнес:

— Состав с нефтью, мост, река, параллельные отвлекающие акции… что ж, похоже, ты действительно сумел просчитать замысел боевиков и зацепиться за них. А что по Лунций?

— Миледи это, Крым, Миледи. Ким проверил.

— Понятно. Я передам твой доклад Феофанову. Какие планы на завтра?

— На сегодня, Крым, пока на сегодня. Необходимо срочно перебросить в Черенск оставшийся на базе личный состав «Ориона», плюс специалиста по радиоэлектронике группы «Алтай», старшего лейтенанта Шустова со всей необходимой для прослушивания клиентов аппаратурой.

— Сегодня?

— Прямо сейчас объявляй ребятам тревогу и на легковых машинах с черенскими номерами отправляй ко мне. Максимум в 01–00 среды, 2 июля, они должны быть в резиденции. Иначе завтра я не смогу обеспечить контроль над людьми, работающими на Вампира.

— Мне необходимо согласовать этот вопрос с Феофановым.

— Генерал разрешит выезд, и ты это знаешь. Впрочем, можешь согласовывать с ним все, что угодно, но повышенную боеготовность объявляй немедленно. Если у Феофанова возникнут ко мне вопросы, я на связи!

— Может, мне тоже приехать в Черенск?

— Дело твое, но особой необходимости в этом не вижу.

— Ясно. Жди решения начальника управления.

— Жду.

Тимохин выключил телефон. Посмотрел на часы. Разговор занял одиннадцать минут. Если Крымов будет действовать оперативно, то бойцы «Ориона» и электронщик «Алтая» покинут подмосковную базу где-то в 23–00. За два часа они, конечно, до Черенска не доберутся, так как использовать спецсигналы им никто не разрешит, но в два часа приедут — не беда.

Час ночи Тимохин обозначил для того, чтобы Крымов поторопился.

Прикурив сигарету, Александр вызвал по связи Самойлова. Старший лейтенант доложил, что ничего интересного не зафиксировано. Розин будет ночевать у Черенковой, а вечером завтрашнего дня отправится на рыбалку.

— Переведи аппаратуру в режим автономной работы и отдыхай, — приказал Тимохин. — Снять с позиций ни тебя, ни Колданова я не могу, так что до утра придется находиться в машине.

— Да все в порядке, Александр Александрович, — ответил старший лейтенант. — Сколько надо, столько и буду слушать. Если что, вколю препарат против сна, и никаких проблем. Захочешь, не уснешь.

— Ну, смотри. Поступай, как считаешь нужным. Утром, часов в девять, пришлю смену.

Следом за Самойловым Тимохин переговорил с Колдановым. Специалист «Миража» также ничего, что представляло бы интерес для командира антитеррористической группы, не сообщил. Получил тот же приказ, что и Самойлов, и также заверил, что до утра отработает без отдыха.

Тимохин не успел положить телефон на стол, как тот зазвонил. На дисплее высветилась буква «Ф». Звонил Феофанов.

— Добрый вечер, Сергей Леонидович.

— Привет, Саша! Значит, Миледи работает в Черенске под своим именем?

— Так точно!

— Необъяснимая неосторожность. Что у тебя по железке, составам, мосту, реке и отвлекающим акциям?

Тимохину пришлось повторить доклад, переданный Крымову.

Генерал внимательно выслушал командира «Ориона».

— Да, похоже, вы вышли на основной объект, планируемый бандой Вампира как цель террористической атаки. Крымов передал твой запрос на переброску в Черенск дополнительных сил. Я приказал обеспечить переброску, штабу управления выделить технику и оборудование. В час ночи ребята к тебе прибыть не успеют, а вот где-то в два — два тридцать встречай!

— Я все понял, благодарю!

— Уверен, что тебе в Черенске хватит «Ориона»?

— Пока да. Но если потребуется, то, думаю, проблем с усилением группы не возникнет.

— Я приказал Крымову весь личный состав боевой группировки с 09–00 завтра перевести в режим повышенной боевой готовности.

— По-моему, это лишнее, — сказал Александр.

— Позволь мне решать, что лишнее, а что нет. Твои планы на завтра?

— Продолжение наблюдения за Розиным, Кубаевым, Миледи; возможно, не исключено, за дочерью Розина и ее любовником. Но это в том случае, если у нас появится информация по сотрудничеству указанных лиц с террористами.

— Основное внимание уделить Розину, Саша!

— Конечно! Завтра на рыбалку вместе с ним отправятся Шепель с Самойловым.

— Ясно. Работай. Удачи!

Тимохин, подумав, отозвал Кима в резиденцию. Никуда Миледи не денется, да и не она сейчас играет первую скрипку в дьявольском оркестре террористов. Александр включил телевизор. Показывали какой-то старый, еще черно-белый фильм. Командир «Ориона» уселся в кресло и, глядя в телевизор, задремал.

Очнулся Тимохин в 01–40: его разбудил звонок сотового телефона.

— Да?

— Это Гарин! Разбудил, командир?

— Хороший вопрос. Слушаю тебя!

— Мы на подъезде к Черенску. Подскажи дорогу к резиденции.

— Как далеко вы от поста ДПС? — спросил Тимохин своего заместителя по боевой группе.