Икона для Бешеного - Виктор Доценко

Как говаривали в славном городе Одессе: а где ж вы их дели? — с недоброй усмешкой поинтересовался Икс.

А зачем вообще какие‑то идеи тупому и рабскому народу этой страны? — с откровенным вызовом спросил Палочка, никогда не скрывавший своей русофобии.

Идеи нужны не народу, а нам, — веско сформулировал Икс. — И речь сейчас идет не о глобальной идее, к примеру, как убедить голодный и жаждущий хоть какой‑то стабильности народ в привлекательности демократии и рыночной экономики. Сейчас нужны идеи не стратегические, а тактические. Прошу выступать.

Ответом было угрюмое молчание.

У вас, видно, и мозги заплыли жиром, не только телесная оболочка, — констатировал Икс. — Чему нас учат западные политтехнологи? Если у тебя нет своего прочного программного поля, следует дать бой оппоненту на его собственном поле.

Эрудит–Крыса не смог смолчать:

— В нашем случае это — единственный путь, но он чисто теоретический. А как конкретно воплотить его в жизнь? Ведь для широких народных масс мы все, здесь присутствующие, никогда не станем патриотами.

Была бы идея, а человек найдется, — оборвал Крысу Икс.

При этих словах сидевшие за столом воззрились на Карасева.

Икс сделал вид, что этого не заметил, и авторитетно продолжил:

— В глазах народа нам следует выглядеть самыми большими патриотами в стране. Ну, не нам, конечно, — поправился он, — а нашему кандидату. Наш Президент умно и дельно говорит о возрождении России, об обретении утраченного прошлого величия. Впрочем, когда это произойдет и произойдет ли вообще, никто не знает.

Палочка и Хрюша захихикали.

Икс бросил в их сторону строгий взгляд.

Тезис, заявленный Президентом, отвечает чаяниям народа. Нам следует перехватить эту идею и без долгих разговоров и обещаний воплотить ее в жизнь.

На физиономиях присутствующих Икс не без внутреннего удовольствия прочел откровенное недоумение.

Идея, конечно, великолепная, — согласился сообразительный Хрюша, — но как конкретно и чем привлечь на нашу сторону народ?

Обещаниям Президента мы должны противопоставить реальную акцию, — с загадочным видом произнес Икс.

Какую? — заинтересованно спросили сразу несколько человек.

Идея лежит на поверхности. Вы, ребята, разбогатев, подзабыли, что все гениальное просто. Как вам нравится Заксельберг, который купил яйца работы Фаберже и вернул их на родину?

Народ наш яйцами, даже царскими, не купишь, — прокомментировал Крыса, слывший не только эрудитом, но и остроумцем.

— Согласен, — веско сказал Икс. — А как насчет возвращения в Россию чудотворной иконы, веками хранившейся в Ватикане? Наш народ в глубине души всегда верил в чудеса. Почему он пошел за большевиками в семнадцатом году? Потому что верил — прогоним царя и буржуев и сразу попадем в коммунистический рай. А разве Ельцин не использовал аналогичную модель — прогоним коммунистов и тут же очутимся в капиталистическом раю?

Да вы с Хрюшей самого Ельцина в этом и убедили, — бросил циничный Палочка.

Неважно, кто кого чему научил, — отрезал Икс. — Важен конечный результат. Мы с вами заморочили голову Ельцину, народу и самим себе. Пора остановиться. К главной цели ведут разные пути. Сегодня для разнообразия нам выгодно быть честными.

Это как? — не понял Палочка.

Элементарно, — объяснил Икс, — не обещать людям через год или два райскую жизнь. Мы просто покупаем чудотворную икону, уже спасавшую Русь от татарских набегов еще в четырнадцатом веке (потом ее выкрали), и возвращаем домой известную спасительницу Руси. Вот тут‑то и станет ясно, кто речи говорит, а кто дело делает.

Если ты сам это придумал, ты — гений! — восторженно зачмокал Хрюша.

Не буду свое авторство отрицать, — гордо заявил Икс. Он считал себя человеком выдающимся и всегда с удовольствием слушал похвалы в свой адрес. — Вижу, что моя идея вас вдохновила, — с удовлетворением произнес Икс. — Теперь‑то мы переходим к самому главному и интересному пункту нашей повестки дня. Кто из вас готов купить икону?

Ответом было молчание.

Покупатель иконы автоматически становится кандидатом в Президенты России! — тоном заправского аукциониста провозгласил Икс, в глубине души надеявшийся, что хотя бы один или два человека имеют политические амбиции.

Однако таковых не оказалось.

Стало быть, никто из вас не хочет взять на себя роль спасителя России? — с явной издевкой спросил Икс.

Не готовы мы морально и материально к этому благородному делу, — в тон Иксу ответил Крыса.

Остальные дружно зароптали в знак согласия.

С вами все ясно, — улыбнулся Икс, — обещаю, что чистосердечность ваших признаний будет учтена при вынесении приговора.

А может, тебе самому? — робко начал Хрюша. — Исключено, — жестко оборвал его Икс.

Но почему?

По разным соображениям, — ушел от прямого ответа Икс. — Мне лезть под прожекторы еще не время. Подозревая, что вы все поведете себя, как застенчивые девицы, я приготовил кандидатуру.

Все, словно завороженные, ждали.

Икс выдержал паузу.

Кандидатом в Президенты станет Арнольд Критский! — Голосом диктора, объявляющего на стадионе имя победителя, заявил Икс.

Но он же ограниченный дурень! — не выдержал эмоциональный Крыса.

А кто сказал, что Президент должен быть умным и образованным? — громко рассмеялся Икс. — Никто из самых преданных сторонников Президента Буша не назовет его умным, а тем более образованным. Президент должен быть импозантен и в меру болтлив. Этим критериям наш Арик, безусловно, отвечает.

Но он же — еврей! — вскликнул Макака, сам не без аналогичного национального греха.

Ну и что? — не смутился Икс, обкатавший эту проблему в разговоре с Иваном. — Обеспеченный еврей чуть ли не на последние деньги возвращает русскому народу его святыню. Придумайте что‑нибудь благороднее! Поступок Критского хоть на некоторое время утихомирит тех, кто вопит о том, что гнусные жиды жируют на голодном русском народе. Убедил я нас в том, что Арик Критский на сегодняшний день самый подходящий кандидат?

Убедил, убедил… — прозвучали голоса.

А теперь самое, друзья мои, неприятное, — сообщил Икс, нарочно приняв вид человека, явившегося на похороны. — Понадобятся деньги, большие деньги как на покупку иконы, так и на саму кампанию.

А что, Критский бедный человек? — подал голос Питон, известный своей жадностью.

А ты вообразил, что Критский действительно будет покупать икону за свои деньги? — насмешливо спросил Икс. — Оно ему надо? Критский — марионетка, болтающая перед зрителями, а пьеса и спектакль наши. Так что готовьте кошельки.