Укус Змея - Михаил Зайцев

Но почему? Почему?! Почему все неприятности (и депресняк следом!) сваливаются на меня сразу (только у меня так?) и в один день?! Ненавижу!

Во-первых, ненавижу седобородого клопа, офисного начальника.

Рабочее время уже заканчивалось (17 час. 56 мин.), и тетки, мои сослуживицы (бывшие!), уже сложили тайком сумки и уже готовы были стартовать, когда из своего кабинета вылез этот клоп вонючий и обратился ко мне:

— Маргарита Николавна, можно вас на минуточку? Можно, если на минуточку. На 18 час. 30 мин. у меня с автором стрелка забита в метро (на пересечении кольцевой и радиальной). Захожу к нему в кабинет (в ебинет, извините), сама тайком на часы поглядываю, а он ящик письменного стола открывает и оттуда бумаги на стол — хлоп:

— Маргарита Николавна, вот тут и вот здесь распишитесь и вот еще... — Достает из стола деньги, скромное количество мятых купюр и совершенно бесстыжую россыпь мелочи. — Пересчитайте, прежде чем вот тут еще расписываться, и, смотрите, трудовую книжку не потеряйте.

Он меня уволил! Сволочь вонючая! В связи, видите ли, с «сокращением штатов». С выходным пособием из расчета моего официального (по ведомости) оклада! И все это накануне того дня (завтрашнего!), когда мне полагается кэш в конвертике!

— Пардон, а где налик? — спросила я, пряча трудовую в сумочку.

— Какой «налик»? — притворно (тоже мне, актер!) удивился он. — У нас, в нашей фирме, все, милочка, по закону, и все сотрудницы это подтвердят под присягой.

Конечно, все жирные тетки это подтвердят! Нечего и соваться в налоговую, чтобы отомстить этому насмешнику гребаному. Нечего и думать о поисках справедливости. Но хотя бы хорошую мину при плохой (паршивой!) игре я могу сохранить? (Чтоб не чувствовать себя уж совсем опущенной!)

— О'кей, — усмехнулась я так, как в моем воображении это делал Змей, — что ж, хотите со мной поссориться, пеняйте на себя.

А он расхохотался (нагло так) и говорит:

— С сильным не дерись, с богатым не судись, милочка. Пошла вон отсюда!

Прямо так и сказал: «Пошла вон...»

Слава богу, я сдержалась и не заплакала.

Напрасно я изображала усмешку Змея! Просто резко поглупела от обиды (от наглости его!) и повела себя, как последняя (распоследняя) дура. И совершенно напрасно, выходя из кабинета (казаться гордою хватило сил, а ума не хватило), я этак небрежно бросила через плечо:

— Вы еще пожалеете.

Фигу, он чего пожалеет! Зато я еще долго буду жалеть, что сорвалась и потеряла лицо. Ведь знала же! Знаю, что никогда и никому нельзя угрожать! Можешь отомстить (действовать) — мсти (действуй), а угрозы (пустые) — всего лишь признак слабости. Быть слабой не стыдно, стыдно притворяться при этом сильной (очень стыдно)!..

Во-вторых, ненавижу автора.

Я, естественно, опоздала на стрелку, и пришлось извиняться. Я, как выяснилось, забыла дискету (в дисководе) с четвертой частью злоключений Змея (убить меня мало!), и опять пришлось извиняться. Автор принимал все мои извинения легко и с вежливой (идиотской) улыбкой.

Кстати, в Эмиратах он совершенно не загорел (зачем, спрашивается, ездил?). И еще, кстати, он передал мне привет от Игоря Палыча (вот человек!), который уехал в командировку. Какая, интересно (почему я не спросила?), командировка может быть у историка? На конференцию? В мухосранский архив?

А возненавидела я автора, конечно, не за его вежливость, его бледность и передачу приветов (за это, кстати, спасибо). Я его ненавижу за переданный мне синопсис ПОСЛЕДНЕЙ части романа. Что случилось со Змеем в третьем тысячелетии, фольклор умалчивает, да? Я специально не стала заглядывать (сдержалась!) в конец синопсиса. И не буду заглядывать (сдержусь), потому что мне жалко расставаться со Змеем. Жалко!..

В-третьих, я ненавижу мастера спорта и моего ухажера Гришу!

Только вышла из метро, только я побежала наперегонки с троллейбусом к остановке, как в сумочке зазвонил мобильник, и я (идиотка!) споткнулась (чуть не упала), плюнула вслед троллейбусу и ответила на звонок, не взглянув на определившийся номер! А это (закон подлости) как раз Гриша прозвонился со сборов. Пьяный!

Я не сразу поняла, что он пьяный в хлам. Я ни разу не слышала (и не видела) его пьяным. Он вообще трезвенник (чем и купил мою маман), а тут:

— Марго-о, а я яа-а в жопе... Але-е!.. Але, ап! А меня дисквалю... дисквале... дисква-квалифици-ровали...

— Григорий?

— Яа-а... А я того, Марго... За-а допинг-жопинг меня-я нах... С с-с-соревнований! С соревнований нах... за доп-пинг...

— Гриша, позвони, когда проспишься... Алло! Ты меня слышишь?

— Я ско-оро пре... приеду... Позвони-и мне-е, по-позвони... по-озвони мене, ради бога... ля-ляля... тра-ля-ля... Хорош-ш-шая вещ-щь коньяк... Выходи за меня замуж... уж, невтерпеж. Уж... нах...