Человек с чужим прошлым - Василий Веденеев

— Нет, галичанка, польско-украинская кровь, — почему-то вздохнул начальник СС и полиции. — Абвер подвел ее к Марчевскому еще до войны. Женщина весьма интересная внешне и столь же пустая внутри. Именно она указала людям Ругге место пребывания поляка: он прятался в ее квартире.

— Мотивы?

— Просты, господин оберфюрер: искренне уверена, что делает благое дело по отношению к своему сожителю.

— Ему известно о ее связях с абвером?

— Нет. Но он никогда не доверял ей никаких тайн и не делился своими замыслами. Только ставил в известность: приду тогда-то, завтра уезжаем и тому подобное.

— Он к ней сильно привязан?

— Кто может это знать? — пожал плечами Байер. — Только он сам. Но Марчевский не любит говорить на эти темы.

— Свяжитесь со старшим группы наружного наблюдения, — распорядился Бергер. — Пусть оттянут наружников абвера от Дымши, а его самого, под каким-либо благовидным предлогом, задержат в городе минут на сорок, однако ни в коем случае не доставляют в комендатуру. За это время ликвидируйте Гураль, но так, чтобы все подозрения абвера пали именно на Дымшу. Мой человек докладывал, что Дымша носит с собой нож… Пусть ее убьют именно ножом. И оставят на теле записку, вроде: «Смерть любовнице немецкого пособника». Желательна широкая известность убийства среди населения.

— Понимаю.

— И еще, срочно подберите неглупую и смазливую девку, разработайте варианты ввода ее в разработку Марчевского. Убирая от него агента абвера, надо поставить на это место своего. Уж если подкладывать свинью людям Кикера, так в лучших традициях.

Байер вышел в другую комнату к телефону. Слушая, как он негромко отдает распоряжения, Бергер решил завтра же направить людей в адресное бюро городской управы — пусть внимательнейшим образом проверят все адреса в районах, которые его очень интересовали — вокруг казино «Турмклаузе» и костела Святого Рафаила. Там могли притаиться совсем иные люди, связанные отнюдь не с абвером.

В дверь квартиры постучали условным стуком. Бергер пошел открывать. Через минуту он ввел в комнату молодого человека приятной наружности и представил его начальнику СС и тайной полиции города.

— Конрад фон Бютцов, он же русский эмигрант Вадим Выхин.

Байер, сопя, пожал протянутую ему руку. Вот он, таинственный человек оберфюрера Бергера, внедренный им в абвер для проведения операции. Нет ли и среди его сотрудников в аппарате городского гестапо таких же Бютцовых-Выхиных, служащих чинам из Берлина?

— Абверовцы насторожены, — без предисловий начал Выхин, сев к столу. — Они получили человека и теперь хотят разработать его до конца. Но противник может сам специально отдать нам малозначительную фигуру.

— Конкретнее, — подобрался Бергер. Вилли Байер засопел еще громче.

— Крайне подозрителен Тараканов. Не исключено, что именно он главное лицо среди английской агентуры в городе. Они отдадут Дымшу, чтобы отвлечь подозрения от Тараканова и обеспечить ему возможность выполнения задания.

— Мы лишим их всех опорных пунктов, — вмешался Байер. — Жертва будет напрасной.

— Они могут пожертвовать не только Дымшей, — усмехнулся Выхин, — господа с островов очень изобретательны, а метод жертв в тактической игре, чтобы выиграть в стратегической инициативе, характерен для работы интелидженс сервис. И все ли их явки нам уже известны?

— Есть ли прямые улики, указывающие на связь Тараканова с англичанами? — откинулся на спинку кресла Бергер.

— Нет, только косвенные. Но это как раз усугубляет подозрения: он не зря появился рядом с Марчевским, имел весьма неясные отношения с Дымшей, ловко уходит от любых сомнительных бесед, втерся в доверие к Ругге.

— Считаете вероятной вербовку Марчевского англичанами? — беспокойно заерзал на стуле начальник СС и тайной полиции.

— Надеюсь, что пока им не удалось.

— А если это русская разведка? — предположил Бергер.

— Невероятно, — отрезал Выхин. — Здесь всегда работали англичане и французы. Русские не смогут столь быстро внедриться в польскую среду после сентября тридцать девятого. Французам не до Польши. Так что — англичане.

— Я не склонен недооценивать русских, — протянул Бергep. — Кстати, вы умолчали о племяннице ксендза. Почему? Офицер СС не может даже думать о женщине неполноценной расы, тем более строить связанные с ней какие-либо планы на будущее. Если так уж захочется — она ваша: с момента ареста и до казни. Я далек от мысли, что вы не желаете отдать в руки СД врага рейха, но…

— Ее роль пока неясна, — осторожно ответил Выхин.

— Вам не ясна, — сухо уточнил Бергер. — А мы постараемся внести полную ясность. Во все аспекты дела. Не так ли, герр Байер?

* * *

Тапер с виноватой улыбкой разводил руками:

— То не можно, пан… Я не знаю цей мелодии.

— Играй! — упрямо повторял, стоя перед ним, Тараканов.

— Пану пора расплатиться и проветриться, — взял его под локоть один из официантов. — Пойдемте.

Он потянул упирающегося Тараканова к выходу. Тот ухватился за косяк двери.

— Послушай! Ну, не могу же я, пьяным, по улице… Проводи во двор, посижу где-нибудь, — и Владимир Иванович сунул в руку официанта мятую купюру.

Мельком глянув на нее, официант ласково полуобнял перебравшего посетителя и повел его совсем в другую сторону.

— Так есть, пан, — приговаривал он. — Никак не можно в таком виде. Может, пан желает отдохнуть у нас?

— He-e-e, — замотал головой Тараканов. — На улицу!

Официант вывел его к дверям, через которые выгружали продукты для кухни, предупредительно открыл их и показал на лавочку под чахлыми деревьями.

Владимир Иванович, пошатываясь, направился к ней. Убедившись, что официант закрыл дверь и больше за ним не наблюдает, он вполне твердым шагом прошел мимо лавочки и быстро свернул в переулок. Достав носовой платок, вытер лицо. Теперь это был уже совсем другой человек — собранный, абсолютно трезвый. Миновав несколько проходных дворов и оставшиеся после бомбежек развалины, Тараканов притаился в нише парадного и некоторое время внимательно наблюдал за улицей и прохожими. Потом догнал проходивший мимо трамвай, вспрыгнул на подножку, проехал две остановки, соскочил на повороте и снова затерялся в проходных дворах.

И там следовавшие за ним чуть не по пятам люди Ругге упустили его.

Бестолково покрутившись на одном месте, они разошлись в разные стороны и снова сошлись, так и не обнаружив объект среди халуп и развалин — Тараканов словно сквозь землю провалился. Старший группы принял решение продолжать поиск и направил часть людей на дорогу к замку — ее Тараканов никак не мог миновать, возвращаясь из города, а в том, что он еще вернется, абверовцы были полностью уверены…

Тем временем Владимир Иванович появился совсем в другом месте. Осторожно раздвинув густые ветви кустов сирени, он вышел во двор разбитого бомбами заброшенного монастыря бернардитов. Скользнув тенью вдоль стены, добрался до часовни и вошел внутрь. В глубине строения, скрытая полумраком, угадывалась женская фигура, закутанная в темный широкий платок.