Инстинкт зверя - Наталья Корнилова

Ступив на заросшие травой ржавые рельсы, я пригнулась и тут услышала осторожные шаги. Они доносились с другой стороны вагона. Только бы он меня не услышал. Пусть думает, что я испугалась и осталась сидеть за кучей. Мне нужно было подобраться к нему незаметно, чтобы он не смог воспользоваться пушкой. Я заглянула под вагон и увидела ноги. Неслышно ступая, они медленно передвигались вдоль вагона. Согнувшись в три погибели, чтобы не упускать его из вида, я пошла следом с другой стороны. Дойдя до конца, Петрович немного постоял, прислушиваясь к голосам, уже доносившимся из гаража, а потом быстро побежал прочь. Пролезть под вагоном для меня было делом одной секунды. Там я сняла туфли и босиком кинулась вслед за убегающим бандитом, уже не думая о пистолете.

Впереди маячили темные корпуса какого-то завода, и если он скроется там, то найти его будет довольно трудно. Он бежал метрах в двадцати от меня, не оглядываясь, огибая лежащие на земле ящики и железяки, а я неслась за ним, легкая как лань, и быстро догоняла. Видимо, за шумом своих шагов, он не слышал моих, потому что продолжал бежать, не останавливаясь, и это меня спасло. Только когда до него осталось метра три, а до ближайшего корпуса с выбитыми стеклами и того меньше, он все-таки понял, что за его спиной кто-то есть, обернулся, увидел меня, вскинул пистолет и выстрелил в тот самый момент, когда я прыгнула ему под ноги. Пуля просвистела над головой, я схватила его за ноги, вонзила свои страшные когти ему в икры, разрывая мышцы и сухожилия, и рванула на себя.

Петрович вскрикнул, упал навзничь, выронив пистолет, я быстро проползла по его извивающемуся от боли телу и схватила обеими руками за горло.

– Ну вот мы и встретились, ублюдок, – процедила я, задыхаясь, ему в искаженное ненавистью и болью лицо. – И не вздумай сопротивляться – я очень злая и могу убить.

– Да кто ты, черт бы тебя побрал?! – прохрипел он, обхватив меня сильными руками и прижав к себе. – Что ты сделала с моими ногами?!

– Диагноз тебе поставит тюремный врач. Говори, как вы вышли на Василия, или я сниму с тебя скальп, – я схватила его одной рукой за челку и полоснула ногтем-бритвой по лбу. Кровь из раны полилась ему на глаза, он ослабил хватку и просипел:

– Ты что делаешь, сволочь?! Ты зачем меня калечишь?!

– Тогда говори!

– Скажу, только не трогай меня больше! – взмолился он, пытаясь столкнуть меня с себя, но я вцепилась в него мертвой хваткой руками и ногами. – Нас наняла одна женщина, ясно тебе? Попросила похитить ее внучку, а в качестве платы мы должны были получить выкуп с папаши той девчонки.

– Где она сейчас?

– В подвале сидит, под гаражом.

– Она жива?

– Да, я не успел ее прикончить…

– Тогда считай, что тебе крупно повезло. И тут со стороны гаража до меня донесся громкий крик:

– Мария, ты где?! Ау, черт побери!!! Ты жива или нет?!

– Жива, босс! – крикнула я в ответ, чувствуя, как радостные слезы наворачиваются на глаза, а к горлу подступает комок. – Жива, вашими молитвами!

Идите сюда!

Все-таки, что там ни говори, а босс у меня молодчина, успел, как всегда, вовремя. До сих пор не могу понять, как это у него получается. Сколько раз я уже могла погибнуть и мое красивое тело давно бы сгнило в сырой земле, если бы не он. Да, цены ему нет.

* * *

Мы приехали с боссом в больницу ранним утром, когда больные еще даже не завтракали, а только ходили по коридорам с полотенцами на плечах и туалетными принадлежностями в руках. Некоторые еще лежали в кроватях. На нас были белые халаты, мы шли в седьмую палату, вдыхая спертый запах болезни и лекарств и разглядывая помятые после сна лица больных. Нам с боссом так и не удалось поспать этой ночью. Пока отыскали в темном подвале несчастную Дашу, едва живую от холода и голода, пока как следует допросили перевязанного Петровича, пока объясняли ситуацию ошарашенному Виктору Ивановичу с наполовину оторванными ушами – уже рассвело и ложиться спать не было никакого смысла. Поэтому мы решили сразу же закончить это дело, чтобы начать новый день с хорошим настроением – сели в наш джип и поехали в больницу.

В палате номер семь стояли четыре кровати. Три из них были пустыми, а на четвертой лежала, повернувшись лицом к стене, пожилая женщина с густой шапкой растрепанных седых волос. Мы подошли к кровати, и Родион негромко сказал:

– Доброе утро, Евдокия Степановна. Вам привет от внучки.

Она полежала несколько мгновений, не двигаясь, потом медленно повернулась и уставилась на нас большими старческими, страшно усталыми, красными от слез глазами, под которыми набрякли мешки. Видимо, она всю ночь проплакала. Нижняя губа у нее была залеплена пластырем. Несмотря на изменившуюся внешность, я сразу узнала ту самую сухопарую женщину, которую встретила у подъезда, когда шла к жене Игоря.

– Кто вы? – бесцветным голосом тихо спросила она, пряча взгляд.

– Вы прекрасно знаете, кто мы, – мягко ответила я. – Это – Родион, а я – Мария, та самая, которую вы хотели убить, когда задушили Ирину Ветошкину.

Зачем вы все это сделали, Евдокия Степановна? Вам же умирать скоро, а вы такой грех на душу взяли. Замолить ведь не успеете.

– Мне уже все равно, – она подняла на меня глаза. – Значит, вы уже все знаете. Это хорошо. Что с Дашей?

– Она в порядке, – сказал Родион. – Ее спасли чудом. Те, кого вы наняли, хотели ее убить, но не успели.

– Они не должны были так поступать! – встрепенулась женщина, приподнимаясь на локте. – Они обещали, что не сделают ей ничего плохого.

– Они вас обманули. Лучше расскажите, зачем вы убили Ирину Ветошкину? – попросил Родион.

Бабушка, откинув одеяло, села на кровати, расправив халат и пригладив волосы, и отрешенным голосом проговорила:

– Это все Вася, мой сын. Это он довел меня до этого. Однажды я проснулась, заглянула в Дашину комнату и увидела, как она занимается сексом с учителем английского, с этим проклятым Игорем. И тогда поняла, что это длится уже давно, а меня просто обманывали. Если бы об этом узнал мой сын, он бы убил меня на месте. Я его очень боюсь, понимаете? – она посмотрела на нас, ища сочувствия. – Сама не знаю, как из него вырос такой злой человек. В детстве был таким добрым и послушным…

– Не отвлекайтесь, пожалуйста, – прервал воспоминания босс. – Рассказывайте дальше.

– А что рассказывать. Потом Вася узнал, что Даша беременна, и начал докапываться до правды. Я еще больше испугалась. Когда этот Игорь ушел, получив деньги, я пошла за ним, заманила его на стройку и убила кухонным ножом, который взяла из дома. И изрезала ему все лицо, чтобы опознать не могли. Я боялась, что он все расскажет моему сыну. Потом вроде все успокоилось, Даша молчала, я уже решила, что никто никогда ничего не узнает. Но потом Вася решил нанять детективов, чтобы найти отца ребенка. Я сама посоветовала ему ваше агентство – моя подружка живет рядом с вами и много про вас рассказывала. А потом испугалась, подумала, что вы все равно выйдете на след учителя, и решила убить его жену.