Мент для новых русских - Александр Золотько

– Что слышала, красавица, – спокойно сказал Браток.

– Ты что это себе позволяешь? – закипая, спросила Нина.

– Это что ты ему собираешься позволить? – Браток зло улыбнулся прямо в лицо Нине. – Потом расскажешь, как он, капитанский минет в четыре звездочки…

Нина задохнулась от обиды и злости.

– Да не пылкай глазами, Нина, – засмеялся Браток, – не пылкай. Мне шеф велел с тобой договориться, как именно я тебя в машину к Зеленому подсажу. Я так понимаю, не в шахматы ты с ним играть будешь. Или ты расфуфырилась по другому поводу?

– Сволочь ты, Браток! – процедила Нина сквозь зубы и села в кресло за свой стол.

– Чего там, сволочь, не сволочи, красавица. Не одну тебя этой ночью трахнут без взаимного согласия. Меня вон сегодня… – Браток махнул рукой, – извини, это я так, со зла.

– Ладно, – кивнула Нина, – давай действительно прикинем, как мне к вам в машину сесть. Пока они там болтать не закончили. О чем они там, кстати?

– О чем – не знаю. Шеф пару раз ржал так, что чуть последние окна не повылетали. Анекдоты травят, наверное…

* * *

Геннадий Федорович и капитан Гринчук анекдотов не травили. Они рассказывали друг другу житейские истории, причем как-то так вышло, что Гиря живописал истории из ментовской жизни, напирая все больше либо на копеечные зарплаты стражей порядка, либо на жирные взятки, которые некоторые особо талантливые менты умудрялись получать у особо щедрых представителей частного, а то и теневого бизнеса.

Зеленый от души смеялся, когда история действительно выходила забавная, и сам в долгу не оставался. Только темой его рассказок, были дела житейские именно братанов, спонсоров и другой элиты современного общества.

– Тут, Геннадий Федорович, тоже думать нужно. Поделил территорию и давай всех на своем участке жмакать на предмет выкачивания бабок – много ума не надо. Умные ведут свои дела так, что и клиентов доят, и еще им этим удовольствие доставляют.

– Ага, те еще и благодарят пацанов, когда им налог выплачивают, – скептически прищурился Гиря и отпил из стакана.

– Именно! Тут нужно активно использовать достижения цивилизации, – Гринчук сидел свободно, закинув ногу за ногу. – Вот что такое реклама?

Гиря снова отхлебнул коньяка и буркнул что-то невнятное. Рекламу он не любил, а любое упоминание гигиенических прокладок, или, не дай Бог, тампаксов, вызывало у него ярость и желание что-нибудь сокрушить.

– Реклама – это двигатель прогресса, – назидательно сказал капитан. – Кое-где это поняли так. Все поделено – кафешки, базарчики, фирмочки и даже газеты с телевидением, не говоря уже об радио. Дошло до того, что фирма никогда не понесет рекламу в ту газету, которая приютилась не под той крышей. Даже если это выгодно. Да. Но, опять-таки, кое-где, скажем, в том же Крыму…

– Ну, в Крыму, – оживился Гиря, – там все так крепко поделено…

– Вот. И тут братва спохватилась. И начали происходить забавные вещи. Является в фирму такой стриженный бык и по бумажке читает, что мол, реклама – двигатель торговли, и что эта фирма, если не хочет совсем прогореть, то она должна размещать свою рекламу в средствах массовой информации. Без базара. Директор фирмы чешет в затылке и понимает, что так или иначе, а платить все равно придется, и что в случае с рекламой от потери бабок будет хоть какая-то польза.

И отправляется по указанному адресу в конкретную газету, чтобы обязательно разместить в этом печатном органе рекламу. И с удовольствием возвращается, расставшись с некоторой суммой.

– И в чем тут прикол? – поинтересовался Гиря.

– Как в чем? Во-первых, тот, кто держит газету, получает бабки. Во-вторых, директор фирмы получает рекламу… – Гринчук сделал паузу.

– И все?

– И в третьих, быки, которые наезжали на фирму, получают от газеты свой процент, согласно агентскому соглашению. От десяти до двадцати процентов стоимости рекламы. И никакие менты не смогут к этом прикопаться – все совершенно законно.

Гиря засмеялся не сразу. Некоторое время он о чем-то думал, шевеля пальцами в воздухе, потом допил коньяк и только потом уж засмеялся.

– Ехать мне пора, – сказал Зеленый, посмотрев на часы.

– В райотдел?

– По такой погоде – лучше домой. В райотдел я уже звонил, получил ценные указания заниматься только вашими делами, разрешение пользоваться вашим транспортом и другой помощью, – Зеленый всю фразу произнес вальяжно, ровно, не делая ни какого ударения на словосочетании «другой помощью», – заодно сообщил своим коллегам, что теперь им придется вместо меня грести кучу моих дел. Так что с меня – бутылка коньяка.

– Ладушки, – кивнул Гиря и крикнул: – Браток!

Браток оказался на пороге ровно через секунду.

– Все там у тебя готово? – спросил Гиря. – Все получил?

– Все, только…

– Что? – насупился Гиря.

– Тут Нинка приперлась, наряженная как на свиданку…

– Ну?

– А ее хахель только что позвонил, что не приедет за ней. Теперь просится, чтобы я ее подвез. – Браток переводил совершенно честный взгляд с шефа на капитана и обратно.

– А чего ты у меня спрашиваешь? – почти искренне удивился Геннадий Федорович. – У тебя есть вот новый начальник. На своей тачке я Нинку не повезу, не по дороге.

– Как вы, Юрий Иванович? – повернулся Браток к Зеленому.

– А ей далеко? – спросил Гринчук.

– На пересечение проспекта Пятьдесят лет ВЛКСМ и Пятьдесят лет СССР.

– На перекресток двух полтинников, – перевел Гринчук морально устаревшие названия на общепринятое. – Ладно, скажи – завезем. Пусть в машине ждет.

– Ага, – Браток вышел.

– Значит, я поехал, – сказал капитан – если что…

– Если что – я позвоню по твоему мобильнику, – сказал Гиря. – Или ты звони, капитан, по любому поводу. По любому.

Гиря, на всякий случай, памятуя о достаточно конфликтном и непредсказуемом характере опера, руку на прощание подавать не стал.

Зеленый усмехнулся:

– Ремонт почти с самого начала придется делать, сочувствую.

– Ничего, за неделю все сделаем! – как-то рассеянно ответил Гиря, выдвигая ящик письменного стола.

– Кстати, о строительстве. Загадка есть – вот если раньше разборки устраивали стенка на стенку, то как устраивают сейчас?

– И как? – спросил Гиря, вынимая из ящика стола стопку старых газет.

– Крыша на крышу.

Гиря снова понял не сразу. Потом засмеялся:

– Сам придумал? Надо ребятам рассказать.

– Пока! – Гринчук вышел из кабинета, нигде не задерживаясь, прошел до выхода и сел на переднее сидение «жигуленка», которого Браток как раз подогнал к крыльцу.