Коридор без света - Александр Тамоников

— Это значит, мне заказывать борт часов на шесть? — спросил Жуков.

— Если получится. Ты же знаешь, как у нас договариваться с гражданскими службами.

— Вы удивляете меня, Александр Михайлович. Уж нам везде дадут зеленый свет!

— Тогда заказывай на шесть утра.

— Экипировка боевая отсюда? — уточнил Скоробогатов.

— Да. Но все, включая оружие, разместить в сумках. Переодевание на борту «вертушки»!

— С Лаприным полетим?

— Да! Сергей Петрович, «Арму» сегодня же отправить с основной базы в таджикский Айни. Данный вопрос согласовать с Наджуром. Он поможет. «Ми-8» разместить по возможности скрытно.

— Понял, Александр Михайлович!

— Свободны! Занимайтесь.

— Так быть свободными и отдыхать или все же заниматься? — улыбнулся майор.

— Ром! Не задавай глупых вопросов!

— Глупых? Почему глупых? — изобразил удивление майор.

— Иди! — тихо произнес генерал, что не предвещало ничего хорошего.

— Есть! До завтра.

— Давай!

Уром понедельника 14 сентября «Ту-134» Антитеррористического управления в 6.00 поднялся в воздух с подмосковного военного аэродрома, взяв курс на юго-восток. Совершив промежуточную посадку для дозаправки, лайнер в 13.05 по местному времени благополучно приземлился на аэродроме военной базы Айни, в двадцати пяти километрах от Душанбе. Самолет прокатился по ВПП, ушел на второстепенную дорожку и встал у больших размеров нового ангара, из-за которого был виден хвост десантного «Ми-8».

К самолету сразу же был подан трап. Подъехала черная «БМВ» и такая же черная тонированная «Газель».

Из «БМВ» вышел подтянутый мужчина в строгом костюме. Слабый ветерок теребил его седые волосы. Первыми по трапу спустились Жуков и Скоробогатов.

— Разрешите представиться, полковник Наджур, — подойдя к ним, произнес мужчина.

Представились и российские старшие офицеры.

После чего Жуков уехал с Наджуром, который оставил Скоробогатову данные для связи по спутниковой станции с собой, и командиром таджикской боевой группы «Барк», майором Ильясом Рамоном.

Из ангара, как только скрылся представительский лимузин, возник командир экипажа «Ми-8» капитан Лаприн:

— Привет, Рома! Ты не поверишь, но я уже соскучился по вам.

— Не было работы?

— Так, мелочовка.

— Теперь не мелочовка.

— Это я понял, когда посылали сюда и передали приказ бросить твою группу «за речку».

— Ты готов к вылету?

— Ром! Что за вопрос? Давай своих парней на борт, что за ангаром, и через час я высажу вас на плато в десяти километрах южнее кишлака Рахнуд.

— Значит, тебе уже поставлена задача.

— Поставлена. Доставить группу в район применения, находиться на плато до завершения операции, при необходимости поддержать спецназ огнем с воздуха, для чего на подвесках два контейнера с НУРами.

— А что, «Су-35» не прибыли?

— Здесь! В укрытии.

— Но и ты мог бы уничтожить объекты.

— Это, Рома, смотря какие. Мне приказано поддержать вас непосредственно при штурме, если возникнет такая необходимость, работать по бронированным объектам должны бомбардировщики.

— У тебя есть связь с ними?

— Конечно. Я передам тебе всю информацию по прибытии в район.

— Добро!

Скоробогатов по радиостанции отдал команду группе быстро перейти на борт «Ми-8». Там оказалось шестеро бойцов армейского спецназа для охраны вертолета. Бойцы Скоробогатова переоделись, сложили сумки к стенке, расположились по лавкам.

В 13.40 «Ми-8», сделав небольшую пробежку, оторвался от земли и, набрав высоту и скорость, пошел к таджикско-афганской границе. Операция «Эфербон» началась.