Ударная волна - Сергей Зверев

– Не стоит этого делать, – с мерзкой улыбкой сказал ему тогда Хопли. – А то увольнением не отделаетесь!

– Руки коротки! – взревел капитан. – Как только мы окажемся на берегу, и вас, и всю вашу шайку арестуют!

– Для этого нужно, чтобы вы как минимум сумели добраться до рации.

– А кто меня остановит?! Я капитан этого корабля! Кстати, можно и не ждать возвращения на берег! Я могу вас своей властью арестовать!

– Да ну? – Улыбка Хопли стала еще более зловещей.

– Именно так! Что вы можете сделать? Пристрелите меня, что ли?! И остальных членов команды тоже? А на берегу как вы убийства объясните? На кого свалите? На одного из своих? Вряд ли кто-либо согласится за всех отдуваться! А если и согласится, полиция его расколет! Тогда вы и без моих слов на берегу за решетку попадете! А после суда и на электрический стул! Не пугайте, нечем вам меня пугать! Вы не посмеете мне ничего сделать, потому что за это отвечать придется! Закон в нашей стране хорошо работает!

Хопли сунул руку в карман. И тут же в лабораторию вошел тот самый тип, который сейчас сидел у него за спиной с пистолетом в руке. Он сразу взял Китинга на прицел.

– А вот кто будет во всем виноват, – с усмешкой сказал Хопли. – Я вам сейчас кое-что объясню, капитан. На самом деле русский ледокол не просто потерпел аварию. На него напали террористы.

– Что?!

– Да, именно так. Русские не стали об этом сообщать – таковы были требования, которые боевики им предъявили. Но потом каким-то образом русским удалось взять ситуацию под контроль. Нашелся у них какой-то умелый спецназовец. Благодаря ему ледокол сейчас снова в руках его капитана и остатков команды.

– Но откуда вы это знаете?!

– Не все сразу, выслушайте меня до конца. Так вот – не все террористы были уничтожены. Некоторым удалось бежать. И они, понимаете ли, сумели проникнуть на ваше судно. Вот один из них – прошу любить и жаловать, – Хопли кивнул на араба с пистолетом.

Китинг помотал головой. Он решительно ничего не понимал. Если история, которую ему только что рассказал Хопли, правдива, то почему он сам этого террориста не боится?! И более того, араб явно ему подчиняется – он и появился-то здесь по сигналу Хопли. И вообще, как этот террорист сумел на судно попасть?! Ничего не понятно!

А Хопли между тем продолжал:

– Именно террористы и окажутся виновниками, если мне придется прибегнуть к крайним мерам. Он нападет на ваших матросов, подстрелит одного-двух – причем так, чтобы побольше народу это видело. То, что террористы были, в итоге вынуждены будут подтвердить и русские. До сих пор они молчали, но теперь заговорят. Почему бы и нет? Ведь они одержали победу. К тому же им надо будет как-то объяснить гибель своих моряков – а погибло их немало. В итоге на бежавших с ледокола террористов, проникших на наш корабль, можно будет списать все что угодно. В том числе и вашу гибель, дорогой капитан. И гибель вашего помощника.

– Дика?!

– Да. Увы, этот парнишка оказался слишком сообразителен. Ему я не собирался открывать правду, но он до нее додумался сам.

– А мне вы зачем все рассказали?

– От вас и от мистера Джонса мне нужно сознательное сотрудничество.

– Я согласен, – неожиданно заявил Джонс, который до сих пор молчал. – Готов помогать. В случае необходимости могу подтвердить, что при мне террорист убил капитана.

– Очень правильное решение, – с довольной улыбкой сказал Хопли.

– Я думаю, это не останется…

– Разумеется! – Хопли не дал Джонсу договорить, и так было ясно, что ученый имеет в виду. – Компания умеет быть благодарной. Точную сумму мы обсудим позже. Так вот, капитан, – он снова повернулся к Китингу. – Представьте себе: наш друг Абу Осман, – он кивнул на араба, – появляется в кают-компании, стреляет в ваших матросов. Мы сообщаем по рации, что на судне вооруженные террористы, просим помощи. Но вертолету лететь сюда не меньше двух часов. К тому моменту, как помощь прибудет, мы уже справимся своими силами. Один террорист будет убит – окажется, что он упал за борт, это подтвержу я, Джонс и кто-нибудь еще из моих парней. А второй террорист окажется обезоружен и связан.

– И что же, вы на это согласны? – Китинг посмотрел в спокойные глаза араба.

– Он согласен, – кивнул Хопли. – Для него это оптимальный выход. Тем более что при подробном разбирательстве окажется, что его вина не так уж велика. Он был подчиненным, его запугали, запутали и так далее. К тому же что-то мне подсказывает, что недолго он пробудет в руках закона. Наверняка ему устроят побег. Так вот, на чем я остановился, когда вы меня перебили? Ах да! На нашей победе. К сожалению, она дастся нам не без потерь. Окажется, что капитан Китинг, его первый помощник Ричард и еще кто-нибудь героически погибли. Разумеется, убил их не Абу Осман, а тот самый второй террорист, который упал за борт.

– Которого никто не видел, – заметил капитан. Впрочем, по голосу его ощущалось, что он испытывает страх. Китинг понял, что у Хопли все продумано.

– Отчего же никто? Его видел я, видел Джонс, еще кто-нибудь – найдутся разумные люди. И в итоге большей части вашей команды даже врать не придется. Все будут искренне верить в нападение террористов – ну, как же, одного из них своими глазами видели, пару человек Абу Осман даже ранит.

– Хорошо вы все продумали. Не понимаю только, что вас с этим террористом связывает? Почему он играет на вашей стороне?

– А вот это уже вас не касается, капитан, – ответил Хопли. – В общем, что-то мы заболтались. Пора к делу переходить. Итак, у меня к вам один вопрос – теперь, когда я вам кое-что объяснил, вы не передумали?

Несколько секунд Китинг молчал. Он не был героем и очень боялся смерти. К тому же, если сейчас перейти на сторону Хопли, он еще и денег получит. А русские? Ну, что русские… Они же ему, в конце концов, не друзья и не родственники. И вообще, Россия вечный соперник и враг Америки. Значит…

– Ладно, я согласен, – тихо сказал капитан.

– Отлично! – улыбнулся Хопли. – Но умоляю вас, не ошибитесь. Не вздумайте пытаться меня обмануть. У меня все продумано. Здесь, на корабле, вас никогда не поздно пристрелить. Имейте в виду, я не остановлюсь даже перед тем, чтобы сделать это на глазах у кого-то из команды. Тогда просто жертв террористов окажется больше. А если вы вздумаете болтать уже на берегу, то, во-первых, уже будете соучастником преступления, а во-вторых, вам никто не поверит.

– Я не собираюсь вас обманывать, – сказал капитан. – Только не совсем понимаю, зачем я вам нужен.

– Во-первых, вы подтвердите нашу версию. Думаю, что если вы на нашей стороне, то прибегать к уловке с террористами вам не придется. А смерть вашего помощника как-нибудь иначе объясним. Например, самоубийство. Правда, нет предсмертной записки, но не беда – зато будут свидетели, которые видели, как он за борт прыгнул. В том числе и вы, капитан.