Убийство с отягчающими - Вячеслав Денисов

Вернув телефон гостю, он быстро пересек квартиру и по пояс высунулся в окно. Плохо, что вокруг него никто ничего не понимал, а объяснять не было времени.

Морщась от острых иголок сухих снежинок, Кряжин с высоты двенадцатого этажа быстро осмотрел все пространство под домом. Если не считать тронувшегося в путь черного «Вольво» – благо, определить марку было легко по «вырезанным» вдоль задней части кузова крыльям, – ничего необычного на улице не проиcходило.

– Дай команду своим, – сказал Кряжин, вынимая платок и стирая с лица влагу. – Черный «Вольво», модель «S-восемьдесят». Только что отъехал от дома напротив.

Командир группы наговаривал что-то людям внизу, а советник, вернувшись к дивану, присел на его край.

– Надежды, что это он, мало. Но это все, что есть. Вы ведь, Эмма Петровна, все равно не скажете, на чем Гаенко ездит, верно?

– Я бы с радостью, – еще пять минут назад она послала бы Кряжина подальше, но пять минут назад он дал ей плед, чтобы согреться, – но не имею понятия.

Кряжин кивнул, другого он и не ждал.

– Женщину в ИВС. Пригласите сотрудницу ФСБ. Задержанная должна одеться в ее присутствии.

Усевшись в «Волгу», он настроил радиостанцию на волну ФСБ, и Сидельников направил машину к центру.

– Это Контора разговаривает, что ли? – спросил Полянский, наклонившись вперед.

– Она, – подтвердил Кряжин.

«Восьмой, я у объекта…»

«Куда следует?»

«В сторону центра, по Красной Пресне…»

– Это они не нас ведут? – усмехнулся Сидельников, уверенно держа машину в левом ряду.

«Восьмой, ты запроси у Второго – он ничего не напутал? Точно «Вольво»? Точно «восьмидесятая», точно от дома в Большом Девятинском?»

«А в чем проблема, Пятый?» – новый голос в эфире, знакомый по квартире. По-видимому, у него не было желания играть в шпионов при полной слышимости всех.

«В машине два человека, один из которых сотрудник милиции…»

Кряжин поморщился. Интуиция его подвела. ФСБ ведет машину, в которой едет на работу милиционер. В последнее время сотрудникам МВД добавили к окладам, и теперь перед ними распахнулись широкие возможности по выбору способов передвижения. Нынче, купив «Вольво», некоторым из них нет необходимости тратиться на билеты в общественном транспорте.

«Этот парень с Большой Дмитровки, часом, не перестарался?»

«Веди объект», – голос командира группы захвата был тверд, поддерживать иронию подчиненного на волне, которую только что назвал Кряжину, он не хотел.

– Говорит парень с Большой Дмитровки, – приблизив микрофон к губам, врезался в разговор советник. – В каком звании сотрудник милиции?

Последовавшую за этим тишину можно было объяснить либо смущением от неожиданного разоблачения, либо старанием, с коим Пятый выполнял новое распоряжение.

– Я Семьсот Девяносто Четвертый, на всякий случай, – злорадно улыбнувшись, добавил Кряжин.

– Семь-Девять-Четыре, – отозвался Пятый, обнаружив полное отсутствие чувства юмора, – я – Пятый. У человека в форме сотрудника милиции справа от водителя по одной большой звезде на погонах. Майор, получается… Как понял?

«Школа!» – с уважением подумал Кряжин. Не – «у сотрудника милиции», а – «у человека в форме сотрудника милиции». Все правильно. Пока не доказано соответствие существа форме, речь можно вести только о форме.

– Я понял. Нарисуй мне водителя.

– Кожаная куртка, темная. Волосы светлые, средней длины… Черт, тонировка зеленого тона, цвета искажаются… Сейчас справа подойду…

Некоторое время в салоне висела полная тишина. Следовало догадываться, что Пятый «подходит» к объекту со стороны «человека в форме майора милиции».

– Семь-Девять-Четыре, я Пятый… У водителя на правой руке перстень с прозрачным камнем, черный свитер с высоким воротником, гладко выбрит, ему около тридцати пяти – тридцати восьми. Это все. В «Вольво» ведется оживленный разговор…

– Ты что, заходил к ним? – съязвил советник.

– Нет. Подрезал у Малой Грузинской. Со стороны водителя. Вам же водила нужен был?

– Красавчик! – восхищенно выдохнул Сидельников. – Стандартная ситуация. Подрезаешь кого-нибудь, опускаешь стекло и начинаешь называть пидором. Тому не остается ничего другого, как тоже опустить стекло и убрать тонировку зеленого цвета.

Кряжин пожевал губами и почесал подбородок.

– Пятый, как вел себя майор милиции? Осадить не пытался?

Ему ответили, что майор сидел тихо, и серый рукав милицейского бушлата – единственное, что у майора было видно через опущенное стекло, – лежал неподвижно.

– Второй, слышишь меня?

– Слышу.

– Уроните объект. Спасибо за помощь.

Прозвучала команда выпустить «Вольво» из-под контроля и следовать по домам. На фоне наступившего утра это выглядело как начало дня, не обещающее ничего интересного. Но Кряжин был прав. Он понятия не имел, кто такой тридцатипятилетний мужчина в кожаной куртке темного цвета, имеющий на правой руке перстень с прозрачным камнем. Старт от дома, где расположена квартира Гаенко, – не повод водить «Вольво» по всей Москве, а привычка начисто бриться – не особая примета, и не принцип поиска. Да и милицейский майор этот… Устроить переполох, чтобы потом из ГУВД в Генпрокуратуру прилетела жалоба – Кряжин обидел начальника статистического отдела?

– Ты что, очумел, Шульгин? – яростным шепотом спрашивал заместителя Чубасов. – У тебя с головой все в порядке?! Ты хочешь заставить меня поверить в то, что Гринев держал тебя под прицелом? На кой черт ему стрелять в тебя? У меня с утра уже двое журналистов порог обивают! Молодым людям с карандашами в руках не терпится выяснить подробности смерти капитана милиции!

Генерал-майор посмотрел на генерал-лейтенанта взглядом твердым, но подчиненным.

– Кривошееву я все рассказал так, как нужно. Он на то и руководит пресс-службой управления, чтобы объяснять людям то, чего они сами не понимают. Пусть папарацци идут к нему и получают ответы на свои вопросы.

Чубасов показал ему на стул, и зам его занял.

– У меня не было иного выхода. Гринев убил «федерала», едва догадался об опасности. После этого скрылся, что означает, что он стал опасен вдвойне. В казино, куда я поехал сразу после адреса, который мне указали мои люди, Гринев стал выбрасывать из рукава «браунинг». Мне нужно было дождаться, пока он выстрелит и попадет в меня или в кого-то из сыщиков, которых я взял с собой на задержание?

Он спросил и смотрел на начальника ГУВД так, словно подозревал, что тот мог ответить утвердительно.

Чубасов водил дужкой очков по губам, стараясь сформулировать свой вопрос таким образом, дабы он не выглядел чересчур откровенно и прямо. Лучше было бы, чтобы Шульгин помог и озвучил тему сам, но он сидит и внимательно смотрит. Послал генерала в резиновых сапогах на «землю». Тот и сходил… Скверно.