Присяга Российской империи - Александр Прозоров

– What you wish for dinner? (Что желаете на обед?) – вежливо поинтересовалась стюардесса.

– Чего?

– Она интересуется, что вы желаете кушать, – перевел муфтий, поправив полы халата. – Неужели вы не знаете английского языка?

– Зато я знаю пушту и узбекский, – парировал Илья. – Можно брать чего хочешь, или нужно из чего-то выбрать?

– Цыпленок, бифштекс, тунец и вегетарианская еда.

– Бифштекс, – моментально согласился Ралусин. Шейх Абдо Саддам-Юсуф поговорил с девушкой еще с полминуты и отпустил ее, привычным жестом приложив руку к груди.

– Странно, но она утверждает, что цыпленок был забит в соответствии с требованиями Корана, – откинулся мулла на спинку кресла. – А вы, юноша, помнится, называли себя христианином?

– Не называл, а есть, – упрямо заявил Илья.

– А вы не помните, какое сегодня число?

– Восемнадцатое декабря. Майор слишком долго валандался с документами, время уходит.

– Восемнадцатое декабря, – повторил старик. – Филлиповский пост, если мне не изменяет память. А вы, юноша, бифштексами откушивать изволите…

– Подумаешь, – после небольшой паузы пожал плечами Ралусин. – Что изменится от того, что я поем мяса? Главное, что я в душе верю.

– Да-да, конечно, – с откровенной усмешкой кивнул шейх. – Но только очень, даже очень-очень глубоко.

– Да что вы придираетесь! – взорвался Илья. – Просто вы, мусульмане, ненавидите христиан!

– Какая ерунда, – ничуть не обиделся муфтий. – Никто из истинно правоверных никогда не станет укорять христианина. Ведь вы искренне веруете в единого Бога. Но вы заблуждаетесь, вы обмануты шайтаном. Поэтому вы вызываете не ненависть, жалость.

– Где это нас обманули?

– Именно этот вопрос я задал великому шейху Хуссейну Насруле, будучи еще юным учеником медресе, – муфтий достал четки и начал их неторопливо перебирать. – Учитель не обиделся. Он велел принести Библию из его стола и позволил: «Читай!». Я стал читать эту книгу, что христиане чтут святыней. Прочитал про сотворение мира, про создание человека. Прчитал про райский сад, и про то, как бог сказал Адаму: «…а от дерева познания добра и зла не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь[32]». А потом прочитал, как вкусили люди по наущению змея плоды этого древа. «Что ты сейчас увидел?» – перебил меня учитель. Я ответил ему, что прочитал про грех первых христиан. «Нет, – сказал мне мудрый шейх Хуссейн Насрула. – Нет, ты прочитал про то, что люди, вкусив от древа добра и зла, остались живы. А значит, бог обманул их. А теперь ответь мне, Абда, разве Бог может лгать?». В тот час прозрение снизошло на мою голову и я в ужасе отбросил безбожную книгу. А учитель сказал: «Библия стара, и шайтан успел приложить к ней свою грязную лапу. А посему нет ныне на Земле иной книги, несущей слово Божие, кроме Корана». А про христиан сказал: «Они веруют в Бога единого, а потому являются братьями нашими. Шайтан хитер. Нужно ли ненавидеть людей за то, что злые духи смогли их обмануть?»

– Тогда почему мусульмане воюют с христианами?

– Никогда не слышал, – покачал головой шейх. – Воюют либо те, кого ни один правоверный не назовет единоверцем, либо те, кто делит с христианами землю, золото или нефть.

– А в Чечне?

– В Чечне? – вздохнул муфтий. – В Чечню пришли те, для кого нет иного бога, кроме шайтана и гнусных слуг его. Они пришли, чтобы заставить недавних братьев убивать друг друга. Чтобы русские стреляли чеченцев, а чеченцы резали русских. Этим детям иблиса не нужны ни Боги, ни чья-то свобода, ни закон. Они хотят одного: придти на залитую кровью, опустевшую землю и забрать ее себе. И чтобы хозяева отчизны уничтожили сами себя, а не сплотились против истинных врагов своих. Эти посланцы демона приходили и в наши мечети, но наш народ оказался мудрее и не захотел умирать ради чужой выгоды.

– К вам, это в Татарию?

– Они приходили во многие места…

– Значит, вы все-таки за христианство?

– Ты так ничего и не понял, юноша, – вздохнул шейх. – Мы не за христианство, и не против него. Мы боремся против всемирного порождения Зла, против шайтана или, как вы его называете Сатаны. И ислам – это та религия, которая волею Аллаха оказалась на самой передовой этой войны против демонов. Хотя некоторые пытаются исказить и сам ислам. Сейчас шайтан побеждает. Он смог во многих землях узаконить, превратить в норму все пороки, которые категорически осуждены Пророком и даже Библией. Поклонение золотому тельцу, деньгам, материальному успеху; разврат и прелюбодеяние, законодательно разрешил гомосексуализм – смертный грех, осужденный Библией. Он внушает людям восхищение силой, насилием, развратом, внушает допустимость убийства. Да что говорить, на этом стоит весь западный кинематограф. А между тем Бог уже не раз уничтожал народы за их неправильную культуру. Вы посмотрите, что за культура нам навязывается! Теперь стал возможным гомосексуализм, проституция, деньги решают все. А когда народ принимает неверную культуру, у него сдвигаются понятия добра и зла. Явное зло начинает воспринимается как нечто повседневное, легко допустимое. Православие, равно как и Ислам, пока еще отказывается идти на компромиссы с Сатаной. Ваша Церковь сносит оскверненные храмы, где продавшие душу священники освятили гомосексуальные браки, а самих отступников предают анафеме. Ваша церковь не отступает от древних обрядов, от попустительства разврату, от истинного календаря, идущего со времен пришествия пророка Исы[33], она не уступает демонам даже в мелочах. Ибо, как сказано в Коране, если тебе дают выбирать из большего и меньшего зла, то нужно отвергнуть оба и выбрать добро. И до тех пор, пока православие готово хранить заветы Бога и его пророка, мы не станем врагами, как бы этого не хотелось приверженцам Сатаны. И именно поэтому мы всегда будем вызывать ненависть у приверженцев шайтана. Или ты считаешь, что я в чем-то неправ?

– Значит, вы едете со мной, чтобы защищать ислам против нечистой силы? – кивнул Ралусин.

– Да, юноша. Я лечу с тобой ради защиты своей веры. И ради спасения невинных от гибели. Ведь Коран запрещает даже на войне проливать кровь невинных, пытать пленных, насиловать женщин. Впрочем, христианам этого не понять.

– Интересно, уважаемый шейх, – не без ехидства поинтересовался Илья. – Но если ислам такая великая религия, то почему получается, что именно мусульманские страны живут в наибольшей нищете?