Им равных нет - Сергей Зверев

– Потом, – оборвал его Кутасов, знающий, что когда у Аналитика шалят нервы, то слова из него хлещут, как вода из сорванного водопроводного крана. – Что за разговор был – мы тоже представляем. Ты в подробностях давай.

– В шокирующих?

– В достоверных, – подал голос Председатель Совбеза, крутящий в пальцах паркеровскую чернильную ручку.

В общем-то, нечто подобное они ожидали. Противник на самом деле не стеснялся пускать в ход крупные калибры.

Вчера Марк Игоревич Лещинский, руководитель «Связь-Роса» – крупнейшей государственной корпорации по системам связи, бывший министр финансов России, открыто декларировавший свою прозападную позицию и фактически при старом Президенте являвшийся надзирателем за Россией со стороны США, эдакий гаулейтер, потребовал срочной встречи у ныне действующего Президента России. Последний тут же согласился, поскольку знал, что беседа ожидается не праздная и говорить Лещинский будет не от своего имени.

– Встреча была без галстуков, – Аналитик взял из шкафа бутылку с «Пепси-колой», с треском открутил крышку, бросил ее в угол и жадно приложился к горлышку. – Можно сказать, в рабочих халатах.

– То есть без дипломатических экивоков, – кивнул Председатель Совбеза.

– Дипломатия, – усмехнулся Аналитик. – Протоколы. Вежливые кивки. Все это в прошлом, в галантном веке. Сейчас все напоминает компьютерную игру. Все называется своими именами. Подсчитываются бухгалтерски плюсы и минусы. Решения принимаются математически выверенные.

– Ультиматум, – кивнул Председатель Совета безопасности. Этот ход тоже был просчитан.

– Ваша правда, – кивнул Аналитик и продолжил рассказ.

Встреча была дружеская – за бокалом вина, при камине. Потрескивающие поленья, лениво лижущий их огонь. Идиллия. Встреча старых друзей. На самом деле в идущей сейчас в России войне на уничтожение здесь разгоралась битва, притом судьбоносная. Аналитик, присутствовавший при этом, скромно сидел в кресле в углу, наблюдая за разворачивающейся драмой со стороны. Президент России дал ему четкое указание – наблюдать, молчать и оценивать.

Лещинский, судя по его вдохновенному виду, страшно пекся об интересах России в целом и об интересах лично Президента, его многочисленных друзей и родственников в частности. Он искренне желал зашедшей в исторический тупик Державе процветания в лоне западной цивилизации и вообще самого светлого будущего.

– Поймите: это вопрос решенный. Россия не выдержит изоляции, – журчал Лещинский, как вода в унитазе. – Россия не может выпасть из исторического процесса. Времена железных занавесов давно минули.

– Я все понял, – улыбнулся Президент. – Я изучал философию и научный коммунизм в университете. Поэтому не стоит тратить силы, Марк Игоревич, на экскурсы в исторический материализм. Давай будем откровенны. Намеками меня извели наши западные друзья. Конкретно – требования и условия. И, главное, причины, по которым я должен согласиться на них.

Причин согласиться на капитуляцию оказалось немало. Частичная изоляция России, введение жестких экономических и политических санкций, дипломатические казни египетские – все это в списке угроз занимало весьма скромное место. Гораздо более убедительными выглядели другие аргументы. Тайные счета представителей ныне правящей элиты, а также элиты ушедшей, но еще играющей значительную роль в общественно-политической жизни России. Обещание громких коррупционных скандалов с вываливанием груды компромата на высших должностных лиц – этого добра у западных спецслужб накопилось немало. Кроме того, вся элита проросла корнями на Запад, и не считаться с этим невозможно. Начиная от банковских счетов, недвижимости, такого волнительного головокружительного вращения в кругах западного экономического и политического бомонда и кончая такими мелочами, что родные дети сплошь все в английских школах и американских университетах и толпы близких родственников уютно устроились на Западе. И так далее. И все такое прочее… К сожалению, последние десятилетия большая часть тех, кто рулит Россией, считает родную страну неким выпасом с зеленой травкой, где нужно нагуливать бока и жиреть. Но стойло они себе определили там, в чистых городах с приветливыми людьми и ухоженными лужайками.

Фактически Президенту России продемонстрировали хорошо заточенный, в бурых кровавых пятнах палаческий топор. Ведь после вбрасывания всего компромата легитимность нынешнего режима автоматически ставится под большой вопрос. Введение санкций влечет за собой экономический кризис и, как следствие, политическую неустойчивость. В результате возникает реальная перспектива демонтажа существующей системы власти и полной утраты господствующих позиций.

По мере того как ходатай излагал накопившиеся претензии цивилизованного человечества к отсталой России, а заодно пророчил страшные кары и невзгоды, Президент мрачнел все больше.

– Ну что же. Довольно подло, но сильно, – кивнул он.

– Моральные категории не для геополитики, – с искренней скорбью вздохнул Лещинский, удрученный несовершенством современного мира. – Вы понимаете, что сейчас определяется будущее планеты. И сантименты тут излишни.

– Правильно в общем-то, – кивнул Президент России. – Но даже в самые кровопролитные периоды истории в той же геополитике присутствовала хоть искаженная, но мораль. Не все средства были хороши. Потому что играющие стороны понимали – запрещенные приемы, только дай волю, станут использовать все стороны.

– К сожалению, наша сторона слаба, – развел руками «гаулейтер». – Поэтому выбор средств в отношении нас не обсуждается.

– Наша сторона? – иронически вздернул бровь Президент.

Лещинский усмехнулся и ничего не ответил.

– Понятно, – кивнул Президент. – Нас совершенно не принимают как серьезных противников.

– И для того есть причины, не правда ли.

– Правда, – согласился Президент. – Расклад сил понятен. Что от меня хотят? Что «Вам», – сделал ударение на Вам, – надо?

Требования были ожидаемыми и достаточно жесткими. Фактическая капитуляция на Кавказе. Резкое сужение геополитического пространства. Колоссальные дипломатические уступки на территории СНГ. Сдача анклавов в Грузии. Однако это только начало перечня. Дальше шли: активизация дальнейшего процесса демократизации политической жизни. Либерализация политики и экономики. Ослабление силовой составляющей во внутренней политике. Это означало продолжение старого курса на внутриполитический и экономический хаос, ослабление с любовью отстроенной вертикали власти. Особое внимание зачистке силового блока – резкое ослабление позиций силовиков, ограничение сферы их деятельности, фактический увод из-под их контроля финансово-экономических операций. Персонально – отставки министра обороны, директора АФБ, Председателя Совбеза и пары вице-премьеров. Ну а дальше всяческие приятные для Запада незначительные мелочи: допуск иностранных банков на внутрироссийский рынок, участие западного капитала в нефтяном бизнесе с возможностью получения контрольных пакетов – тут прагматичные западные лидеры не могли упустить своего. Шкуру с медведя надо сдирать так, чтобы ни шерстинка не пострадала, все бы в дело пошло. Прозрачность и усиление системы контроля за российскими ядерными вооружениями, которые, конечно же, несут нешуточную угрозу миру во всем мире. Сворачивание ядерных программ на Ближнем Востоке. Амнистия осужденным по государственным и экономическим преступлениям (читай – западной агентуре). Были и кое-какие пряники. Режимы благоприятствования в отраслях экономики, в основном сырьевых. Обещание щедрых кредитов. Прием во Всемирную торговую организацию, который затягивается из года в год.