Полный контакт - Алим Тыналин

К нам подошел Леха, потрогал стену.

— Нихера себе. Ну ты даешь, — сказал он. — Как без рук не остался?

Смелов кивнул.

— Я тебя понял. Неважно, где тренироваться. Главное, делать это с полной отдачей.

Мы пошли в раздевалку. Крылов шел вместе с нами. Я рассказал, как провел лето. Прямо, как во время сочинения по литературе. Первого сентября в школе.

Вышли из спортзала. Так и не дождались Щепкина. Для себя я решил снова приехать завтра в секцию.

Скорее всего, соревнования уже на носу. Начнутся послезавтра. Или через два дня. Значит, нельзя пропускать занятия.

Поболтали на остановке. Еще полчаса. Потом разъехались. Все по домам.

Я поехал на дачу. Надо забрать остатки вещей. И переночевать в последний раз. Провести тренировку. И переехать в общагу.

Через полтора часа я был на даче. Перекусил.

Уселся в медитацию. На шпагат. Очень сильно провалился в дзен. В состояние безмыслия.

Хотя ощущал, что здесь это дается труднее. Среди людей. Чем в лесу. Они отвлекали. Эти беспокойные суетливые создания.

Открыл глаза. Передо мной сидела Настя. Тоже на полу. И смотрела на меня.

Я сначала решил, что это глюк. Во время медитации всякое привидится. Однажды я видел волка.

Ничего. Сейчас исчезнет.

Я закрыл глаза. Потряс головой. Открыл.

Настя продолжала сидеть передо мной.

— Это ты? — спросил я. — Настя? Как ты сюда попала?

Оглянулся на дверь. Да, действительно. Глупый вопрос. У меня все открыто. Калитка, входная дверь. Дверь в комнату.

Другое дело, как девушка сюда бесшумно пробралась? Словно кошка. Видимо, я так глубоко погрузился в себя, что не слышал происходящее вокруг.

— Мерзавец, — ответила девушка. Покачала головой. Смотрела на меня чуточку насмешливо. И странно скривив губки. — Какой же ты мерзавец. Я так ждала твоего звонка. А ты даже не позвонил.

Я ощутил запоздалые раскаяния. И вправду мерзавец. Обещал позвонить. И не сдержал слова.

— Я места себе не нахожу, — все также ровно продолжала говорить девушка. — С ума схожу. А он тут сидит. Какой-то фигней занимается. Какой-то дурацкой гимнастикой.

Я поглядел на себя. До сих пор сижу на шпагате. Тогда я оперся на руки и встал. Ноги затекли. В первое мгновение как будто вонзились тысячи иголок.

Настя тоже поднялась. Встала, отряхнула попку. Очаровательную попку. Развернулась и пошла.

— Куда ты? — спросил я.

Настя ответила на ходу:

— Куда, куда, к себе обратно. Убедилась, что ты жив и цел. Теперь могу идти спать. Спокойно. Впервые за несколько дней.

Она вышла из комнаты. И из дома. Наверное, я был пришибленный после медитации.

Все вещи воспринимаются одинаково спокойно. Даже равнодушно. Поэтому позволил ей уйти.

Потом услышал шаги во дворе. Увидел в окне, как стройная фигурка девушки шагает к воротам. И побежал следом.

Выскочил на улицу. Догнал Настю на улице. Поймал за руку.

— Подожди.

Развернул к себе. При тусклом свете далеких фонарей увидел, что по щекам девушки текут слезы.

— Прости, малышка. Я замотался и забегался. Столько всего навалилось после возвращения из леса.

Настя стояла передо мной. Всхлипывала. Но тут вскинула голову. Поглядела на меня.

— После какого возвращения? Из леса? Но Рома говорил, что ты уехал на практику. Ты что, все это время был в лесу? В нашем лесу?

Она покачала головой. Попыталась вырвать руку.

— Ты псих, Витя. Самый настоящий псих. По тебе психушка плачет. Зачем только ты попался тогда мне на глаза? Как я теперь забуду тебя?

Эка ее проняло. Неужто девушка так сильно втюрилась в меня? В самого неподходящего для любви парня.

Потому что, я сейчас нацелен на все, что угодно. Но только не на отношения. Вернее, больше на развитие в боевых искусствах. И не хочу отвлекаться на девушек.

— Послушай, Настя, — я отпустил руку девушки. — Давай я тебе все объясню. Чтобы ты знала всю правду. На самом деле, ты очень нравишься мне. Очень. Я не шучу. Я бы с удовольствием стал твоим парнем. Ты прекрасная девушка. Красивая, умная, искренняя. Но тут есть одна загвоздка.

Я замолчал. Собирался с мыслями. Но Настя опередила меня.

— Я так и знала, — сказала она с обидой. — Мог бы сказать сразу. У тебя есть другая. Ну и ладно. Оставайся с ней.

О дьявол. Я же говорил, что не люблю объяснения.

Она хотела развернуться и уйти. Пришлось опять схватить ее за руку.

— Нет, постой. У меня нет другой. Вернее, была, но мы уже расстались. Давно. Я хотел сказать другое.

У Насти снова текли слезы.

— Я сейчас занят карате, — сказал я. — Занят так сильно, что у меня не остается времени на что-то другое. В том числе, на девушек. Причина только в этом.

Настя перестала плакать. Удивленно распахнула глаза.

— Ты серьезно? Как это может быть причиной?

Я кивнул.

— А почему нет? Я проиграл соревнования. А теперь хочу выиграть. Хочу совершенствовать свое мастерство. Отточить до небывалого уровня. И для этого мне надо полное сосредоточение.

Настя вытерла слезы и улыбнулась.

— Дурачок. Какой же ты дурачок. Не мог сказать мне это сразу? Да я согласна ждать хоть целую вечность. Если только ты будешь со мной.

Я посмотрел на нее. И больше уже не мог сопротивляться. Также, как и она.

Рванулся к девушке. Прижал к себе. Поцеловал. Настя не оттолкнула меня.

Наоборот, обняла меня так крепко, как только могла. И тоже поцеловала.

Так страстно и бурно, что я почувствовал кровь на губах. Не знаю, чью. Мою или девушки.

Но это неважно. Мы стояли на сумрачной проселочной дорожке. Между дачным массивом и сгоревшим лесом.

И целовались. Целовались так, будто в последний раз в жизни. Иногда я прижимал девушку так сильно, что она задыхалась. И тогда я отпускал ее, но она не хотела отстраняться.

Все мои барьеры пали. Что там за жалкий лепет про саморазвитие? Про аскетизм в увлечении карате? Беспомощные и глупые побасенки.

Все это мгновенно смели могучие потоки любви, молодости и страсти. Которым не мог бы сопротивляться ни один здоровый молодой человек. В моем возрасте.

А потом я легко поднял девушку на руки. И понес в свой дом. Чтобы вместе встретить последнюю ночь на даче.

Глава 24

Снова турнир

Утром я проснулся рано. Как и привык. За окном только занялся рассвет. В саду мелодично щебетала пташка.