Последний бой комбата - Александр Тамоников

Вернувшись с совещания, командир батальона собрал командиров подразделений и сказал всего несколько фраз:

– Все! Собираемся домой. Порядок действий сообщу дополнительно. Но готовиться к отъезду начинайте уже сегодня.

28 февраля из Рязани прибыл капитан Евгений Гусаров, начальник одной из служб полка. Он привез всю необходимую документацию на эшелон, повязки должностных лиц, бланки расчетов, наставления.

В батальоне царило праздничное настроение. А тут еще 1 марта вышел Указ президента России о присвоении звания Героя командиру разведроты капитану Телинскому. Комбату была поставлена задача срочно откомандировать Телинского в Рязань, так как награду ему будут вручать в Кремле 3-го числа. Михаил в тот же день вертолетом вылетел в Моздок. Он стал первым из пяти офицеров, представленных к званию Героя, чьи фамилии были в Указе президента страны. Исполняющим обязанности ротного Голубятников назначил заместителя Телинского, старшего лейтенанта Григорина.

2 марта на совещании у командира полка Голубятникова ждал еще один сюрприз. Бортнов заявил:

– Мы победили! Пришла разнарядка на награждение наиболее отличившихся офицеров именным оружием. Выбирай, комбат: пистолет, шашка или кортик.

– Конечно, пистолет, – ответил Голубятников.

– Я так и думал. Поэтому и документы оформили на пистолет.

Впрочем, именное оружие Герой России подполковник Голубятников так и не получил. Видимо, достался пистолет тому, кто заплатил чиновникам в вышестоящих штабах. В России многие лица, не только никогда и нигде не воевавшие, но и вообще не имеющие отношения к армии, с гордостью носят именные пистолеты – рядом с бумажниками, набитыми валютой. И в этом нет ничего удивительного. За деньги можно купить все: пост губернатора или мэра, мандат депутата Госдумы или члена Совета Федерации. Что уж говорить о каком-то пистолете! Почему не потешить самолюбие, раз есть такая возможность... А боевой офицер обойдется. Тем более, если к Герою представлен. Для него и Звезды многовато...

А 4 марта из штаба полка сообщили, что отправка эшелона откладывается еще примерно на неделю. Сейчас грузятся ивановцы, и только после них пойдут рязанцы. Майор Корсаров, прапорщик Белов и сержант Выдрин явились к комбату:

– Тут такое дело, командир... – замялся заместитель по вооружению. – Раз еще неделю тут париться, а к погрузке мы готовы, разреши нам мотнуться в отпуск на три дня в Рязань.

– В отпуск?

– Да... Я тут узнал, на днях из Моздока борт в Москву летит, а до Моздока вертолетчики обещали подбросить. Вот и подумал, почему бы домой не слетать? Если уже и обстановка такая, и оказия подвернулась...

Подумав, Голубятников кивнул:

– Ладно! Раз оказия, летите. Но чтобы десятого числа быть здесь! Так что девятого назад. После гулянки...

– Да какая гулянка? Со своими увидеться, жену обнять, а то я уж от запаха ее тела отвыкать начал, – сказал Корсаров.

– Ты, Виктор, старший. Отвечаешь за всех!

– Конечно!

– Выдрин, кого вместо себя оставишь?

– Сержанта Щукина! Я уже договорился с ним. – И добавил: – Предварительно, естественно...

Корсаров, Белов и Выдрин вылетели в Моздок.

6 марта вернулся Герой России капитан Телинский. Он привез с собой береты на всю роту. Звезду обмыли всем офицерским составом батальона. А 7 марта около двух часов дня Голубятникова вызвал на связь начальник штаба сводного полка полковник Левин.

– Тут такие дела, Аркан... Из Рязани звонил твой зампотех, просил передать, что 9 марта собирается возвращаться, он и остальные отпускники...

– Ну и что? Я сам определил им дату возвращения.

– Это не все. С ними напрашивается лететь сюда твоя супруга. Полковник Серебрянников разрешил в виде поощрения. Ей сейчас оформляют командировку, для формальности. Вот зампотех и интересовался: как быть? Без твоего разрешения он взять жену не может. Что скажешь? Он через полчаса будет перезванивать.

– Передайте зампотеху – все нормально, пусть жена выезжает вместе с ними. Отсюда вернемся эшелоном.

– Хорошо! Передам!

Но, как принято говорить в армии, получив приказ, не спеши его выполнять – поступит команда отставить. Так произошло и с батальоном подполковника Голубятникова, уже готового отправиться обратно в Рязань. Обстановка изменилась, как всегда, неожиданно...