Возмездие - Александр Тамоников

– Да.

– Бросив в «Газель» куклу, начинаете отход к старой базе.

Богдан удивился:

– К старой базе у Комарина? Почему?

– Не надо задавать лишних вопросов. Но чтобы ты не ломал голову, отвечу: эту бабу будем отправлять не по реке, а прежним маршрутом, отдельно от остальных. А почему я принял такое решение? Потому что у нас в бункере сейчас пять девок, позже доставят шестую. Казарина получается седьмой, нам же важнее в первую очередь избавиться от партии, что сидит в бункере, и девочки, которую привезет Линц. Ею особенно интересуется брат. Казарину же вывезем со старой базы. Точнее, вывезет группа, которая уже сегодня рано утром прибыла на базу.

Богдан кивнул в сторону гаража:

– Это их джипы?

– Да, это джипы группы переброски баб с базы.

– Я должен охранять Казарину на старой базе до приезда бойцов этой группы?

– А сам как думаешь?

– И долго охранять? Я почему спрашиваю, если сидеть на старой базе, то надо жратвой затариться.

– Охранять будете столько, сколько нужно. На пищу, воду, сигареты деньги получишь.

Богданов кивнул:

– Понял, шеф!

– Если вдруг, что практически исключено, но теоретически возможно, вас засекут менты, то не паникуйте. Им нужна база, поэтому на трассе вас не тронут. Будут вести до усадьбы. А вот там попытаются взять. Думаю, не стоит напоминать, что попадать в руки ментов для всех вас означает смертный приговор. Вот только смерти придется ждать мучительно долго. Я не прав?

Богдан воскликнул:

– Да что вы! Какие менты? Они ж из нас все жилы вытянут, тем более и я, и Давид числимся в федеральном розыске. Нет, уж лучше пулю словить в усадьбе, чем попасть к ним в камеру.

– Верно мыслишь. Поэтому при попытке вашего захвата, что, повторяю, возможно лишь теоретически, ты, Богдан, лично режешь бабе горло и с бойцами прорываешься в усадьбу. Там, сразу в холле справа, в кладовой остались стволы – два автомата и пистолет. В углу, за шкафом. Это на случай, если придется отстреливаться. Из усадьбы выходите к болоту и далее отходите вглубь по старой гати. Не забыл еще, где она начинается?

– У сдвоенной березы.

– Да. Пройдете двадцать метров, и ментам уже не взять вас. Не зная, как проложена гать, преследовать вас они не смогут. Вы же выйдете к Бедянову, там вас подберет Дамир! Предупреждаю, у дома Казариной и при ее захвате, а также при передаче девки Сабирову работать молча! Это, еще раз повторяю, страховка. Менты ничего не знают о нас, похищения не ждут. Просто, сам понимаешь, в любом деле может сыграть свою роль случай. Поэтому я и проинструктировал тебя, если вдруг в наши планы вмешается случай. Ясно?

Богданов на удивление спокойно ответил:

– Все ясно, шеф! Задача понятна, и она будет решена!

– Хорошо. Я рад, что ты выходишь на акцию в таком настроении. Уверен, все пройдет по плану. А сейчас…

Абадзе повернулся к Гасанову:

– Дамир! Дай мне кейс.

Начальник охраны передал боссу «дипломат», который Абадзе протянул Богданову:

– Здесь, Георгий, деньги, документы, на которые снимете комнаты, шприц-тюбики с усыпляющим веществом, карта города, на которой указано местонахождение магазина «Секс-шоп». Новые номера телефона, зарегистрированные на подставных лиц, нож. Сверху фотографии Казариной. Запомнив, как выглядит девка, снимки необходимо уничтожить.

– Это понятно!

– Денег хватит и на аренду хат, и на содержание машин, и на питание в городе, и на куклу, и на заначку продуктов для нахождения на старой базе в течение пяти суток.

– Пяти суток?

– Это максимальный срок! Лучше выбросить остатки, чем остаться без пищи.

– Ваша правда.

– Ну, если все понятно, езжай, Богдан! Выполнишь задачу, не только вернешь былой авторитет, но и будешь поощрен. Я договорюсь с братом. Все, что обещал, – выполню. Давай, удачи!

– До связи, шеф!

Пожав руку Абадзе-младшему, Георгий Богданов сел на место переднего пассажира грузо-пассажирского автомобиля, и в 7.30 «Газель» выехала с территории террористической базы, направившись в сторону Карска.

Абадзе повернулся к Гасанову:

– Ну вот, Дамир, и началось!

Гасанов спросил:

– Когда гнать машину Блондину?

– После обеда отгонишь.

– Смотрю, лесник нарисовался на контрольно-пропускном пункте. Приказать, чтобы пришел вечером?

– Нет. Пусть пройдет.

Гасанов отдал команду пропустить старика.

Лесник подошел:

– Доброе утро, господа хорошие.

– Утро доброе.

Ванин кивнул на Гасанова:

– При нем говорить?

– Говори при нем.

– Лады. Ты просил за раскопками на городище присмотреть, так я присмотрел.

– Ну и что?

– Ничего, что угрожало бы тебе. Экспедиция как экспедиция. Чего ищут, не знаю, но пашут, как кроты. Каждый при своем деле. Усадьбой никто не интересовался.

– Точно ничего подозрительного?

Дед взглянул на главаря банды:

– Руслан! Ты забыл, какую жизнь я прожил? Кем был, кем стал. Да я опасность за версту чую. На городище все спокойно.

– Спасибо тебе, дед.

– Продолжать наблюдение?

– А ты на раскопки шел?

– Да! Увидел тебя, решил зайти, доложиться. Положено как-никак!

– Ну, если ты уверен, что на городище все спокойно, то и делать там нечего. Лишний раз светиться тоже не стоит. Ступай домой, отдыхай!

Матвей Григорьевич Ванин, вздохнув, направился обратно к КПП. Абадзе зашел в дом. Над террористической базой на какое-то время повисла мертвая тишина.

Накануне вечером, в субботу, 18-го числа, задержавшийся на службе Дементьев возвращался домой. Увидев участкового, со скамьи поднялся так и не нашедший денег на выпивку Василий Куленин:

– Здорово, участковый!

– Здоровей видали. Ты чего на улице трешься? Чего тебе дома, как добропорядочным людям, не сидится? На выпивку сшибал мелочишку?

– А если и так, то что? Я не хулиганю, мать не трогаю, ищу работу, правда, бесполезно, но ищу. Отчего вечером и не выпить? Вот только не на что.

– Шел бы ты домой, Василий. Время позднее. Если до этого не нашел денег, то сейчас уже не найдешь.

– Кто знает? Но это ладно. Я вот что хотел сказать. Давеча тут поставил машину, – Куленин указал на стоянку, – вон «десятку», мужик один. И направился прямиком в наш подъезд. Я, понятное дело, поинтересовался, к кому он приехал.