Путёвка в спецназ - Вячеслав Иванович Соколов

Разворачиваюсь и ухожу... Парни поймут и поддержат! Да! Это непрофессионально! Но вот если, пока я тут буду ползать, а потом ждать завтра (переть сюда днём — верх идиотизма), они будут издеваться над простой, русской женщиной — Катей! Вот тогда я буду плохо спать, а сон это святое! Ничего! Может, именно для этого дня я и учился убивать?

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

Вот только моё отступление пришлось ненадолго отложить...

— Андрей! Иди-ка сюда! — громкий голос раздавался откуда-то дальше по коридору.

Старший из сидящих на посту вздрогнул и суетливо встав из-за стола, рванул бегом бросив на ходу:

— Хозяин зовёт!

От как интересно! Пойду-ка, погляжу, кто тут такой весь из себя главный. А то завалим не разобравшись... А у меня к этой сволочи есть парочка животрепещущих вопросов, по поводу, как он хочет умереть!

Обхожу пост, стараясь держаться границы, света и тьмы. И двигаюсь вслед убежавшему Андрею. Вот ведь казус! Или родители так пошутили или он русский? А ведь судя по морде... Кхм... Может быть, конечно. И вопрос этот очень даже животрепещущий, если он местный шакал, это одно. А вот если это предатель? То и умирать он должен по другому — мучительно! Да не маньяк я!!! Но запугивать, значит, запугивать! И чтоб когда любой бандит слышал: «Здесь спецназ!», он бросал оружие и молил бога, чтоб убили быстро! Пусть меня считают психом, но прав командир, незачем на таких надевать наручники...

Сразу за поворотом большая пещера, и отгороженный высокими металлическими щитами, приличных размеров, закуток. Похоже начальственный «кабинет». Особенно учитывая, что Андрей скрылся именно за дверью в это чудо местного зодчества...

— Бешеного позови! — всё тот же громкий голос.

— Так спит же...

— А ну бегом, урод... Скажи, чтоб пулей летел...

— Да, хозяин!

Дверь открылась, и от туда выскочил всклокоченный посыльный, рванув куда-то в сторону. А ведь действительно, если сбрить бороду... сойдёт за русского.

Ну да ладно, очень хочется посмотреть на главаря. Конечно, порядочные люди в гости ходят через дверь. Но ведь я-то не такой? Тем более что крыши у сооружения нет, что тоже верно, дождь вряд ли намочит. А вот такое неуважение к... Э-э-э... Я, кажется, повторяюсь?

Стоит то избушка вплотную к стене пещеры и выступы такие замечательные! Вот теперь устроившись на слегка выступающем уступе, пусть и не слишком удобно, зато надёжно! Жду развития событий...

Человек, сидящий за массивным столом, оснащённом большим монитором компьютера, встал и начал прохаживаться туда-сюда! Млять!!! Хасан! Сука! Уже на свободе! Ой! Ошибочка!

Человек наливает себе чай, держа кружку в левой руке! Хрен бы Хасан так смог. Мы же ему кисть в щепу раскрошили... Но как похож-то! Одно лицо! Хм... Самым логичным будет предположить, что это брат. Возможно близнец! Значит, будем ломать правую — для симметрии. Хотя? Толку то? Я же его убить собираюсь. Вот придурок! Сперва сломать, потом убить! Успокоив себя, таким образом, замираю...

Ждать пришлось совсем недолго, минут десять, видимо у хозяина кабинета серьёзная репутация. Вон даже отморозки бегом бегают! Серьёзный дядя...

И примчавшийся на его зов, здоровенный мужик, тоже невольно внушал уважение. Рядом с таким даже Молот с Балагуром — дети! И вот эта помесь человека и тролля, гаркнула басом:

— Чего посреди ночи то?

— Не шуми, дело есть, — хозяин кабинета сел за стол и продолжил: — Я вообще ещё не ложился. Тут такое дело, старый друг... Надо сразу с утра, как рассветёт, отвезти флешку младшему брату. Сам понимаешь: если бы спать лёг, то кто бы тебя с утра отправил?

— Что-то важное? — тут же насторожился Бешеный. Ну а кто это ещё мог быть? Если за ним бегали?

— Да! Ты ведь знаешь, что мой брат Хасан томится в тюрьме у неверных?

— Конечно. Облажался он знатно! — хохотнул этот гамадрил.

— Не забывайся! — хлопнул ладонью по столу главарь. «Интересно, а как его зовут?» — Ты говоришь о моём брате!

— Ну, извини, — примирительно подняв руки, чуть смутился здоровяк, — погорячился! Но Хасан действительно потерял осторожность...

— Я знаю! Но наш долг спасти из застенков, истинного воина Аллаха...

Бешеный начал похрюкивать от смеха.

— Ты чего ржёшь? Ты что не понимаешь всей серьёзности ситуации?

— Понимаю, — всё ещё похрюкивая, кивнул здоровяк. — Но вот баки ты забивать будешь тупому быдлу, которое бегает тут по базе и зовёт себя воинами, а мне не надо! Сказанул же, воин Аллаха... — вновь заржав, утирает выступившую слезу. — И кто? Хасан! Да у него, кроме денег, нет бога!

— Хватит! — ещё один удар по столу. — Хасан, конечно дурак, но он мой брат!

— Вот с этого и надо плясать, — перестав смеяться, Бешеный нехорошо усмехнулся, — а то заладил: воин, воин, — и, почесав могучую грудь, продолжил: — Придумал что-то? Тогда рассказывай, только без этих штучек, — крутит в воздухе рукой, — ну да ты понял! Сделаю в лучшем виде!

— Знаю, что сделаешь, — главарь, откинувшись на спинку стула, и качнувшись пару раз, со смешинкой в голосе признался: — Вот за это и ценю! А ты этим бессовестно пользуешься...

— А то! — здоровяк, довольно улыбаясь, пододвинул к себе стул. Который тут же жалобно заскрипел под его весом. — Что надо сделать?

Главарь передвинул по столу маленькую, чёрную флешку:

— Отвезёшь это Ахмаду. Смотри, что б в руки федералам не попало... Иначе всем конец!

— Так, может, не стоит так рисковать?

— У меня нет выбора, — братец Хасана, обречённо вздыхает. — Там имена людей, которым можно дать на лапу, и некоторый компромат на них, чтоб Ахмаду было чем надавить... А то эти русские такие жадные! Зная наше положение, могут самым бессовестным образом задрать цену, а то и вовсе отказаться. А так брату будет, чем припугнуть... Ну и пару реквизитов, с которых можно перевести деньги, — замолчав, вновь качнулся пару раз на