Черная братва - Евгений Сухов

Оставшись один, Павел Егорович закрыл глаза. Следовало все правильно просчитать, а это напоминает игру в жмурки на минном поле – никогда не знаешь, какой шаг будет роковым.

Немного помедлив, он поднял трубку.

– Адмирал? Марк Захарович?

– Кто это? – послышались удивленные интонации. – Впрочем, узнаю… это ты, Павел?

– Он самый, – бодро ответил Ефимцев.

– Как ты узнал мой прямой телефон? Хотя понимаю… деньги и не на такое способны.

– Обижаешь, Марк Захарович, мне его дали совершенно бескорыстно, так сказать, по старой дружбе. Но не пытайся у меня узнать, кто мне его передал, не скажу.

– Я и не пытаюсь. Потому что уверен, что все равно не скажешь.

– Как продвигаются наши дела?

– Моджахедам не выбраться. Думаем блокировать их базу. Хотя дело очень непростое, будет очень много шума.

– Марк Захарович, это всего лишь половинчатое решение, меня оно не устраивает. Ты же знаешь, я всегда иду до конца.

– Чего же ты хочешь?

– Дочь я им не прощу. Я обещал ее матери, что с ней ничего не случится. Получается, что свое слово я не сдержал. Моя дочь у Юсуфа Ахмеда; это случайно не тот, который учился с нами на курсе?

– Он самый.

– Жаль, что я не задавил его еще тогда.

– Я не уверен, что он знал, чью именно дочь захватил. Ему просто подсказали, да и решение принимал не он один. Дело гораздо сложнее – он действовал по заказу Ибрагима, а это уже серьезнее… Павел, пока Настя у Юсуфа, с ней ничего не случится. Обещаю! Мы знаем о каждом ее шаге. Я лично держу с Юсуфом связь!

– Надеюсь, что это так. Но этого мало… Мне нужно, чтобы все, кто причастен к похищению моей дочери, были уничтожены!

– По таким вопросам я решения не принимаю, это уже политическая сфера.

– Сделай все возможное.

– Боюсь, что это невыполнимо.

– Мне бы не хотелось напоминать тебе прошлое… Но ты помнишь, что твою вину я когда-то взял на себя.

– Да, я помню.

– И вместо тебя из училища поперли меня! Так что ты вряд ли был бы сейчас вице-адмиралом, сложись все по-иному.

– Хорошо, – после минутной паузы произнес Головин. – Попытаюсь сделать все, что в моих силах, но, сам понимаешь, выше головы я прыгнуть не сумею.

– Мне достаточно и этих слов. Из твоих уст они много значат.

Павел Егорович положил трубку и, откинувшись на спинку кресла, закрыл глаза.

Вице-адмирал Марк Захарович Головин, тяжело выдохнув, отключил телефон и поднялся с кресла. Заложив руки за спину, он долго смотрел на вечернюю улицу с редкими прохожими: несколько минут назад прошел сильный дождь, и сейчас тротуары под светом ночных фонарей выглядели блестящими. Его внимание привлекла молодая пара, стоящая под деревом и о чем-то оживленно разговаривающая. Молодость! Видно, они так увлечены друг другом, что даже не замечают скверной погоды. Им стоило позавидовать.

Вернувшись в мягкое кожаное кресло, адмирал поднял фотографию в рамке, на которой была запечатлена красивая женщина. Когда-то она была невестой Ефимцева, и вот так распорядилась судьба, что уже четверть века она его жена. Интересно, жалеет ли она о своем выборе? Марку Головину очень хотелось верить, что не жалеет. Но он прекрасно знал, что никогда у нее об этом не спросит. Опять женщины! Там, где они появляются, мужики гибнут…