Мишень для Слепого - Андрей Воронин

– О, какая большая девушка! – он со стариковским умилением глядел на Настю, активно теребящую соску и размахивающую розовыми ручонками.

– Да, большая, большая, Федор Филиппович, – говорила Светлана, довольно улыбаясь. – Вот только что-то зубки у нас плохо растут.

– Ничего страшного, Светлана, зубы дело наживное.

Я не видел ни одного ребенка, у которого не выросли бы зубы. Обязательно вырастут!

– Два верхних у нее уже наметились, а вот нижние что-то не растут.

– Не расстраивайтесь, Светлана, вырастут и нижние.

И вообще она у вас девушка красивая.

Настя начинала хныкать, и Светлана спешила к лифту или к себе в квартиру, подолгу возясь со связкой ключей: замки в бронированной двери были мудреные, и быстро их открыть никогда не удавалось.

* * *

Генерал Потапчук сегодня вернулся домой на удивление рано – в восемь вечера. Вошел в квартиру – и вдруг почувствовал, насколько устал и измотан служебными проблемами.

«Может, спать пораньше сегодня лечь?» – подумал генерал, готовя себе чай и бутерброды.

Вся его семья находилась на даче, там они жили по полгода – с ранней весны до поздней осени. Сам генерал бывал там лишь во время отпуска, да раза два-три, по великой необходимости, наезжал в выходные.

В дверь позвонили. Генерал Потапчук, уже одетый по-домашнему, в толстой вязаной жилетке поверх рубахи, в вельветовых старых брюках пошел открывать. Он не задавал себе вопрос, кто это мог быть, он даже не заглянул в глазок, а сразу распахнул дверь.

На пороге стоял Павел Изумрудов в отличном костюме, в дорогом галстуке с золотой булавкой. От Павла пахло дорогим терпким одеколоном.

– Добрый вечер, Федор Филиппович, – показывая в улыбке крепкие белые зубы, произнес Изумрудов. – Вы, наверное, заняты?

– Добрый вечер, Павел, проходи. Я действительно занят, ты не ошибся. Вот готовлю ужин.

– А я видел, как вы приехали, и решил зайти. Давненько мы с вами не виделись.

– Да. Наверное, прошло недели две, – сказал генерал, смутно припоминая, когда же в последний раз он столкнулся на лестнице со своим соседом.

– Федор Филиппович, может быть, вам не стоит готовить ужин?

– А что такое? – Потапчук пытливо взглянул на гостя.

– У нас небольшой праздник. Кириллу сегодня семь лет. Я поэтому пораньше вернулся, а жена с мамой уже все приготовили. И вот имеем честь пригласить вас на маленькое семейное торжество.

– Ну, Павел, ты меня врасплох застал – сказал Потапчук. – Нельзя же вот так неожиданно…

– Можно, можно, Федор Филиппович! Только так, на мой взгляд, и нужно. А иначе вы начнете отказываться, ссылаться на свою занятость. Я же помню, как вел себя отец.

Генерал пытался отнекиваться – не оставалось у него сил на торжества, – но Павел был непреклонен.

– Ну ладно, Павел, через пару минут буду, – сдался Потапчук.

– Тогда мы, не начинаем, Федор Филиппович, ждем вас.

Когда генерал закрыл за Изумрудовым дверь, он спохватился, что на день рождения с пустыми руками не пойдешь.

Федор Филиппович крепко призадумался.

"Что бы такое подарить семилетнему пацану? – он стал осматривать книжные полки. В голову ничего не приходило. Наконец, Федор Филиппович с облегчением улыбнулся:

– Да, есть у меня подарок, есть. Как это я о нем забыл? Правда, придется забраться па антресоли, но подарок замечательный. У меня внучки, и им такие игрушки ни к чему, они технику не любят. Зато Кирилл, может быть, оценит".

И генерал принес из кладовки дюралевую стремянку, установил ее и взобрался на антресоль. Он нащупал большую коробку, снял ее, вытер пыль, открыл. Все лежало на месте. Это была миниатюрная железная дорога – паровоз и четыре вагона. Дорога складывалась из частей и становилась большой. А паровоз, который нужно было завести блестящим ключиком, начнет бегать кругами по рельсам, таща за собой вагончики, а полосатые шлагбаумы возле двух будочек будут сами открываться. Все как настоящее!.. Замечательный подарок!

Проблема была решена.

Генерал с чистой совестью отправился в гости.

Виновник торжества действительно по достоинству оценил подарок Федора Филипповича и весь вечер не отходил от железной дороги.

Вкусный ужин, шампанское, коньяк, чай, замечательно приготовленные пироги со всевозможной начинкой… За генералом Потапчуком ухаживали, как за родным. Генерал и думать забыл о своей усталости, расслабился. Ему было хорошо в кругу своих добрых знакомых – соседей.

Он поглядывал на Павла, удивляясь, как быстро летит время. Ведь Павла, когда его отец и Потапчук получили эти квартиры, еще не было на свете. А сейчас это взрослый мужчина, уверенный в себе, разбирающийся в жизни, сам отец семейства.

– Я так рад, – сказал Федор Филиппович, – что мой подарок понравился Кириллу.

– Да, – отозвался Павел, – Кирилл вообще завернутый на всякой технике и компьютерных играх. Я купил ему полгода назад компьютер, так он уже обыгрывает меня в два счета. Вот поколение, смышленое до невероятности!

В двенадцатом часу генерал Потапчук вернулся к себе. Читать на ночь не стал, а постарался поскорее заснуть: завтра ему выпадал тяжелый день и предстояло очень много дел. А самое главное то, что завтра, скорее всего, ему должны будут позвонить Сиверов или Софья и доложить о том, что происходит в Калининграде. С этими мыслями генерал Потапчук и уснул, по-детски подсунув кулак под щеку.

* * *

Донельзя замотанный служебными передрягами и погруженный в раздумья, Федор Филиппович Потапчук и не заметил, что к нему приставлено наблюдение.

Впрочем, оно велось настолько искусно и профессионально, что заметить его было и вправду непросто.

За Потапчуком следили уже два дня. Провожали на службу, встречали. На хвосте его «волги», как приклеенный, висел автомобиль с двумя молодыми людьми в салоне. Автомобилем этим были или серенькие неприметные «жигули», или серый же микроавтобус «фольксваген». Молодые люди – наблюдатели – не менялись.

Они, поглядывая на циферблаты, заносили в блокнот все перемещения генерала Потапчука.

Иногда эти люди с кем-то связывались по телефону, получали инструкции и продолжали заниматься своим делом. Той ночью, когда генерал спал после дня рождения Кирилла, они проникли в подъезд, открыли лифтовую шахту и минут пятнадцать возились, что-то устанавливая под пластиковым плафоном на потолке кабины.

Когда работа была закончена, они съехали с шестого этажа вниз и покинули подъезд.

Сели в «жигули» и стали есть холодные гамбургеры, запивая их чаем из большого термоса.