Остров Бешеного - Виктор Доценко

— Здравствуй, Савушка! Как ты, милый?

— Здравствуй. Да вроде все в порядке. Ты-то как? Я все знаю…

— Сейчас, когда ты рядом, — значительно лучше. — Розочка попыталась даже улыбнуться и добавила: — Держусь. — Она обняла его и прижалась всем телом.

— Ты у меня гораздо сильнее, чем я думал, — не зная, что и сказать, Савелий пытался поддержать ее. Они вошли в дом.

— Савушка, очень прошу тебя, не вини себя в том, что какая-то сволочь похитила нашего сына, нет-нет, не прерывай, дай мне выговориться… С тех пор как мы с тобой расстались… — Роза виновато вздохнула, — ну, тогда, когда я взбрыкнула…

— Имела право…

Савелий слушал Розочку и удивлялся: не на это ли намекал ему Майкл? Перед ним была его любимая женщина, вроде бы та же самая, но одновременно совсем другая: повзрослевшая, уверенная в себе и очень рассудительная. Какой красивый образ — сравнение придумала ее головка: океанский лайнер и утлая лодчонка.

— …Столько лет любить человека, — продолжала Розочка, — мечтать о нем, переживать за него и вдруг, когда этот любимый человек, переступив через внутреннее сопротивление и поверив этой девчонке, до конца открывается перед ней, она вместо благодарности и понимания отталкивает его и уходит с гордо поднятой головой…

В ее голосе было столько самоуничижения, что Савелий захотел вмешаться, но Розочка вновь остановила его, снова прикоснувшись пальцем к его губам.

— …Я оттолкнула ЛЮБИМОГО человека! Человека, который столько сделал для меня, столько раз рисковал жизнью, человека, благодаря которому я сейчас такая, какая есть! В одном из самых престижнейших вузов мира учусь, не голодаю, не свожу еле-еле концы с концами, как многие мне подобные в России, живу, как говорится, в свое удовольствие. Да я просто уверена: спроси хоть тысячу человек на российских улицах о том, как я поступила с тобой, все как один скажут: «С жиру девочка бесится!»

— Милая, все уже прошло… — вновь попытался прервать ее Савелий, и вновь она непреклонно возразила:

— Погоди, милый! С тех пор я очень многое переосмыслила. Не скрою, мне здорово помог Майкл, который не только раскрыл мне глаза на то, какая же я была дура, но и помог разобраться в самой себе, помочь отыскать путь к самой себе, а это, в свою очередь, помогло еще лучше узнать и понять тебя, Савушка. А поэтому, милый, сейчас, когда на нас свалилась эта страшная беда, прошу тебя, прости меня за то, что тебе пришлось испытать и вытерпеть от меня. — Она опустилась перед ним на колени и прижалась губами к его руке.

— Поднимись, милая! — Савелий был настолько растроган этим неожиданным проявлением чувств Розочки, что его голос дрогнул. — Тебе не следует считать себя в чем-то виноватой передо мной. Взаимопонимание двух людей приходит не сразу, а с опытом общения… Поверь, любимая, ошибки были, есть и будут. Главное не в том, чтобы не допускать ошибок, что практически невозможно, а уметь признавать их и уметь исправить…

— Не только! — возразила Розочка. — Нужно уметь и прощать их, ведь так? — Она вопросительно взглянула ему в глаза.

— Хорошо, родная, раз ты настаиваешь, то я прощаю тебя за все, что ты совершила в прошлом и настоящем, и все, что ты совершишь в будущем!

— Да ну тебя, я же серьезно! — насупилась она.

— Так и я серьезно. — Савелий погасил улыбку, и его ответ прозвучал вполне убедительно.

— А я тебе, Савушка, клянусь, что постараюсь больше никогда не огорчать тебя, всегда понимать тебя, и, что бы с тобой ни случилось, быть тебе опорой и любить тебя до тех пор, пока не закроются мои глаза!

— Очень надеюсь, что ты меня переживешь!

— Все равно, — она упрямо встряхнула своими рыжими волосами, — никто не сможет мне тебя заменить! И если случится, что ты меня покинешь раньше, я все равно буду тебя любить и больше никогда не выйду замуж!

— И неправильно…

— Никогда! — твердо повторила Розочка.

— Никогда не говори «никогда»!

— Никогда! — Она угрожающе насупилась.

— Хорошо-хорошо, сдаюсь! — Он поднял руки кверху.

— Так-то оно лучше будет… — вздохнула Розочка. — А теперь пора поговорить о Савушке: у тебя есть какие-нибудь предположения, кто из твоих врагов мог это сделать? Я же знаю: врагов у тебя, как блох на бродячей собаке!

— Ну и сравненьице, — ухмыльнулся Савелий, — хотя и довольно образно отражающее суть…

— Я задала вопрос…

— Предлагаю действовать поэтапно: дождемся звонка похитителей, тем более,

— Савелий взглянул на часы, — что ждать осталось совсем немного, а потом, если это не принесет результата, и будем предпринимать активные меры.

— Обещай, что ты ничего не станешь скрывать от меня!

— При одном условии…

— Каком?

— Ты не будешь делать никаких необдуманных поступков, не посоветовавшись со мной.

— Как скажешь: ты в доме главный, — сказала она, а сама, как в известном фильме, незаметно скрестила пальцы.

— Вот и хорошо. А теперь, милая, мне нужно ненадолго уединиться.

— Хочешь с Учителем пообщаться? -.спросила Розочка, и он, с удивлением взглянув на нее, ответил:

— Возможно…

Когда Розочка вышла из комнаты, Савелий через раздвижную дверь прошел к бассейну, сбросил с себя одежду и сел на лежак, скрестив ноги и положив руки на колени ладонями вверх. Прикрыв глаза, он «напитался» энергией Великого Космоса и, не желая пока обращаться за помощью к Учителю, попытался настроиться на волну Христо Гранича, чтобы с его помощью попытаться выяснить, угрожает ли сыну опасность. Однако Христо Гранич не отозвался. То ли был занят чем-то уж совсем серьезным, то ли находился в экранированном пространстве. Оставалось попытаться войти в ауру сына.

Савелий отлично понимал, что ребенок вряд ли мог точно определить место своего заточения, а поэтому и не стремился это выяснить. Сейчас для него было важно узнать: находится ли сын в опасности, грозит ли ему беда. Понимал Савелий и трудность задуманного: он мог рассчитывать только на свою энергию, хотя и подпитанную Великим Космосом. Пот струился по лицу и спине, когда Савелий ощутил наконец, что прикоснулся к ауре своего сына.

Он облегченно вздохнул, благодарно поднял ладони вверх, потом соединил их, встряхнул, снимая напряжение, и открыл глаза. Теперь он понял, почему не ощутил тревоги Великого Космоса, почему не вышел на связь Христо Гранич: они просто не ощущали опасности. Зачем тратить энергию, когда ни Савелию, ни его близким ничто не угрожает? Успокоившись, Савелий взглянул на часы: через пятнадцать минут должен позвонить похититель.

Даже не попробовав температуру воды в бассейне, он нырнул в воду. Бассейном давно никто не пользовался: было не до этого, а потому вода была довольно холодной. Но Савелий не ощутил холода, и тело лишь приятно покалывало сотнями иголок. Проплыв весь бассейн под водой, Савелий вылез, тщательно растерся, оделся и вошел в комнату, где уже были сотрудники Майкла, нетерпеливо ожидавшие звонка.