Миллиардер - Питер Джеймс

– Ну и грязные же у тебя фантазии, Аманда!

– Только не делай вид, будто они тебе не нравятся.

– Не знаю, хватит ли терпения дойти до спальни… Бенхакер застыл и мысленно принялся ругать себя за то, что не заблокировал дверной замок. Лихорадочно огля делся по сторонам, ища, куда бы скрыться. Кинулся к окну, но приоткрывалось оно только сверху, и то ненамного. Остекление было двойное. А между тем Рок и Аманда все ближе подходили к спальне. Другого выхода не оставалось, и Бенхакер вынужден был искать укрытия там, где ему раньше прятаться не приходилось, – юркнул в шкаф. Он слышал, как Рок и Аманда зашли в комнату. Потом скрипнули пружины кровати.

– Алекс! Дай туфли снять!

– Не надо. Оставь, так даже лучше.

– Ну, тогда хотя бы жакет… ой… ну и как я его теперь сниму?.. ай, какие у тебя холодные руки… о-о, Алекс… о-ох… хорошо…

Бенхакеру ничего не оставалось, кроме как молча слушать, трясясь с ног до головы от страха быть обнаруженным и бешеной ярости. Вот раздался протяжный, нарастающий скрип. Это дверца шкафа, которую он, видимо, в спешке недостаточно плотно закрыл за собой, начала приоткрываться. Испуганно вздрогнув, Бенхакер протянул к ней руку и медленно закрыл – на этот раз как следует, убедившись, что щелкнул магнитный замок. Между тем, торча в душном шкафу, Бенхакер все сильнее мучился от жары. Вдобавок ботинки, на которых он вынужден был сидеть, оказались на редкость жесткими. Кроме того, куда ни поверни голову, в лицо лезли свисавшие с вешалок многочисленные костюмы и галстуки. Между тем кровать скрипела все громче и ритм быстро нарастал. Аманда стонала и вскрикивала в голос. При этих звуках Бенхакера начали одолевать два прямо противоположных желания. С одной стороны, хотелось выскочить из шкафа, схватить Рока за одну руку, а Аманду за другую и стукнуть их башками друг о друга так, чтобы искры полетели. С другой – тихо свернуться в уголке и умереть. Одновременно Бенхакер надеялся, что после таких бурных забав любовники вряд ли со всех ног кинутся развешивать одежду в шкафу.

Прошел час. Уже пятнадцать минут в спальне было тихо. Молчание нарушил вопрос Аманды:

– Значит, завтра в Швейцарию летишь? Отложить нельзя?

– К сожалению, нет. Самому неохота, но придется.

– Такие хорошие выходные пропадают… А без тебя – никакого удовольствия.

– Мне, знаешь ли, тоже не улыбается провести половину выходных в дороге.

– До Швейцарии лететь всего час.

– Прибавь сюда дорогу до Хитроу. А пока дождешься посадки на самолет, еще время уйдет… Не говоря уже о том, что от аэропорта до Вербье добираться полтора часа. И вообще, я, к твоему сведению, тоже не развлекаться еду. Да и чем можно заняться в Вербье в это время года? Я не любитель горных походов.

– Если летишь по работе, почему нельзя отправиться туда на неделе?

– Обычно так и делаю, но у нас сейчас аврал. В рабочее время нельзя покидать офис даже на пару часов. Послушай, у меня созрел отличный план! Вот как мы поступим. Вылечу в Швейцарию первым же рейсом – то есть в девять утра. В Женеве самолет приземлится в десять пятнадцать. Если повезет, до Вербье доберусь к двенадцати. Подпишу все, что нужно, и сразу помчусь обратно в аэропорт. Сяду на ближайший рейс и к вечеру буду в Лондоне. Выберем какой-нибудь хороший ресторан и отправимся поужинать. Что скажешь?

– Ну… – с сомнением протянула Аманда. – В теории звучит неплохо, только…

Час они обсуждали планы на завтра, потом еще час зани мались любовью. Бенхакер, неудобно скрючившись, страдал от невыносимой жары и духоты. Половину мышц свело судорогой. Другая половина так и рвалась в бой, и сдержать ее было не так-то просто. Должно быть, было уже около двух ночи. Наконец стало совсем тихо. Для верности выждав час, Бенхакер осторожно приоткрыл дверцу. Магнитный замок оглушительно щелкнул в тишине, и Бенхакер застыл. Несколько минут напряженно прислушивался, но, похоже, звук никого не потревожил.

Бенхакер вылез из шкафа и на секунду замер, решая, не попытаться ли перед уходом все же поставить на телефон жучок. Однако решил не рисковать и тихонько выскользнул из квартиры.