Те, кто пошел в пекло - Михаил Болтунов

У нас по тревоге приезжают все. И те, кто в отпусках, и те, кто на больничном. Слетаются, а потом разбираемся, кто нужен в данный момент, кто не нужен. Такова традиция.

В общем, собрались мобильно, выехали. Мне с резервом пришлось остаться на базе. Сюда стекалось много информации, так что есть возможность сопоставить ее сегодня.

Игорь Е.

— Я как раз накануне возвратился из командировки из Чечни. Приболел, что-то давление подскочило, бессонница. В общем, дома вечером выпил снотворное, включил телевизор. И тут новости… Бах! Захвачен театральный центр на Дубровке.

Набираю телефон дежурного. Все ясно. Одеваюсь, прыгаю в машину. Лечу в подразделение. А там уже наши суетятся, собираются.

В общем, выскочили, загрузились, поехали. Приезжаем на Дубровку — там уже милиция, пожарные, солдаты бегают. Ничего не понять. Кто командует, кто руководит?

Прибегает генерал, командует кому-то — убрать машину. Ему в ответ: «А мы вам не подчиняемся, не уберем».

Но у нас свои задачи. Развернулись, и вперед на Калужскую площадь, к кинотеатру «Меридиан». Это помещение практически аналог театрального центра «Норд-Ост» по своей планировке. Словом, один и тот же проект. С нами был главный инженер «Меридиана». Стали «отрабатывать» здание — что, где находится, входы, выходы, чердаки, подвалы… Сравнивали с театральным центром.

Все было одинаково, похоже, разве что вход немного другой. Теперь предстояло освоить все эти многочисленные помещения, вжиться в них, запомнить каждый закоулок. Ибо при штурме некогда знакомиться с расположением комнат. Все должно быть доведено до автоматизма.

Хроника событий. 24 октября

0.10. Из здания раздалась стрельба — огонь велся в сторону сотрудников милиции. По непроверенной информации, террористы выпустили несколько заложников. Одна из актрис мюзикла, Мария Шорстова, сбежала из здания. Люди, собравшиеся у ДК, требуют уничтожить террористов.

В созданном оперативном штабе находятся помощник Президента России Сергей Ястржембский и начальник ГУВД Москвы Владимир Пронин. Глава представительства Чечни в Москве Адлан Магомадов заявил, что готов стать заложником или идти на штурм здания вместе с бойцами «Альфы». К переговорам подключается депутат от Чечни Асланбек Аслаханов.

0.13. Освобождена девочка-заложница. Поступает подтверждение, что в захваченном здании есть граждане Великобритании и Германии. Сотрудники психологической службы работают с детьми, отпущенными из здания.

0.15. Боевики отпустили 15 детей.

0.19. Часть заложников из числа актеров и обслуживающего персонала сумела освободиться, спустившись из окон 3-го этажа при помощи подручных средств. Сергей Ястржембский проводит экстренное совещание в оперативном штабе — здании больницы, расположенной напротив ДК. Милиция создает зону безопасности у здания ДК.

Сергей В.

— Как только начались комментарии некоторых телевизионных каналов, многое стало ясно: «бомба» закладывалась под Президента страны. А положение у него было крайне трудное.

Позже мы получили информацию, да и, судя по вещественным доказательствам, террористы особо-то и не собирались заложников выпускать. Их задача была подорвать здание. Представьте, в каком положении при подобном финале оказался бы Президент России.

Теперь по поводу штурма. Как человек, который занимается борьбой с терроризмом долгие годы, могу сказать: штурмовать нельзя было. Достаточно соединить клеммы (а это можно сделать при первой же опасности), и под обломками центра будут погребены и заложники, и штурмующие.

Но еще не значит, что там был бы погребен Бараев со своей бандой. Эти шахиды совсем не собирались умирать. При них ведь нашли билеты на обратный путь. Вот так-то.

Хроника событий.

0.25. Боевики в ДК скандируют «Аллах акбар» и выкрикивают лозунги. Как сообщила бывшая заложница Алевтина С., боевики фильтруют мужчин и женщин-заложников, бьют прикладами, в проходах зрительного зала видна кровь.

0.30. Один из заложников — музыкант оркестра — подтвердил предупреждения боевиков о возможном расстреле заложников. Ждут заявления Президента России. В ДК работают телевизоры — боевики отслеживают сообщения СМИ. Заложникам позволено посещать туалеты под охраной. Некоторых боевики обвязывают взрывчаткой.

0.40. Террористы продолжают минирование здания. По мнению экспертов, акция в Москве готовилась долгое время, на нее затрачены огромные деньги.

Игорь Е.

— Откровенно говоря, в эту ночь мысли были мрачные: огромное количество заложников, много террористов.

Постоянно искали варианты, думали, думали… Решили попробовать влететь с ходу, быстро. Не проходит. Могла начаться паника в зале. Значит, применить оружие не удастся. Ввести в дело снайперов?.. Не получается.

Информация у нас, конечно, была. Вот, к примеру, выпустили заложников. С ними работает наша специальная группа. Хорошую информацию давали дети. Если взрослые находились в шоке, некоторые из них вообще мало что помнили, то дети более наблюдательные.

Один мальчик из заложников, судя по всему, увлекался оружием. Так он рассказал очень профессионально, какие пистолеты, автоматы у террористов, какая взрывчатка.

Так что информация была. Но как ее использовать? От нас, от спецов, ждали реальных предложений: как освободить заложников и уничтожить террористов? Но решения не было. Его не было не только у нас, боюсь, что его вообще не существовало. Тем более в эти первые сутки.

Сергей В.

— Вариант с газом возник потом, позже. Первоначально отрабатывался, так сказать, лобовой штурм. Мы понимали, он неприемлем. Но другого варианта просто не было.

Да, у нас есть хорошие, эффективные спецсредства. Но они не распыляются мгновенно, да и зал огромен. Можно было забросать зал слезоточивыми гранатами, но ведь до зала надо дойти…

Хотя мы всегда отрабатываем задачу по штурму даже в труднейших условиях. Это, что называется, самый форс-мажорный вариант. А вдруг террористы начнут расстреливать заложников. Придется штурмовать в любых условиях.

В общем, ситуация сложилась критическая. Но вариант ее разрешения надо было найти. Иного не дано. В лапах террористов томились сотни людей.

Хроника событий.

1.02–1.03. Установлена связь с одним из заложников. «Идет минирование бельэтажа и зрительских рядов, отношение к заложникам нормальное». Пять артистов «Норд-Оста», в том числе бард Алексей Иващенко, сбежали из гримерки на 3-м этаже, спустившись на подручных средствах. В здании ДК слышна стрельба. Террористы занервничали. Заложники передают слова Бараева: «Мы из Чечни приехали. Это вам не шутки. У нас идет война».