Боевые пловцы. Водолазы-разведчики Сталина - Анатолий Сарычев

— Что еще может быть на этой станции? — в спину уходящего майора спросил Федоров, поднимаясь на первую ступеньку.

— Очень сильная охрана, скорее всего эсэсовцы, и не обязательно в черной форме! Я там тебе в мешок лейку сунул. Все, что можно, снимай! — приказал Иванов и быстро пошел к машине.

Поднимаясь по веревочной лестнице, Федоров внимательно смотрел на стену, отметив только четыре приличных трещины. Но в основном стена выглядела целой и не внушала опасений.

А вот металлический корпус комнаты носил следы свежей сварки, покрашенной поверх рыжей краской, слегка имитирующей ржавчину.

Издалека комнатка выглядела разбитой, а сверху была накрыта плотной маскировочной сетью и плащ-палаткой.

Едва Федоров поднялся в комнатку без крыши, как обнаружил в ней коренастого водолаза-разведчика.

— Привет, Володя![95]— первым делом поздоровался Федоров, смотря на уютно улегшуюся на матрасах тройку бойцов.

Около Борисова лежал большой морской бинокль и прицел от снайперской винтовки.

Юнга взял прицел от снайперки и, приложив к правому глазу, пару минут водил по руинам ПИШМАШа, раскинувшимся перед ним как на картине.

— Дядя Володя! Вон там странная дорога к заводу идет! Вся закрытая масксетями! — громко закричал юнга, вскакивая на ноги.

— Лежать смирно! — приказал Федоров, придавливая мальчишку правой рукой к матрацу.

Борисов схватил правой рукой бинокль и, приложив к глазам, стал внимательно смотреть в указанном направлении. Федоров тоже приложил свой бинокль к глазам, внимательно обшаривая окрестности разрушенного завода окулярами.

— Не будем торопиться! Пару дней понаблюдаем, а дальше видно будет! — внес свою лепту Купцов, тоже вооруженный оптикой.

— Пока только видно, что под сетями сейчас перемещаются крупные объекты! — закончил разговор Федоров, снова прикладывая к глазам бинокль.

— Это и малец узрел! — не остался в долгу Борисов, продолжая наблюдение.

— Купцов и юнга, вечером идете на базу, а мы с Борисовым продолжаем наблюдение! — распорядился Федоров, поудобнее устраиваясь на матраце.

Два дня наблюдения показали, что по дороге, найденной юнгой, постоянно шли автомобили и конные повозки.

— У меня есть два ИДА, с помощью которых мы перейдем линию фронта по дну залива! — предложил Борисов, садясь на матраце.

Ночью, перейдя под водой линию фронта, два водолаза-разведчика оказались за линией фронта.

— Переждем здесь до вечера, а потом пойдем дальше! — предложил Федоров, вылезая на затопленное судно, стоящее в ста метрах от берега.

— У тебя воздуха сколько осталось? — не отвечая на предложение, шепотом спросил Борисов, снимая маску и ставя на палубу катушку с телефонным проводом.

В предрассветной дымке были хорошо видны корпуса разбитого ПИШМАШа. Особенно хорошо просматривалась гигантская труба завода, стоящая на самой линии фронта.

Дымок немецкой сигареты донесся в свежем воздухе.

— Тсс! — приложил указательный палец правой руки Федоров, снимая свинцовые калоши с ног.

Федоров ужом скользнул к разбитой рубке, с наветренной стороны которой, прямо на палубе, сидел немец и с наслаждением курил первую утреннюю сигарету.

А может, и не первую.

С правой стороны немца стояла консервная банка, полная сигаретных окурков.

Не успел Федоров кинуться на курящего врага, как в правой руке немца оказался широкий штык-нож.

Уход вправо, резкий удар ребром ладони по бицепсу правой руки.

Рука врага повисла плетью.

Но каким-то непостижимым образом нож оказался в левой руке немца, а лезвие пошло вперед, целясь в грудь Федорова.

Резкий рывок в сторону, с одновременным ударом ребром ладони по горлу, спас Федорова от неминуемой смерти.

Немец захрипел и, уронив голову на грудь, рухнул на палубу.

— С берега идет лодка с двумя немцами! Я в воду! — сообщил Борисов, ткнув пальцем в грудь товарища.

Переведя взгляд вниз, Федоров обнаружил, что его воздушный мешок, как и гидрокомбинезон, разрезан.

«Вот не повезло! На ровном месте нашел приключение на свою голову!» — пожалел себя Федоров, смотря на немецкую лодку, которая как-то рывками шла к почти затопленному судну.

В лодке сидело три человека.

Два немца бестолково били веслами на воде, а третий сидел на корме, сутуля плечи и дымя сигаретой.

«Что-то мне сегодня везет на курцов!» — мысленно покачал головой Федоров, смотря, как лодка неожиданно встала в двадцати метрах от затонувшего судна.

С правой стороны лодки высунулась рука и одним движением выдернула весло из руки гребца, которое моментально утонуло.

Немцы в лодке начали что-то орать и грести одним веслом, держа курс на затонувшее судно.

«Когда они подойдут к борту, вполне реально скинуть гранату! С берега подумают, что взрыв мины, и днем на НП не сунутся! За целый день можно чего придумать! Вот только Борисова бы не зацепить!» — прикинул варианты своих действий Федоров, вынимая из мокрого вещмешка Борисова немецкую гранату на длинной деревянной ручке.

Немецкая лодка тем временем, дергаясь и вертясь на месте, все-таки приближалась к затопленному судну.

— Как только лодка пришвартуется, бросай гранату! — предложил внезапно появившийся Борисов, начиная споро раздевать мертвого фрица, аккуратно складывая форму на палубе.

— Ты хочешь идти на берег? — уточнил Федоров, бросая взгляд за борт.

Лодка рывками все-таки приближалась к судну.

Тем более что с нашей и немецкой стороны началась артиллерийская дуэль, и находиться на акватории было весьма опасно.

Около немецкого берега поднялись два водяных столба, показывая, что наши артиллеристы тоже не всегда попадают по немецким позициям.

— Это вилка! — попытался оправдать наших артиллеристов Борисов, подталкивая Федорова, одетого в одно целое водолазное белье, в спину.

— Не учи ученого! — огрызнулся Федоров, ужом скользнув к правому борту, около которого вот-вот должна была причалить немецкая лодка.

Лодка была уже в пяти метрах от судна.

Спрятавшись за листом вздыбленной палубы и активировав гранату, Федоров подождал две с половиной секунды и через руку бросил.

Вертясь вокруг своей оси, граната по пологой дуге полетела с борта и упала прямо на дно лодки.

— Майн гот! — хором заорали немцы, вскакивая на ноги.

И тут граната взорвалась, разом разорвав лодку и всех ее обитателей на куски.