Убитые голоса - Александр Тамоников

— Но он депутат.

— С этим потом разберемся. Уверен, когда коллеги узнают, что Дуганский входил в террористическую группу, вопрос о снятии с него неприкосновенности будет решен мгновенно.

— А если депутаты не пожелают снимать, то им в этом помогут, так?

— Точно так.

— Хорошо. Дуганский мой.

— Приготовься принять и остальных. Но с ними никаких бесед.

— Сделаю.

— Петров в курсе.

— Я знаю, генерал звонил мне, просил оказать всю необходимую помощь, даже если для этого придется поднять полицию области.

— Ну и хорошо.

Со стороны нового проспекта показалась процессия. По площади прошел гул.

Уланов подошел к «Тойоте», сел на переднее сиденье.

Сзади молодой, коренастый парень, даже не скажешь, что он может быть главарем банды, скорее — студент какого-нибудь колледжа. Но далеко не отличник. Рядом с ним внушительного вида сержант в форме спецназа. От такого не сбежишь. Быстрее инвалидом станешь.

Евсеев пожал руку Уланову, указал на парня:

— Александр Колтунов, он же Колун, безработный, член запрещенной в стране общественной организации «Свобода», которую финансирует известный вам господин Тополев. Это информация ваших людей, нейтрализовавших банду.

— Понятно.

Уланов посмотрел на главаря банды:

— Ну, что, Колун? Хочешь помочь нам?

— Да.

— Ты знаешь, для чего вас послал в Переслав Тополев?

— Не сам Тополев, его помощник, Эдуард Губин.

— Значит, знаешь. И ты согласился?

— А куда деваться? Тополев платит хорошие деньги, поэтому и спрос большой. Попробуй соскочить из организации. Двое попытались, обоих в лесу закопали.

— А если не это, ушел бы?

— Не знаю. Бабки слишком хорошие. Хватает на всё.

— Понятно, к делу. Ты знаешь Клопа?

— Встречался. В прошлом году.

— Вы и сегодня должны встретиться?

— Да.

— Когда? Где?

— Где, не знаю, а вот когда… Тогда, когда начнется митинг. Я должен ему позвонить, он мне скажет, куда подойти.

— А в это время твои люди и люди Клопа должны устроить беспорядки?

Колтунов опустил голову:

— Да. Как начнет говорить депутат Дуганский. Он должен обвинить власть в произошедшем, но так, не особо. Наши люди в это время поднимут шум. Станут кричать: «Губернатора в отставку! Его племянника в тюрьму!» У людей Клопа должны быть плакаты.

— И «коктейли Молотова».

— Про это не знал.

— У твоих оружие есть?

— Нет! Зачем? Потасовку можно устроить и без оружия. Потом проще отмазаться.

В это время гробы установили на помосты. Встал почетный караул. На трибуну начали подниматься местные чиновники.

Позвонил Чернов:

— Командир, мы готовы!

— Хорошо.

— Кстати, видел Игнатьева.

— Где?

— Он сейчас у третьего и четвертого гробов слева. С ним полицейский и медицинская сестра.

— Как он?

— Стоит, словно остолбенел, ничего не слышит, ничего не видит, только глядит на тела жены и дочери, желваки на скулах играют. Но ни слезинки.

— Ясно! Готовность полная!

— Принял.

Евсеев спросил:

— Вы говорили о капитане, у которого погибли жена и дочь?

— Да. Но это не относится к нашей работе.

Уланов взглянул на Колтунова:

— Доставай телефон, звони Клопу. Договаривайся о встрече. Скажи, что будешь с напарником.

— А если он будет против этого? Захочет встретиться один на один?

— Кто Клоп, а кто ты? Без тебя, твоих людей, местные ничего не добьются. Поэтому ты тут решаешь, одному идти или с охраной.

— Понял.

— И тон смени. Голос должен быть наглым, самоуверенным, показывающим, кто в хате хозяин.

— В какой хате?

— В этой!

— А… Шутка?

— Звони!

Бандит достал телефон, набрал номер:

— Клоп? Это Колун. Привет… Да нормально все… видишь? Где встретимся? У кафе? Это по улице, по которой повезут гробы? Понял. Подойду с помощником. Послушай, Клоп, мне решать, кого брать с собой, а кого нет. До встречи.

Он отключил телефон.

Уланов смотрел на него.

Колтунов, икнув отчего-то, сказал:

— Встреча в кафе. По улице…

— Я понял, где.

— Клоп был недоволен, что приду не один.

— Плевать. При нем могут быть люди?

— Хрен его знает. Не должны, ему, если что пойдет не так, надо валить, а свалить проще одному.

— Значит, делаем так…

Инструкция длилась полминуты. После чего Уланов кивнул Евсееву:

— Задача — нейтрализация банды Клопа. Задержание Дуганского. В дальнейшем готовность к быстрому переезду на «Подшипник». Я с Царевым буду в поселке, Гарин знает где.

— Думаете, верхушка банды будет там?

Раздался звонок от Котенко:

— Это Валентина. Я сделала, что должна была сделать. Сообщила Кубарину о прибытии людей из Москвы. Он велел приехать в «Подшипник» на известную вам хату. По ходу там все люди Вениамина.

— Ты езжай домой и там жди. На Клары Цеткин тебе делать нечего.

— Поняла.

Уланов слышал, как Котенко сказала кому-то, видимо водителю:

— Разворачивайся, едем на улицу Павлова.

Он крикнул Колтунову:

— В кафе! И смотри, Колун, взбрыкнешь, пристрелю!

— Я же согласился сотрудничать.

— Мое дело предупредить!

Они пошли в обход толпы на улицу Казанскую, которая вела до начала городского кладбища, к кафе «Огонек». У поворота Уланов вызвал на связь Демко:

— Костя, в тачку и быстро в объезд на Казанскую. Кафе «Огонек», вход с кухни. Я буду там.

— Принял.

Машины спецназовцев перегнали ко Дворцу культуры. Поэтому капитану не составило труда объехать площадь по переулкам и, пройдя перекрытую Казанскую улицу, с помощью удостоверения, въехать во двор кафе. Он выключил двигатель «Опеля», когда Уланов с Колтуновым вошли в кафе.

Там никого не было, кроме молодчика, пившего кофе за столиком у окна и курящего, несмотря на запрет, сигарету.