В поисках Валгаллы - Клайв Касслер

Стоя на возвышении, адмирал Сэндекер отбивался от репортеров. Больше всего на свете он не любил выступать перед прессой. Хотя он всегда находился в хороших отношениях с масс-медиа и не раз имел удовольствие общаться с журналистами тет-а-тет, при свете прожекторов он чувствовал себя не в своей тарелке. Адмирал не любил вертеться как уж на сковородке, избегая провокационных вопросов. Прямота и честность, свойственные адмиралу Сэндекеру, были явно не к месту в бюрократическом и чопорном Вашингтоне.

Выдержав сорокаминутный град вопросов о роли НУМА в расследовании обстоятельств трагической гибели «Дельфина», Сэндекер вздохнул с облегчением, заметив, что журналисты начали выдыхаться.

— Не могли бы вы рассказать, что нашли ваши сотрудники во время погружения на подводной лодке? — спросила известная всей стране дама, телевизионный репортер.

— Видимо, они нашли доказательства того, что лайнер загорелся не случайно, — ответил Сэндекер.

— Вы могли бы описать эти доказательства?

— В том месте, где, по словам команды, начался пожар, они обнаружили горючий материал.

— Вы определили его состав? — спросил репортер из «Вашингтон пост».

— Как мне сообщили, его исследуют в лаборатории ФБР, — ушел от прямого ответа Сэндекер. — Скоро они сообщат о результатах.

— Что вы можете рассказать о террористах, похитивших ваше исследовательское судно «Изыскатель»? — спросил репортер из Си-эн-эн.

— Мне нечего добавить к тому, что вы уже знаете. Все пираты, участвовавшие в похищении, погибли. Поэтому нам не у кого выяснить причины захвата судна.

Подняла руку женщина в голубой блузке из новостей Эй-би-си:

— Как вашим людям удалось уничтожить пиратский корабль и всех, кто находился на его борту?

Сэндекер заранее приготовился к ответу на этот вопрос. Хотя ему и не хотелось этого делать, все же он солгал, чтобы на ученых и команду «Изыскателя» не навесили ярлык убийц.

— Насколько мы знаем, один из охранявших вход в лагуну выстрелил ракетой в «Изыскатель». В темноте он промахнулся, и ракета попала в пиратский корабль.

— Что случилось с охранником? — продолжала расспрашивать женщина. — Он может дать показания?

— Нет, к несчастью, он погиб во время стычки с моим директором по спецпроектам. Он пытался остановить охранника и не дать ему выстрелить в наш корабль еще раз.

Внимание Сэндекера привлек репортер из «Лос-Анджелес тайме»:

— Не видите ли вы связи между этими двумя происшествиями?

Сэндекер поднял руки и пожал плечами.

— Для меня это загадка. Может быть, вы обратитесь в ФБР или ЦРУ? Их расследование продолжается.

Репортер попросил разрешения задать еще один вопрос. Адмирал не возражал.

— Известно, что директор департамента специальных проектов НУМА руководил спасением людей с «Дельфина». Не он ли не допустил уничтожения исследовательского судна и вчера спас жизни детей-инвалидов во время воздушного поединка в Нью-Йорке?

— Да, — гордо ответил Сэндекер. — Как вам известно, его зовут Дирк Питт.

Из глубины комнаты какая-то журналистка выкрикнула следующий вопрос:

— Не думаете ли вы, что здесь тоже есть связь?

— Нет, я так не думаю, — оборвал ее Сэндекер. — Пожалуйста, не задавайте мне больше вопросов на эту тему, потому что я еще не разговаривал с мистером Питтом после этого происшествия. Я знаю только то, что прочитал в ваших газетах и видел в ваших выпусках новостей.

Сделав паузу, Сэндекер снова поднялся на возвышение, поднял руки:

— Леди и джентльмены, это все, что я знаю. Благодарю вас за внимание.

Когда адмирал вернулся к себе, у кабинета его ждал Йегер Хайрем. Около его стула стоял старый кожаный портфель доктора Иге на. Питая слабость к старым вещам, Хайрем обычно брал его с собой, когда работал дома. Он оказался более вместительным, чем обычные портфели.

Поднявшись, Хайрем вошел вслед за Сэндекером в кабинет.

— Есть новости? — спросил Сэндекер, усаживаясь за свой стол.

— Я подумал, что вам будет интересно узнать о работе ЦРУ на пиратском судне, — заметил Йегер, открывая портфель и вынимая папку.

Приподняв брови, Сэндекер взглянул на Йегера сквозь очки:

— Откуда у тебя эти сведения? ЦРУ нам еще ничего не сообщило. Я только знаю, что всего... — он взглянул на часы, — десять часов назад они начали погружение на месте кораблекрушения.

— Руководитель проекта требует, чтобы ему докладывали каждый час. Поэтому мы будем знать, что они обнаружат почти одновременно с ним.

— Если выяснится, что Макс проникает в секретные файлы ЦРУ, у нас будут неприятности.

Слегка улыбнувшись, Йегер ответил:

— Поверьте мне на слово, адмирал, они никогда не узнают. Макс забирает сведения из компьютера спасательного судна до того, как их зашифруют и отправят в Лэнгли.

Теперь ухмылялся Сэндекер:

— Ладно, расскажи, что обнаружила Макс?

Открыв файловую папку, Йегер начал читать:

— Установлено, что пиратский корабль на самом деле был рабочим грузовым катером размером сто сорок пять футов. Построен на верфи Хогана в Сан-Диего, в Калифорнии, по заказу индонезийской офшорной нефтяной компании. Катер отличается хорошей маневренностью и развивает высокую скорость.

— Установили владельца? — спросил Сэндекер.

— Он зарегистрирован в нефтяной компании «Барак ойл», которая входит в «Колэксико».

— "Колэксико"... — задумчиво повторил Сэндекер. — А я думал, что ее перепродали и сразу же закрыли.

— Закрытие компании лишило бы индонезийское правительство основного источника дохода от добычи нефти.

— Кто приобрел «Колэксико»?

Йегер посмотрел на него с улыбкой:

— Корпорация «Цербер».

Откинувшись на стуле, Сэндекер самодовольно усмехнулся:

— Хотел бы я видеть лицо Чарльза Дэвиса, когда он это услышит.

— Передача собственности нигде не зафиксирована, — заметил Йегер. — Формально владелец не менялся. В наших базах данных следы судна теряются в 1999 году. Вряд ли на борту катера найдут материалы, указывающие на принадлежность к «Церберу».