Нож в сердце рейха - Виктор Федорович Карпенко

– Да, профессор, барон и в то же время штурмбаннфюрер СС Вернер фон Браун, создатель ракет «Фау».

– Так вот в чем дело… И кому же он потребовался: русским, американцам или англичанам?

– И русским, и американцам, и англичанам…

– И ты хочешь кому-то из них его продать?

– Нет! – шумно выдохнул Федор. – Хочу выполнить поставленную задачу.

– А кем, ты так и не скажешь…

– Прости, не могу. Когда-нибудь ты все узнаешь… но не сейчас.

– И ты не можешь придумать, как это сделать? Не говори, сама вижу… – Немного подумав, она предложила: – А почему бы тебе не воспользоваться его визитом к нам? Сильнодействующее снотворное у меня есть. Осталось дело за малым: подсыпать его в вино, и все… вези куда надо!

– Я тоже так поначалу подумал… но мне запретили использовать дом для проведения операции. Ни тени подозрения не должно упасть ни на меня, ни тем более на тебя, ни на фирму «Фишман и К°»!

– Вот как?! – удивленно вскинула брови Кристина. – А твои начальники не дураки, подумали о тебе… Видимо, ценят…

– После успешного обстрела ракетами Лондона и других городов Великобритании цена Вернера фон Брауна очень высока…

– Понимаю… и могу тебе помочь. Как ты заметил, Вернер неравнодушно дышит в мою сторону… Я бы могла предложить ему встретиться на нейтральной территории, скажем, на съемной квартире, где его будут ждать твои люди.

– Нет! – категорично отрезал Федор. – Я не могу тобой рисковать, а к тому же у меня нет людей. Я один! Это во‐первых. А во‐вторых, после покушения он никуда не выезжает без охраны: помимо двух офицеров-эсэсовцев, сейчас его в поездках сопровождает еще и броневичок с пятью охранниками… И к нам он приедет с таким же эскортом… Вот увидишь!

– Тогда твои начальники дураки! – категорично заявила Кристина. – Поставили заведомо невыполнимую задачу! Будь умным, побереги себя, не мучайся над ее решением. Пусть они помучаются! Все, давай спать, – и она решительно потянулась к выключателю.

На следующий день Федор пришел из конторы фирмы явно не в себе.

– Что еще не так? – определив с первого взгляда состояние мужа, требовательно спросила Кристина.

– Кристиночка, ты не обижайся, но передвинули время выхода транспортника. Через два дня ты возвращаешься в Лиссабон.

– Как?! А как же Новый год? Я так его жду, чтобы сделать тебе подарок и встретить 1945 год вместе! – чуть не плача, тихо проговорила Кристина.

– Так получилось… Но оставаться в Берлине нельзя, очень опасно. Русские подошли к Варшаве, американцы и англичане теснят дивизии вермахта во Франции…

– Может, я вернусь в Женеву? Роберт всегда готов меня принять…

– Нет! Ты будешь меня ждать в Лиссабоне…

– Как в прошлый раз, да? Ты тоже мне обещал, что скоро приедешь в имение, а вместо этого оказался на госпитальной койке! А если бы тебя убили?..

– Не убили бы! Человек, стрелявший в меня, действовал по моему приказу!

– И это все из-за Вернера?

– Да, – кивнул Федор. – Случайность подвела…

– Я поняла, на кого ты работаешь… На русских! И сам русский! Только они так самоотверженны…

– Не говори глупостей. Придет время, сам тебе расскажу о себе. А сейчас, будь добра, сходи, обрадуй Марту и Зигфрида. Они едут с тобой. И пусть за эти оставшиеся два дня найдут замену…

Прошло два дня. Канун Рождества.

До самого Гамбурга Кристина молчала, отвернувшись от мужа и уставившись в стекло. Молчал и Федор. Уже прощаясь в каюте транспортного корабля, прижавшись к мужу, сквозь слезы Кристина чуть слышно произнесла:

– Береги себя… не только для меня, но и для нашего будущего ребенка. На Новый год я хотела тебе сказать об этом…

Как раньше договаривались, Вернер фон Браун звонком предупредил о своем визите. Приехал не один, помимо охраны его сопровождал лично оберст Эрих Энгельс.

– Ты же не против, дорогой Карл, что с нами посидит мой ангел-хранитель? – и, снизив голос до шепота, доверительно сообщил: – После покушения он никуда меня одного не отпускает… Такое ощущение, что он дежурит даже возле туалета, когда я там… – И уже во весь голос воскликнул: – А где же хозяйка дома? Где обворожительная Кристина? Почему не встречает гостей?

– Должен огорчить и извиниться: покинула дорогая сестричка меня накануне праздника. У нашего единственного родного дядюшки Артура из Лиссабона прибавление в семье. Его вторая жена, молодая и красивая, родила ему сына. Вот Кристина и поехала на крестины.

– Да, смешно… Кристина на крестины… – погрустнел Вернер. – Но я надеюсь, она вернется?

– Даже очень скоро! А вот и наш Зигфрид! – услышав шум подъезжающего автомобиля, воскликнул Федор и, обернувшись к Вернеру, добавил: – А это даже к лучшему, что Кристины нет. Ей бы очень было неуютно в присутствии Энгельса.

Барон Зигфрид фон Эссен был не один: с ним увязался приехавший из Австрии промышленник барон Пауль фон Шмидт, занимающийся строительством подводных лодок. Появление в компании нового человека очень не понравилось Эриху Энгельсу, что отразилось на его лице.

Стол был накрыт, и Федор пригласил гостей в столовую. Прислуживали за столом две молоденькие девушки, нанятые Федором по такому случаю, а кушанья выносила дородная повариха. Но после первых тостов Эрих Энгельс настоял, чтобы женщин из дома убрали, а их заменили два офицера из охраны. Федору пришлось согласиться. Вечер окончательно был испорчен. Первым засобирался домой барон. За ним откланялся Вернер со свитой. И только Пауль фон Шмидт продолжал наливаться вином, с аппетитом поедая приготовленное. Барон оказался словоохотливым и через пару часов уже говорил о таких вещах, о которых не следовало бы.

На следующий день по цепочке связи ушла информация, что на немецких подводных лодках модернизирована радиосвязь, последняя партия подлодок выпущена с новыми двигателями, способными развивать ход до 20 узлов в час в надводном положении и 16 – в подводном, увеличен запас кислорода до 12 суток. Источником информации является барон Пауль фон Шмидт. А также барон фон Эссен в разговоре проговорился, что по приказу фюрера с западного театра боевых действий переброшено семьдесят пять дивизий с боевой техникой, вооружением и материально-техническим