Перо и волына - Сергей Зверев

Из «уазика» выскочили трое в милицейском камуфляже, черных масках «Ночь» с прорезями для глаз, с короткоствольными автоматами в руках. Вскинув оружие, они немедленно открыли огонь по удаляющемуся автомобилю.

Грохот автоматных очередей разорвал патриархальную деревенскую тишину. Пули с металлическим скрежетом застучали по задней стенке фургона. Грохнули лопнувшие задние колеса.

Машина завихлялась из стороны в сторону, но водителю все-таки удалось удержать руль. Скорость грузовика резко упала, однако он упрямо рвался по ячменному полю – теперь уже в сторону перелеска.

Опустошив автоматные рожки, люди в камуфляже снова запрыгнули в «уазик», который рванул вдогонку за грузовиком. Тем временем «ГАЗ» остановился возле неглубокого оврага на краю перелеска. Водитель, невысокий молодой парень, выскочил из кабины грузовика, одним махом перепрыгнул через овраг и бросился бежать, петляя между деревьями.

Спустя несколько мгновений его фигура исчезла в зарослях.

Милицейский «уазик» остановился возле крытого фургона. Двое в камуфляже с автоматами наперевес бросились в погоню за водителем. Еще один остался дежурить возле машины. Из перелеска донеслись несколько коротких автоматных очередей. Колонна, возглавляемая желто-синими «Жигулями», через распахнутые ворота въехала на площадку возле ангара. Охранник, коренастый мужчина в комбинезоне защитного цвета, растерянно наблюдал за происходящим. Рядом с ним разрывался лаем посаженный на цепь громадный ротвейлер.

Из машин быстро выскочили еще несколько человек в милицейском камуфляже, бронежилетах и черных шапочках с прорезями для глаз.

– Собаку убери, бля! – заорал один из них, подскочив к охраннику и направив на него ствол «аксушки».

– Она ж на цепи, – попробовал возразить охранник.

– В конуру убери, бля! Щас пристрелю!

Охранник принялся оттаскивать рвущуюся на незнакомцев псину, из пасти которой брызгами летела слюна.

– Тихо, Нерон, тихо.

Охраннику стоило немалых усилий оттащить громадного мускулистого зверя в будку и запереть дверь. Ротвейлер, продолжая лаять, изнутри царапал дверь когтями.

– Оружие есть? – выкрикнул милиционер.

– Только берданка. Там.

– Давай сюда.

– Не могу, пес может разорвать любого, кто сейчас войдет. – Милиционер на мгновение замер, потом матернулся и, схватив охранника за рукав, потащил к ангару.

– Лицом к стене, руки за голову, ноги раздвинуть! Шире, шире! Все, стоять!

В это время остальные пытались открыть дверь ангара, запертую изнутри.

– Эй, отпирайте! Милиция!

Следом за милиционерами из машин выгрузились несколько человек в штатском, с папками и портфелями. Осмотревшись по сторонам и перекидываясь какими-то шутливыми фразами, они терпеливо ждали.

– Отпирай, сейчас дверь высадим!

Милиционеры в камуфляже загрохотали прикладами автоматов по металлическим стенкам ангара.

Наконец дверь открылась. Насмерть перепуганная женщина с побелевшим лицом, пряча трясущиеся руки в карманы синего рабочего халата, впустила милиционеров в ангар.

– Рейд налоговой инспекции. Почему не открывали?

– Я… я там… далеко была.

– Документы к проверке. Кто здесь старший?

– Технолог, но его сейчас нет, – еле шевеля губами, проговорила женщина.

Вслед за милиционерами в ангар вошли штатские. Судя по всему, здесь располагался разливочный цех: глазам проверяющих открылись небольшие сверкающие никелем цистерны, автоматы розлива и упаковки, пластиковая тара, ящики с готовой продукцией – двухлитровыми бутылками, обтянутыми полиэтиленом.

Судя по наклейкам на пластиковых бутылках, это были газированные напитки. В углу под прицелом милицейских автоматов, сжавшись от страха, сидели трое рабочих.

Налоговики с папками принялись деловито осматривать цех, ощупывая и обнюхивая каждый уголок. Посередине ангар был перекрыт металлической перегородкой с маленькой боковой дверью, на которой висел амбарный замок.

– Вы кем здесь работаете? – спросил один из налоговиков, обращаясь к женщине в синем халате.

– Я… я помощник технолога, – сглотнув, ответила она.

– А что у вас там?

– Склад готовой продукции.

– Открывайте.

– У меня ключей нет. Они у технолога.

– А где кладовщик?

– Так ведь… нет у нас кладовщика.

– Кто же товар отпускает?

– Я.

– Товар отпускаете, а ключей у вас нет?

– Ну, так получается.

Человек в штатском сделал знак милиционерам, и те принялись молотить прикладами автоматов по двери, пытаясь сбить замок. Через некоторое время стальная дужка сломалась.

За дверью на самом деле был склад готовой продукции. Только вместо упаковок с прохладительными напитками здесь штабелями высились ящики со стеклянными бутылками. На красно-белых этикетках, украшавших тару, виднелась надпись «Водка Молодецкая».

– Все ясно, – удовлетворенно потер руки старший группы налоговых инспекторов, который первым вошел на склад. – Производство фальсифицированной водки, замаскированное под цех розлива прохладительных напитков.

– Да это же просто склад. Тут фирма хранит свой товар, – попыталась слабо возразить женщина в синем халате.

– А документы на него где?

– У технолога.

– Почему у технолога?

– Она тут главная.

– Все ясно, – с усмешкой проговорил налоговый инспектор. – Документов нет, они у технолога. Ключей от склада нет, они тоже у технолога. Самого технолога нет. Будем составлять акт об изъятии, а там разберемся.

Вернулись милиционеры, которые отправились в погоню за грузовиком. Один из них подошел к старшему группы, протянул какие-то бумаги.

– Это мы нашли в «газоне». Накладные на шипучие напитки.

– Машину проверили? Что в кузове?

– Водка «Молодецкая».

– Так я и знал. Водителя задержали?

Милиционер молча покачал головой.

– Что, ушел? Да, это вам в актив не запишут. Ладно, отгоняйте грузовик назад. Будем разбираться.

* * *

Скромный «москвичок», выкрашенный грязно-зеленой краской, выехал на территорию бензозаправочной станции, расположенной у въезда в Запрудный. В салоне машины, кроме водителя, сидело еще три человека.

Водитель подогнал «Москвич» к бензоколонке, вышел из машины, открыл крышку топливного бака, вставил туда пистолет со шлангом и направился к домику с зарешеченным окошком, где находилась диспетчерская АЗС. Протянув деньги в окошко, водитель «Москвича» сказал: