Ученье свет - Дмитрий Ромов

Вся надежда была на Матвеича, потому что если бы у него что-то сорвалось, пришлось бы отменять поездку в Москву или увозить Альфу и прятать получше…

— Поняла… — вздохнула она.

— Ну всё, красотка. Отдыхай, а мы пока разберёмся с этим козлом.

— Да как с ним разберёшься-то? Не убивать же его?

— Есть варианты. Не переживай.

— Только я очень прошу тебя, не ввязывайся ни во что. Я напишу в полицию, как ты хочешь, только не наделай глупостей. Ладно? Не попади сам в неприятности.

— Конечно, Алён, ну о чём ты говоришь. Где я, и где неприятности?

Кое-как она согласилась, но остаться с ней я не мог, потому что мне надо было ехать к Назару. Разговор предстоял интересный и, самое главное, важный.

— Ленок, ну всё. Я на тебя надеюсь. Давай, отдыхай, а я тебе брякну чуть позже. Прийти сегодня не приду. Буду допоздна занят.

— Серёжа, пожалуйста, не связывайся ты с этим гадом

— Не переживай, Лен. Не переживай. Всё будет тип-топ. Рано или поздно всегда всё заканчивается и переходит в состояние тип-топ. Так уж устроена человеческая жизнь.

* * *

В Зелёную Поляну я приехал на такси. Раздолбанная древняя тачка выглядела перед воротами Назаровского особняка, как вызов и предупреждение. Не забывай, мол, толстосум, о пролетариате и о его оружии, о булыжнике то есть. Я расплатился, подошёл к калитке и нажал кнопку звонка. Дверь открылась сразу. Меня уже ждали.

— Туда проходи по дорожке на крылечко, — проинструктировал меня охранник и махнул рукой.

Я снова увидел причудливый французский парк и жёлтую мраморную дорожку, ведущую к шато, построенному для семьи Назаровых. Дверь открылась и на крыльце появился Прошка, или Назар-младший. Он даже изобразил приветливую улыбку.

— Здорово, Красивый. Проходи. Залетай.

Я вошёл в огромный холл с позолоченной лестницей. Сегодня не было дискотечных огней и ревущей музыки. Сегодня всё было тихо и чинно, и наглядно показывало, за что мы, собственно, боролись всю нашу молодость — за счастье народа и свободу быть богатым.

— Жахнуть хочешь? — спросил Назар.

— Родичи тебе разрешают жахать? — удивился я.

— Ой, блин, пивка-то можно по случаю. Да, к тому же, они что, всё прям видят что ли? Пошли ко мне. Там и похаваем и зарубимся во что-нибудь. Ты во что играешь?

— В основном в преферанс, — кивнул я.

Он заржал.

— Типа олд скул? Весь такой аналоговый?

— Да если честно, я что-то в последнее время вообще не играю, — усмехнулся я. — Как-то времени не хватает.

— А что так?

— Какая-то жизнь пошла суматошная. Некогда играть. Я же к экзаменам готовлюсь.

— Ну да, ну да. Ты же большими делами занимаешься.

— Да как, — пожал я плечами. — Какие дела? Дела, как говорится, в МУРе. А у нас делишки.

Мы вошли в его комнату. В прошлый раз я здесь не был. Это была даже не комната, а две комнаты — просторная гостиная или кабинет с компьютерным столом, заточенным под игры, и ещё спальня, дверь в которую была приоткрыта.

На столе стоял огромный изогнутый и длинный экран, дающий панорамный обзор. Перед ним стояло космическое кресло с подсветкой, анатомическое. На стенах в дорогих массивных рамах висели постеры компьютерных игр или мультфильмов.

— Очень удобное между прочим, — сказал Прохор, показывая на кресло. — Сядь, посиди. Приколись. С него вставать вообще неохота. Так бы и играл всю жизнь.

— Ты дядя-то уже здоровый, — усмехнулся я. — Игрушки-то скоро закончатся, так что всю жизнь не получится, наверное.

— Ха! — воскликнул он. — Между прочим, если уж на то пошло, про здоровых дядей. Игры — это охрененный бизнес. И даже профессия. На этом крутые чуваки прям реально крутые бабки поднимают.

— Хочешь быть крутым чуваком? — поинтересовался я.

— А я уже и так не лошара, — ухмыльнулся он и показал на диван. — Падай.

Рядом с диваном стоял журнальный столик, очень красивый, дизайнерский. На нём стояли тарелки и тарелочки с закусками — оливки, орехи, чипсы, и всякая такая мишура.

— Я там пиццу замутил, — сказал он. — Не знал какую ты будешь.

— Что, сам пиццу что ли сделал?

— Ага, — заржал он. — Заказал. У нас здесь пиццерист крутой. Зачётный. Такие пироги печёт, очумеешь. Короче, взял Кватро формаджио и Капричозу. Не знаю, что ты любишь. Выберешь сам, короче, я и ту и другую люблю.

— Сейчас. Только перед твоим приходом принесли. Посиди, я на кухню мотанусь.

Он выскочил и через минуту прибежал с двумя огромными коробками.

— Ни фига себе! — удивился я. — А почему такие здоровые?

— А что мы, шутки тут будем шутить, что ли? — засмеялся он. — Мы и сами немаленькие.

— Тебе дали команду нафаршировать меня как утку что ли?

— Какая команда? — округлил он глаза. — Не понял.

— Да ладно, расслабься. Шутка. Батя-то дома?

— Дома. Сказал, что заглянет к нам попозже.

— Понятно, — кивнул я.

— Ну что, какую выбираешь?

Я ткнул пальцем в ту, которая была поразнообразнее.

— Капричозу? Ну ок, я тогда с сыром. А хочешь, можно пополам поделить? И тогда всем достанется и та, и другая.

Мы принялись за пиццу. Действительно, она была вкусной, но слишком большой. Я съел половину и остановился.

— Давай-давай, — подбадривал меня Назар. — Ешь и погнали зарубимся. А хочешь, можно по сети? У меня ещё один комп есть в спальне.

— Нет, лучше я посмотрю, а ты зарубись, предложил я, видя, что Прошке уже не терпелось.

— Ну, ладно, — пожал он плечами, — давай, типа стрим будет.

— Ага, — согласился я. — Лишь бы не стрём.

Он врубил стрелялку и начал немедленно гасить всех подряд. Прошло уже минут сорок моего визита. Пицца была съедена, кока-кола выпита, я, правда, её не пью, а вот Назар, наверное, выдул целый литр. Наконец в дверь постучали.

— Да! — крикнул Прохор. — Заходи!

В комнату вошёл Назаров-старший. Любопытно, Прохор очень сильно походил на него, но только был крупным и упитанным, как молодой поросёночек, а вот батя оказался поджарым и крепким, видать, немало времени проводил в спортзалах.

— Это