Жизнь взаймы - Виталий Гладкий

Тимошкин приехал с утра пораньше – еще не было и семи.

– Сегодня у меня много дел, так что извините за столь ранний визит, – сказал он Паленому, который не успел ни побриться, ни принять душ, а потому был несколько раздражен.

– Идите на кухню, – сказал Паленый. – И включите там чайник. Не мешало бы позавтракать, но кроме холодных закусок, другой еды в доме нет. Ничего, перебьемся. Подождите меня, я скоро…

Он остался один. Маргоша и Антошка из соображений безопасности переехали в городскую квартиру, расположенную в хорошо охраняемом доме, где жили только большие шишки. Так пожелала Анна Григорьевна.

Это решение было немного странным, – загородный особняк теперь охранялся как атомная электростанция – но Паленый спорить не стал. Он уже привык к тому, что Анна Григорьевна не всегда поступает, сообразуюсь с целесообразностью и здравым смыслом; по крайней мере, в отношении своей семьи и "мужа" в частности.

Пока Паленый наводил марафет, Тимошкин поджарил яичницу с беконом, нашел в холодильнике не очень свежую колбасу, маринованные огурцы, увядшую зелень и баночку красной икры.

– Не жалко? – спросил он с подковыркой, выкладывая икру в розетку.

– Нет. Пока нет, – подчеркнул Паленый.

– То есть?..

– Все зависит от того, с какими вестями вы пожаловали.

– С паршивыми, – признался капитан. – Запихивать икру обратно в банку или как?

– Ешьте. Все равно пропадет. Стоимость икры я вычту из вашей премии.

– Вот так всегда… – Тимошкин деланно пригорюнился. – Кто самый несчастный и нищий в милиции? Это даже не вопрос, а констатация факта. Конечно же, опера. За год четыре пары обуви как корова языком… А шузы сейчас не дешевые.

– Волка ноги кормят.

– И то верно. Но все равно от понимания этой аксиомы жить и служить не легче.

– Что это вы прямо с утра начали плач славянки?

– Расскажу – и вам захочется пустить слезу.

– Тогда прежде нужно позавтракать, чтобы не перебить аппетит плохим настроением.

– Умные слова и вовремя сказанные, – откликнулся капитан. – Прошу за стол! – сделал он эффектный жест рукой.

Паленый вынужден был отдать должное кулинарным способностям Тимошкина. Яичница получилась восхитительной. Капитан даже украсил блюдо зеленью.

– Сразу видно холостяка, – улыбаясь, сказал Паленый.

– Яичница для одиноких мужчин – настоящая панацея. Быстро, дешево и сердито.

– А как насчет пяти капель для улучшения пищеварительных процессов?

– Когда я отказывался? – задал Тимошкин риторический вопрос. – Только мне бы чтонибудь покрепче. Нужно взбодриться, а то я спал сегодня всего ничего – от силы три часа.

– Что так?

– Ловили террористов… – Капитан кисло улыбнулся. – Это у нас теперь идея фикс. После того, как взорвали вашу машину, все менты стоят на ушах, работают сутками. А тут еще приезд начальства из Москва… В общем, неделька выдалась "веселой".

– Надеюсь, нашу семью не винят в этом переполохе? – не без умысла спросил Паленый.

– Надежды юношей питают… – Тимошкин вздохнул. – Стражи порядка и законности готовы съесть вас без хлеба и соли. Посудите сами – в городе больше года не было ЧП подобного рода. Ну, иногда постреливали… не без того. Но это все мелочи, рутина, обычные разборки, даже без трупов. А тут сначала снайпер, а затем целая бригада бандитов очутилась в морге. Лучше бы они сбежали.

– Не понял… Почему?

– Потому что появился "чеченский" след. А это сейчас для органов сильнейший раздражитель. Могут запросто турнуть и генерала, и прокурора, и еще кого-нибудь за компанию. Недосмотрели, проворонили, и все такое прочее. Никаких денег не хватит на взятки вышестоящим товарищам. Тем более, что подобные вещи на жестком контроле у администрации президента.

– Наконец до меня дошло. Не появись в деле жмурики чеченской национальности, ваши коллеги представили бы происшествие как бандитскую разборку районного масштаба (что в общественном сознании уже стало болезнью, не тяжелее насморка) или, например, наезд на бизнесмена, в котором замешаны только местные отморозки. Не так ли?

– Так.

– Да, не повезло вам…

– Не иронизируйте. У вас есть шанс еще раз проверить свое везение. – Тимошкин полез в карман и достал оттуда какую-то бумагу. – Вам нужно завтра в десять ноль-ноль явиться по указанному адресу в кабинет номер двести восемнадцать. Иметь при себе паспорт… – Он осклабился. – И сидор с харчами и сменным бельем. Ладно, шучу. Насчет сидора. А в остальном все верно.