Еретик - Gabriel Krieger

Оружие: одноручное оружие, бой без оружия

Броня: кожа, легкие кольчужные доспехи.

Решение пришло более чем очевидное и я безотлагательно выбрал темного инквизитора. а вместе с выбором пришла Боль. Именно с большой буквы боль во всем теле заставляла думать, что тело поместили в чан раскаленного масла. Трещали кости, тело усыхало превращаясь в скелета, перетянутого тугой копной мышц, по прочности сравнимых с самими костями. Пальцы стали похожи на узловатые ветки высохшего дерева. В один момент мозг готов был разорваться от боли и давления на черепную коробку.

Ваши способности "малый вампиризм" и "последняя охота" мутировали. Взамен них вы получаете способность "голодное остервенение". Чем выше уровень голода, тем больше уровень вампиризма от всех источников. Минимальное значение — 5 %

Ваши способности "кровавый омут" и "ядовитая кровь" мутировали. Способности получили усиление эффекта, кроме того получена дополнительная способность "кровавый кошмар". Способность позволяет насылать кошмары на раненых вами противников. Высокий показатель харизмы и интеллекта позволяют делать это наяву, заставляя сходить с ума.

Ваши способности "полые иглы" и "создание проклятия" мутировали. Получена новая способность "проклятые иглы". Проклятые иглы позволяют усиливать яды проклятиями, а также с вероятностью в 15 % снять с себя один негативный эффект и наложить его на противника. Сила эффекта зависит от интеллекта, а продолжительность- от разума.

Распределив очки и немного отойдя от ощущений после перестройки организма я стал гордым обладателем следующих характеристик:

Михай. Уровень: 100. Класс: Путешественник (Еретик). Подкласс: темный инквизитор. Раса-высшая химера

Характеристики:

Сила- 900(х1)

Ловкость-1350(х 1.5)

Выносливость- 675(х 0.75)

Интеллект- 1350(х 1.5)

Разум- 500 (х 0.5)

Дух -0 (заблокировано)

Удача- 450(х 1.5)

Харизма- 100(х 0.25)

Способности:

Голодное остервенение

Кровавый кошмар

Проклятые иглы

Кровопускание

Дыхание смерти

Подсечка

Кровопускание позволяло увеличить скорость потери крови всем задетым врагам, дыхание смерти давало возможность создавать не только жидкие яды, но и газообразные. Самым же неоднозначным подарком была подсечка. Эта способность позволяла на непродолжительное время вывести любую опорную конечность противника из строя. И еще одна вещь, которую я осознал в этот момент: во время приступа я потерял контроль над телом и теперь прямо передо мной стоял злобный драугр, готовый оторвать мне голову. Не поднимая глаз, я резким рывком разорвал дистанцию, моментально выпустив в него сразу 8 игл, смазанных ядом болиголова. Не смотря на то, что особой надежды я не питал, он вдруг замер, смотря немигающим, отупевшим взором, затем покачнулся и упал навзничь. Спустя минуту, поднялся, недоверчиво взглянул на руки, ощупал лицо.

— Черт возьми! — интонация в голосе показалась мне жутко знакомой.

— Бладмир? — Я недоверчиво взглянул на него. Утвердительный кивок.

— Значит теперь я в его теле… — Бывший призрак меча задумчиво почесал голову. — И что нам теперь делать?

— Сколько показывает таймер проклятия?

— 2 дня. — Неудивительно с учетом уровня моих статов даже после ослабления подклассом.

— А что будет по истечению?

— Вернусь обратно в меч. Не беспокойся, положительные эффекты с него не сняты, а вот душевные муки и и муки разума теперь лежат на этом теле. Видимо, причиной негативного эффекта является мое присутствие. — Я не верил своим ушам, но проанализировав ситуацию, решил уточнить

— А если носитель умрет?

— Подсказка говорит, что в случае смерти, я вернусь раньше.

— Великолепно, мой друг. Нас ждет маленький, но до одури веселый трип в мир причинения любви и нанесения добра.

— Что?

— Увидишь. Сейчас помоги мне собрать вещи твоих подчиненных. И да, готовься вживаться в роль Синтова сыночка, но не сильно. Мы отправляемся в столицу.

Столица

По дороге к городу я успел донести свой план до моих спутников. Бладмир в теле Ингвара чувствовал себя не очень уютно, но когда я обрисовал план в общих чертах, его лицо просияло.

— Вот здорово! Я хочу сказать, что это очень похоже на план, который позволит нам победить. Как ты сказал это называется? — поразительно насколько люди, которые никогда не сталкивались с моими методами работы реагировали на события. Кстати, ради того, чтобы наш маленький военный совет мог быть полноценным, я ослабил контроль над челюстью, позволив Селитии принять в нем участие.

— Это называется диверсионно подрывная деятельность.

— Ты хотел сказать- терроризм. — Едко подметила моя родственница. Я обратил внимание, что с момента нашей стычки с Ингваром и его компанией, он стала более задумчивой и, вместе с тем, гораздо более язвительной.

— Одно другому не пятое. И вообще, если у тебя есть веские замечания, то ты можешь их изложить. Нет? Тогда прото промолчи и продолжай уже сканировать мое тело. Думала я не замечу? — при этих словах, ведьма вздрогнула, так что моя нижняя челюсть непроизвольно щелкнула. Остаток пути до крепостной стены она не подавала никаких признаков и, казалось, полностью ушла в себя. — Кстати, Блад, как у вас здесь обстоят дела со взрывчаткой?-

— С чем?

— Ну, взрывчаткой. Это такая штука, которая делает бум и много огня.

— Такого у нас нет.

— Стой, а как вы добываете руду для оружия и камни для драгоценностей?

— Мы используем кирки. Ну как мы… Если мне не изменяет память, то этим занимаются кобольды.

— Кобольды? Это такие маленькие полукроты-полугномы?

— Да. А откуда ты знаешь?

— У нас они тоже водятся. Интересно, это связано с недостатком фантазии у авторов сего мира или чистым совпадением?

— А?

— Мы прибыли. — Я указал рукой на крепостную стену, которая виднелась вдали. Мы успели выйти к полю перед городом и теперь наша процессия неспешно приближалась. Бладмир восседал на фелиаре Ингвара, к чему зверь отнесся с подозрением, однако не спешил вырываться. Я ехал позади на Луковичке, которая так и норовила поиграть с собратом, что мне приходилось иногда натягивать загривок на себя. Кроме того, каждый ее порыв создавал жуткий грохот от волокуши, которую она тащила за собой. Мы решили, что так будет правильней, поскольку я тут исполнял роль второй скрипки. Весь план мог пойти фелиару под хвост, если бы Мунтус поднял тревогу и передал, кто есть кто, однако Бладмир заверил меня, что после той атаки он несколько дней будет в отключке и не сможет выйти на связь. Подойдя к воротам, я осознал масштаб бедствия, которое мне предстояло разгрести: это было типичное средневековое захолустье. У ворот толпились крестьяне, стражники лениво проверяли всех на входе, охаживая особо ретивых ударами тупой стороны копий, в общем, создавалось впечатление типичной германской глубинки века эдак тринадцатого. И даже то, что некоторые из существ не выглядели как обычные люди не сильно меняло картину. Все изменилось ровно в тот момент, когда