Департамент "Х". Нано-убийцы - Сергей Самаров

* * *

Объект в самом деле поехал домой. Машины оперативной группы провожали его с дистанции в пару километров, дабы убедиться, что он отправился не куда-то на сторону.

– Основная работа у нас начнется завтра с утра, я полагаю, – сказал Вельчанинов.

– Да, сегодня он будет с семьей прощаться. А с утра отправится сначала в милицию, потом в антитеррористический отдел ФСБ, – согласился Кирпичников. – Будем контролировать. В том числе и ночью, хотя я уверен на сто процентов, что эту ночь он посвятит только дому.

– Я думаю, можно даже не оставлять поблизости машину с контролем, – согласился подполковник Вельчанинов.

Как-то так само собой получилось, что своим присутствием в оперативной группе Василий Юрьевич заменил как советник штатного заместителя командира полковника Денисенко. Впрочем, сам Денисенко в обиде за это не был. Он обдумывал свою очередную идею – как использовать «летающее ведро» в диверсионных целях, не повредив сам аппарат. То есть сделать его челночным доставщиком взрывных устройств в какую-то точку. Если стандартная граната «Ф-1» весит шестьсот граммов, а БПЛА ВВП, как инструктировали группу при первом знакомстве с «беспилотником», может доставлять гранату, куда потребуется, то взрывное устройство, скажем, в триста или четыреста граммов тротила вместе со взрывателем доставит тем более. Но гранату можно просто сбросить, и пусть себе взрывается. Для того она и предназначена. А взрывное устройство следовало бережно установить, не повредив при этом взрыватель. Варианты были, но обсуждать их следовало с научной бригадой Департамента. Пока же Денисенко придумывал различные приспособления, чтобы было что предложить научной бригаде для разработки.

Чтобы обезопасить себя и ситуацию, Кирпичников решил все же позвонить профессору Огурцову и набрал номер, который запомнил, как обычно, с первого раза. Время было уже ночное, и Владимир Вадимович, похоже, спал. Но Кирпичников был настойчив, и Огурцов наконец ответил – сонным и очень недовольным голосом.

– Слушаю вас, Владимир Алексеевич.

– Я, кажется, разбудил вас, – не удержался полковник, чтобы не вставить шпильку. – Прошу извинить, но если уж вы связались с таким беспокойным родом деятельности и стали, по сути, участником антитеррористической операции, то про сон следует забыть. Привыкайте...

– Я привык дорожить своим сном. Но при этом понимаю, что, если вы позвонили, произошло что-то экстраординарное. Вы даже опередили звонком нашу бригаду, которая следит за объектом через спутник.

– Я как раз по поводу вашей бригады и звоню. Объект получил инструктаж на завтрашний день и уже ночью приехал домой. Эта ночь, как мы предполагаем, последняя в его жизни, и потому он проведет ее дома, а утром попрощается с семьей, чтобы стать террористом-смертником. Так мы просчитали его дальнейшие планы.

– Станет смертником? – удивился профессор. – Этого нельзя допустить! Впрочем... Подождите, я сразу и не соображу... Кого он должен будет взорвать?

– Сначала объекту необходимо будет сдать документы на получение паспорта. Но, мы думаем, в райотдел он придет без взрывного устройства. Ментов сейчас часто взрывают, и это уже всем надоело. Этот визит будет пробным – как его воспримут... А потом он пойдет в антитеррористический отдел ФСБ, где обязан встать на учет как лицо, подозреваемое в связях с террористами. Вот там он и произведет подрыв.

– Вы уверены?

– Процентов на девяносто – девяносто пять. Это хороший процент, допускающий наши контрдействия.

– Понимаю. И чего же вы от меня хотите?

– Я уже сказал, что, по нашим расчетам, ночью объект дом не покинет. Мои люди уже длительное время находятся без сна. Чтобы завтра работать эффективно, нам всем следует отдохнуть. И потому я предлагаю на ночь полностью переключить контроль за объектом на спутник. Если же что-то вдруг случится и он покинет дом, пусть мне сразу же сообщат. Я даже во сне держу трубку под ухом, и отвечаю сразу. Есть такая возможность?

– Полагаю, никаких проблем не возникнет, – думая о чем-то своем, нараспев сказал профессор. – А как вы думаете остановить объект, когда он отправится на «дело»?

– Есть два варианта, и мы просчитали оба. Первый – команда «встреча». Второй – команда «умри». Первый вариант, согласно нашим расчетам, отпадает.

– Почему?

– Обычно смертника сопровождает кто-то со стороны. Пояса шахидов взрываются обычно по замыканию сети в трубке мобильника. Это и просто, и надежно. Если сторонний наблюдатель увидит, что объект остановлен или идет не туда, куда его направили, производится звонок, и взрывное устройство срабатывает. Значит, «встреча» отпадает. Остается только одно. Но команда «умри» должна будет подаваться тогда, когда объект будет находиться в месте, где взрыв будет неопасен. Нам придется вести визуальный, а не компьютерный контроль и дать команду вовремя. Вот потому я и хочу, чтобы мои люди отдохнули до дня, когда им понадобится полное внимание. Итак, мы договорились?

– Хорошо, – с неожиданной радостью согласился Огурцов. – Утром я вам позвоню, чтобы вы приняли контроль на себя. Сейчас можете отключить ноутбук. Впрочем, спутник сам отключит его от контроля. До утра, Владимир Алексеевич.

– До утра, Владимир Вадимович.

Полковник отключился от разговора и задумался. Он сам не мог понять, что ему не понравилось в этой непродолжительной беседе. Может быть, задумчивость Вовочки – потому что думал профессор совсем не о том, что говорил ему полковник. Может быть, радость в голосе, прозвучавшая при завершении разговора. Нечему было радоваться – если только Огурцов не задумал что-то свое. Своя игра Департамента «Y» может не совпадать с планами и действиями оперативной группы Департамента «Х». И потому следует быть осторожным...

* * *

По прибытии на базу Владимир Алексеевич отправил группу отдыхать в отведенное им помещение, водителей машин попросил устроить на ночлег помощника дежурного по сводному отряду спецназа ГРУ, а сам обратился к дежурному, который должен был иметь связь с капитаном Кирпичниковым. Дежурный, как оказалось, знал, что полковник хочет поговорить с сыном, а не просто с командиром отряда, и потому быстро набрал номер на своей спутниковой трубке.

– С трубки я мог бы и сам позвонить. Я думал, у вас есть армейские средства связи, – сказал Владимир Алексеевич, но трубку в руки все же взял.

Геннадий, как оказалось, не спал, а ходил вместе с командиром минометного дивизиона и расставлял минометные расчеты по периметру урочища, в котором была наглухо заперта банда Газалиева. Расстановка минометов, да еще в горах, да в ночное время – занятие хлопотное, как хорошо знал Владимир Алексеевич. Да и перетаскивать сами орудия – то еще занятие... Миномет «Поднос» весит больше сорока килограммов, а ведь к нему необходимо нести и боекомплект. А если периметр велик, то таскать придется много.

Давать советы чужому подчиненному Кирпичников-старший не любил, хотя все же сказал, что Газалиев понимает свое положение и может ночью предпринять попытку прорыва. Сын согласился и сказал, что на этот случай усилил все передовые посты. В заключение отец попросил Геннадия связаться с ним, как только тот вернется на базу.