Тротиловый эквивалент - Лев Пучков

— Секунду... Почему объект — автопарк? — включился в полемику Иванов. — Зачем Шаху автопарк? Резоннее было бы уничтожить нас. Нет, не думаю...

— Короче — очень спорно, — вывела резюме Лиза. — По точной наводке на объект даже и не знаю, что сказать, — это не укладывается в уровень моей компетенции... По факту наличия деталей от предполагаемого летательного аппарата... Надо спросить, может, у кого то что то такое было... Ну, для детей купили или что там еще... И вообще, в любом случае — тут нужен высококвалифицированный специалист в электронике. Именно специалист, а не дилетант, типа меня...

— Значит, такой специалист у него есть, — Глебыч радостно потер ладоши — как будто и в самом деле был счастлив, что у его старого друга есть такой специалист. — А насчет наводки на объект — вот...

И продемонстрировал всей честной компании обрезок бампера. С его внутренней стороны был приклеен кусочек плотной ворсистой ткани. В центре тканевого кусочка виднелся аккуратный крестообразный надрез.

— Это я надрезал, — пояснил Глебыч, поддевая ножом выступ надреза. — А вот что у нас внутри...

Внутри виднелся предмет, похожий на пиджачную пуговицу. Вернее, не весь предмет, а лишь его половина. Знакомая штуковина...

Я вспомнил: осенью прошлого года мне доводилось пользоваться такой вещицей. Пассивный маяк называется. Лиза мне точно такой же вшивала в гульфик.

Никаких извращений — просто для дела.

— Вот так новости... — Лиза решительно завладела обрезком бампера и стала с интересом рассматривать трофей. — Почему не вытащил?

— Не вытаскивается, — пожал плечами Глебыч. — Там какой то суперклей. Ткань приклеена к железу так, что ничем не отдерешь. А эта фигня — к ткани, да так, будто припаяна. Боялся повредить... Это мы вот такой тогда Косте вставляли?

— Не вставляли, а вшивали, — поправил я. — И не совсем мне, а конкретно в штаны.

— События развиваются так стремительно, что даже и не знаю, как реагировать, — возбужденно пробормотал Иванов, рассматривая через плечо Лизы находку. — Что вы думаете, коллега?

— Пока не думаю, — Лиза сунула кусок бампера в пакет Глебыча и вышла из столовой. Видимо, есть смысл проверить, что это за дрянь такая.

— Они стояли у машины, — напомнил Серега. — Сзади. Я видел папахи...

— Да, так и было, — кивнул Вася. — Они были в секторе. Надо было мочить.

— Вот сволочь, — Петрушин восхищенно поцокал языком. — Как он нас, а?!

— Да, — Глебыч радостно хихикнул. — Класс, да?

— Глебыч, а чему ты все таки радуешься? — мне стало интересно, может, и в самом деле посттравматический синдром?

— Потому что не один я дураком оказался, — подмигнул мне Глебыч. — Вы тоже — лопухи. Всех обмотал, паршивец!

Петрушин с Васей переглянулись. Иванов озадаченно крякнул, а Серега сочувственно вздохнул.

— Это норма, — успокоил я коллег. — Компенсаторная функция. Одному дураком и в самом деле — неприлично. А когда все вокруг такие...

— Интересно получается... Если бы ты не поленился идти пешком на ту попойку и «УАЗ» остался бы здесь... — Иванов задумчиво посмотрел на Глебыча. — Теперь, получается, мы опять должны тебя в задницу целовать...

— Я не настаиваю, — Глебыч приятно порозовел. — Это была не попойка, а просто застолье. Военное. А если бы «УАЗ» остался здесь — это факт... Да и артиллеристы рядом. Им бы тоже досталось. А если бы их склад зацепило... Гхм кхм...

Вскоре вернулась Лиза. Да, точно — пассивный маяк. Идентичный нашим.

Может, в одной мастерской делали.

— «Нашим»? — зачем то прицепился к слову Иванов. — У нас их несколько?

— Три штуки, — доложила Лиза. — И что?

— Ага... — Иванов перевел взгляд на Глебыча.

— Что? — обеспокоился Глебыч. — Что такое?

— Глебыч... а он некоторое время сзади тебя стоял? — уточнил Иванов. — Он тебе ствол в затылок наставил... А?

— Стоял, — кивнул Глебыч. — И что?

— Заголяйся, Глебыч, — буркнул догадливый Петрушин. — Быстро!

— Ну, блин... — Глебыч рывком стащил с себя бушлат и бросил его на скамейку. — Вы что, думаете, у него с собой целая коллекция?

— Давай, давай, — Петрушин принялся придирчиво осматривать бушлат. — Все снимай.

— Тут дама, — напомнил Глебыч, расстегивая куртку. — Может...

— Дама — свой человек, — отмахнулась Лиза. — И совсем все не надо — ты же там не голый был. Надо проверить то, что сверху было надето. Времени было мало, в штаны он не лазил... Или лазил?

— Ну ты скажешь тоже! — возмутился Глебыч, все таки стаскивая штаны. — Смотрите, щупайте...

Осмотрели, прощупали — ничего. Глебыч опять оделся и теперь выглядел несколько обиженно. Не дали в полной мере насладиться радостью вовлечения всей команды в круг обманутых идиотов. Малость подпортили напоследок всю прелесть ощущений...

— Это просто психоз, — высказался я. — Одно дело — к железяке прилепить, другое — к живому человеку. И потом, кто сказал, что у него несколько таких маяков? Насколько я понимаю, это штука несколько продвинутая, дорогостоящая....Так, Лиза?

— Да, дорогая, — подтвердила Лиза. — Но мы в курсе, что этот тип не жалеет денег на свои забавы. Так что...

— Ладно, давайте обедать, — завершил полемику Иванов. — Сделаем вывод: спасибо Глебычу. Мы все живы и нашли маяк. Это уже что то... И попрошу: никому — ни слова. Надо объяснять, почему?

Объяснения по данному пункту не требовались. Каждый прекрасно понимал: остальным товарищам совсем не обязательно знать, что нас опять обвели вокруг пальца. И что это из за нас в парке инженеров случилось все это безобразие.

Хорошо еще, обошлось без жертв...

* * *

В течение дня Иванов вынашивал очередную идею, к ужину она у него оформилась в нечто продуктивное и была вполне готова к тому, чтобы стать достоянием всех членов команды.

Вот идея. Если у нас три одинаковых маяка... почему бы не предположить, что у Шаха — пара? Или даже тройка? Товарищ обеспеченный, может себе позволить такую роскошь. Вещь полезная, в хозяйстве всегда пригодится...

— Судя по всему, этот товарищ — человек не глупый, — заметил Серега. — Если он рискнул поставить нам маяк, значит...

— А он не рисковал, — покачала головой Лиза. — Маяк должен был расплавиться. При такой температуре — испарился бы практически без следа.

Да, это так — я смотрел, там не особо толстые железяки насквозь прогорели, до дыр. Короче, очень тепло там было, непонятно, почему сохранился этот маяк...

— Глебыч, почему маяк сохранился? — спросил Серега.

Глебыч выспался и был в отличном расположении духа. И не без оснований.