Радиоактивная война - Иван Стрельцов

– У нас в таких случаях говорят «утро вечера мудренее», поэтому предлагаю укладываться спать, а дальше посмотрим, – Глеб легко заскочил на верхнюю полку, уткнулся лицом в подушку.

Американец по своему обыкновению немного поворчал и послушно улегся напротив бывшей подруги. Находиться в плену морских разбойников романтично только в приключенческих романах, в настоящей жизни это мало приятно.

В кубрике наступила тишина, никто не сопел, не вздыхал в кромешной темноте. Явный признак того, что никто из присутствующих не спал.

Неясный шум за дверью также прекратился. Вскоре приглушенно заработал двигатель, и яхта плавно тронулась с места, управляемая компьютером.

«Ага, „Посейдон“ заглотил нас, как голодный аллигатор теленка, и теперь отправился по своим настоящим делам», – сообразил Кольцов, теперь многое встало на свои места. До этого момента сыщику не давала покоя мысль, зачем нужно было ликвидировать Зубанова таким диким способом, в духе сицилийской мафии. Можно было, не особо мудрствуя, там же на вилле тюкнуть по темени, оттащить в ванную и под напором холодной воды расчленить на равные порции по количеству доберманов, да и скормить злобным тузикам, не мучаясь угрызениями совести. Как говорится, нет человека – нет проблемы, и даже никаких следов.

Убийство Серафима Зубанова оказалось приманкой, которая должна была выявить слежку за игорным королем.

«Что я с доблестью и проявил, – чуть ли не скрипя зубами, злясь на себя, подумал Кольцов. – Старею, что ли, или поверил в сказочку про сытых котов. Нет, во всем происходящем чувствуется рука профессионала, как будто воскрес Чумаков или Шубин. Впрочем, в этой когорте рыцарей плаща и кинжала спецов всегда хватало».

Все умозаключения мало прибавили детективу бодрости, подкинув еще больше коварных вопросов. Главным из них был: почему после того, как катер с изящной простотой захватили, их тут же не ликвидировали? Почти светская беседа, культурное обхождение, можно подумать, и вправду представители берегового братства.

Глеб достаточно пожил на свете, и ему много чего довелось повидать на своем веку. Так что верить в благородных джентльменов удачи не приходилось. Но ясно было одно: если сразу не убили, значит, для чего-то они им нужны. «Вот это и придется выяснить. Сейчас бросаться на „тюленей“ глупо, они чего-то подобного и ожидают. А вот спозаранку, когда природа еще спит, самое время баламутить», – с этими мыслями Кольцов перевернулся на спину и усилием воли заставил себя заснуть, ведь ему потребуются силы для грядущего...

Проснулся он в тот момент, когда солнце через стекло иллюминатора, отражаясь в волнах, защекотало ему веки. Вскакивать Глеб сразу не стал, несколько минут сыщик ровно дышал, разогревая кровь, напрягал и расслаблял мышцы. Такая гимнастика стала для него незаменимой еще с тех времен, когда приходилось неподвижно лежать в засадах чуть ли не сутки напролет.

Почувствовав, как тело наполнилось энергией, Кольцов лихо сиганул с верхнего яруса и несколько раз сильно ударил в пластиковую дверь.

– Чего шумите? – донесся из-за двери недовольный голос.

– Шеф, природа зовет, веди в гальюн, сил терпеть нет.

– До завтрака не можешь подождать? – интонации в голосе охранника несколько изменились.

– Да как терпеть-то? С нами женщина, что ж мне, обмочиться перед ней?

Довод подействовал, фрогмэны вовсю старались быть джентльменами, почти сразу едва слышно клацнул замок, и дверь широко распахнулась.

На входе в кают-компанию стоял второй боевой пловец, чуть поодаль Глеб увидел незнакомца. По фактуре только слепой бы не догадался, что они одного поля ягоды. Хотя молодые люди уже избавились от гидрокомбинезонов и без лишних угрызений совести воспользовались вещами из гардероба Кольцова, нацепив его шорты и свободного покроя яркие рубашки, серьезность намерений «флибустьеров» выдавали тяжелые пистолеты и притороченные к ногам боевые ножи.

– Крэк, присмотри за нашими пташками, пока я этого красавца свожу на горшок, – скалясь, заржал фрогмэн, делая шаг в сторону и освобождая Кольцову проход в кают-компанию.

Прежде чем выйти из кубрика, Глеб вдруг ощутил в ладони прохладу металла. Софи незаметно сунула ему в руку небольшую десертную вилку, непонятно как оказавшуюся у нее. Оружие, конечно, не ахти какое, но все же оружие.

Кольцов, держа руки за спиной, немного замешкался, запнувшись за порог, и наконец вышел из кубрика. Первый его взгляд упал на стол в центре помещения, от великолепия вчерашнего ужина не осталось и следа. Стол был чисто убран, в кают-компании царил полный порядок. В голове сыщика промелькнуло «флотский порядок», даже пиратствуя, фрогмэны оставались подлинными моряками.

Взгляд Кольцова был рассеянным, полусонным и совершенно не агрессивным.

– Вперед, – вполголоса скомандовал вчерашний «знакомый» и «кольтом» указал направление движения.

Глеб сделал небольшой шаг и выбросил вперед правую руку с зажатой в ней вилкой. Зубья из нержавеющей стали, скользнув по кадыку, вонзились в кожу, пробили сонную артерию, из раны фонтаном брызнула кровь.

Фрогмэн инстинктивно отпрянул, поднимая непослушные руки к горлу. Он был настолько ошарашен произошедшим, что не сообразил бросить пистолет на пол. Кольцов легко вырвал «кольт» из слабеющих пальцев и, ухватив его за ствол, метнул как индейский томагавок в тот момент, когда второй диверсант уже взводил курок своего пистолета. Полуторакилограммовый «кольт», брошенный уверенной рукой с расстояния в пару метров, с хрустом проломил череп фрогмэну. Тот так и не успел в последние минуты своей жизни взвести тяжелую пружину курка и, попятившись назад, рухнул всей своей тяжестью на кожаный диван.

– Лишний раз убеждаюсь, что гордыня – смертельный грех, – пробормотал Глеб, подбирая оружие с толстого ковра.

– На палубе еще один, – напомнила Софи, выходя из еще недавней судовой «тюрьмы».

– Или больше, – не поворачивая головы, ответил Кольцов. Действительно, на палубе могло быть еще трое «тюленей», которых на «Посейдоне» было пятеро.

– Вчера с нами разговаривал старший их группы, бывший лейтенант Джим Мейснер, – угрюмо произнес вышедший вслед за француженкой репортер. Роберт был смертельно бледным, под мышками по рубашке расплылись темные пятна пота.

– Ждите здесь, – прошипел Глеб, осторожно приблизившись к трапу, ведущему на палубу катера. Легкие парусиновые туфли позволяли передвигаться совершенно бесшумно.

Поднявшись на палубу, сыщик огляделся по сторонам. В шезлонге развалился полуголый мужчина, заложив обе руки за голову. Рядом стоял плетеный столик, на котором среди бокалов и бутылок поблескивал пистолет.

Несмотря на то что Кольцов старался приблизиться как можно осторожней, фрогмэн все же его услышал. Не открывая глаз, небрежно спросил:

– Ну что, Крэк, наши пленники уже проснулись и требуют кофе в постель?

– Крэк платит Харону за перевоз по реке забвения, и ему уже не до земных проблем, – негромко сказал Глеб.