Королевский стрелок - Сергей Соболев

– То есть действовать так, словно мы уже имеем зараженных этим смертельным вирусом на территории как минимум одной области?

– Да. В таких случаях лучше перебдеть… Есть и другие предложения, я готов их изложить.

Глава НАК вдруг отрицательно качнул головой.

– Не сейчас. Спасибо, обсудим эту тему чуть позже.

Он посмотрел на сидящего по левую руку, через два человека, директора Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков.

– Ваши сотрудники уже проанализировали таможенные «инвойсы»[19]тех компаний, что входят в холдинг «Фармаком»? Удалось выяснить, откуда и кем поставляются партии лекарств и медпрепаратов через Западную СЭЗ?[20]

– Обработка этих данных в основном закончена. В списки поставщиков входят порядка двух с половиной сотен зарубежных фирм и компаний.

– Из каких стран?

– Преимущественно это немецкие, швейцарские и австрийские фирмы. Некоторые партии оформлялись как «гуманитарка». В большинстве случаев партии грузов формировались на пакгаузах близ Бремена, Дюссельдорфа, Гамбурга и Киля. А также в Баварии. Это основные перевалочные базы такого рода продукции на их пути в аптечные сети и учреждения здравоохранения в странах Восточной Европы, в СНГ и в России.

– И найти упаковку или даже коробку некоего препарата, маркировка на котором не соответствует содержимому, очень сложно, надо полагать?

– Это все равно что найти иголку в стоге сена, – сказал глава ФСКН. – Тем не менее мы считаем, что у нас есть шанс найти эту самую «иголку»… Если, конечно, нам действительно кто-то решил ее подбросить!

– А если удастся найти этот опасный препарат, можно будет определить, кто является его изготовителем? В какой лаборатории он произведен? И через какую цепочку фирм и транспортных коммуникаций к нам попал? Если он все же попадет к нам, повторюсь?

– На некоторые из этих вопросов смогут ответить лишь специалисты… Если вообще смогут… По нашей же части могу доложить следующее. При современных «серых» схемах доставки значительной части импортных медикаментов установить изготовителя препарата и реального отправителя без помощи компетентных органов ряда стран Запада, стран блока НАТО практически невозможно. Мы уже сталкивались с проблемами, когда запрашивали информацию по трафику тех или иных препаратов. Там так все хитро запутывают, что концов не найти! И наши фирмачи путают следы, и западные иногда этим грешат! И злого умысла тоже вроде как не обнаруживается. Просто в ряде случаев нам не хотят идти навстречу. А без сотрудничества и обмена надежной актуальной информацией такого рода преступления зачастую остаются нераскрытыми.

Глава НАК понимающе качнул головой.

– Вы связывались уже с вашим коллегой из Германии?

– Да, я с ним разговаривал по телефону дважды. Сообщил тот минимум информации, который мне было разрешено открыть. Попросил содействия устно, а также около десяти утра отправил на его офис официальный запрос с перечнем компаний. Как наших, отечественных, так и зарубежных, осуществляющих перевозки в интересах известного нам холдинга.

– Вам уже доводилось сотрудничать с соответствующими органами Германии по теме нарко-транзита?

– Да. У меня хорошие личные отношения с этим человеком. Наши службы успешно реализовали ряд мероприятий.

– Вы запросили информацию по транспорту, который доставляет грузы для компаний холдинга «Фармаком» и который проследовал через территорию этой страны?

– Не только ФРГ. Мой немецкий коллега сейчас председательствует в комитете начальников наркослужб и наркокомитетов стран Евросоюза.

– Информация от него вам пока не поступила?

– Ответа все еще нет. Нужно время, чтобы запросить и собрать сведения у их таможенников и пограничников, чтобы затем обработать данные и получить на выходе то, что нас интересует… Я надеюсь, что такая работа нашими немецкими коллегами будет проделана в максимально сжатые сроки и на традиционно качественном для них уровне!

– В этой части понятно. Такой вопрос… Удалось ли обнаружить склад или склады на территории Западного края? Имеется в виду склад или помещение, где «фармакомовцы»… или отдельные сотрудники этого холдинга, поскольку мы не можем подозревать всех без разбора, могут хранить какие-нибудь опасные вещества и материалы.

– Местонахождение их пакгаузов и складских помещений на территории области нам известно доподлинно. Легальных, скажем так, объектов…

– А нелегальных?

– Сейчас усиленно пробиваем эту тему! Есть обнадеживающие сведения. Но я готов буду доложить по этому вопросу лишь после перепроверки поступающих данных!

– А что тот человек, которого задержали в Домодедово?

– Его не задерживали… Наши сотрудники совместно с опергруппой ФСБ устроили все так, как будто он заболел. Острый приступ. Его увезли в райбольницу! Ну а там он находится под контролем наших сотрудников. И дает нужные нам показания.

– В его компании не заподозрили, что один из их сотрудников находится под вашим контролем?

– Похоже, что не догадываются… Пока.

– Он знает про антигрипповую вакцину нового образца?

– Знает, хотя и в общих чертах. Ему сделали прививку. Еще десять дней назад… И не только ему, но и его жене, и сыну.

– А про склад дал показания?

– Он сказал, что о местонахождении нового склада не знает. Но в курсе, что такой есть.

В течение последующих пяти минут глава ФСКН, ведомства, которое изначально курировало тему холдинга «Фармаком», изложил то важное, что содержалось в показаниях Игоря Малиновского, сотрудника холдинга «InWestFarmacom Baltic LTD».

Когда он закончил, вопросов не последовало. Вернее, вопрос был задан уже на другую тему.

– Считаете ли вы необходимым, – глядя на него, спросил глава НАК, – разумным и даже единственно возможным вариантом немедленное закрытие границ западного анклава?

– Нет, не считаю. Эта мера может привести к очень тяжелым последствиям.

– Почему? Поделитесь вашими соображениями.

– Мы разом лишимся всех своих плюсов, пусть их пока и не слишком много! Мы потеряем фактор внезапности! Наш противник, а именно те, кто разработали и методично воплощают свой чудовищный план в жизнь, поймут: мы заподозрили что-то и собираемся осуществлять контрмеры! Нам пока удается сохранять все наши действия в тайне! Мы уже многое узнали, многое выяснили, мы готовим ряд точечных акций! Которые, как я говорил ранее, должны согласовываться по времени и координироваться из единого центра! Закрывая границы до, а не после ареста основных фигурантов и изъятия всех опасных материалов, мы рискуем дать событиям такое негативное направление, к которому пока совершенно не готовы!