Кодекс калибра .45 - Виктор Тюрин

– Алан, ты сказал о работе парням?

– Обижаешь! Все уже наготове!

– Хорошо! Через пару часов мы узнаем, насколько удачно у нас все получилось!

С того самого момента, как я вывернул на улицу, ведущую к ресторану, я чувствовал себя наподобие смертника, которого везут на расстрел. Заворачивая на стоянку перед рестораном, мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы не начать озираться в поисках убийц. Очень трудно вести себя естественно, когда знаешь, что на тебя идет охота. Не успел двигатель в последний раз взреветь и заглохнуть, как в моей руке оказался «кольт». Бросил взгляд по обе стороны от себя. Фонари ярко освещали улицу, стоявшие у тротуара машины и гуляющий народ. Мирная и спокойная картина.

– Ну, пошли. С богом!

Мгновения, пока я открывал дверцу автомобиля, показались мне вечностью. Но это состояние длилась недолго – раздался оглушительный выстрел. Еще один, еще… В ответ я инстинктивно пригнулся, что и спасло меня. Сначала по ушам ударил грохот дробовика, а затем меня осыпало осколками стекла. Выстрелы звучали, казалось, отовсюду. Гулкие звуки частых пистолетных выстрелов временами перекрывал грохот дробовиков. Казалось, только подними голову, выгляни – и тут же получишь пулю, но боссу нельзя проявлять трусость перед своими людьми, поэтому я заставил себя встать в полный рост. Теперь я смог оценить полностью обстановку. Враг был разгромлен наголову, а весь огонь сейчас был сосредоточен на одном автомобиле, резко выруливавшем со стоянки. Начавшая набирать скорость машина вдруг резко завиляла, после чего, проехав с десяток метров, с силой ударилась бампером в бровку тротуара. Дверца с левой стороны пассажирского сиденья открылась, но стоило человеческой фигуре показаться в проеме, как к ней уже бежали два моих парня, стреляя на ходу. Еще несколько выстрелов… и наступила тишина. Несколько секунд я привыкал к ней, а потом развернулся и наткнулся на взгляд Алана.

– Как тебе роль приманки? Понравилась? – спросил я его.

– Всю жизнь мечтал об этом, – ответил он хриплым от напряжения голосом.

Вглядевшись, я только сейчас заметил, что его лицо стянуто гримасой боли. Быстро обошел машину.

– Тебя куда?

– В плечо! Ерунда! – но, не сдержав переполнявшей его злости, Алан с силой пнул ногой труп наемного убийцы, лежавший в шаге от него. – Все этот кусок дерьма! Сука! Убить нас хотел!

– Брось! Все закончено! – тут я увидел подошедшего к нам Патрика и обратился к нему. – У нас есть потери?

– Двое раненых.

– Собирай парней, забирай Алана и уезжайте! Чтоб через пять минут вас здесь не было!

– А ты?!

– Если машина на ходу, я поеду на ней! Для полиции мой красный «Кадиллак» станет первой уликой в их списке! Все! Разбежались!

Больше не обращая на них внимания, я стал осматривать машину. Двойной заряд крупной дроби не только разнес вдребезги ветровое стекло, но изрешетил часть капота вместе с салоном. Оба передних сиденья были изорваны в клочья. При виде этих разрушений я огорченно покачал головой и сел на водительское сиденье. Завел. Двигатель взревел, а потом ровно застучал. С облегчением выдохнул воздух и стал осторожно выруливать со стоянки. Спустя несколько минут я выехал на середину обезлюдевшей улицы. Обычно шумная по вечерам улица сейчас словно вымерла. Тротуары были пусты, а машины, оказавшиеся в этот момент на дороге, сейчас стояли с распахнутыми дверцами. Только успел набрать скорость, как послышался приближающийся рев полицейских сирен. Спустя десять минут я уже подъезжал к бару Николаса. Зашел.

– Привет, парни!

– Привет, босс! Здорово, Дик! – вразнобой ответили мне с полдюжины голосов. Здесь были парни, которые не принимали участия в деле и не знали, что произошло.

– Дик, есть разговор, – вполголоса сказал Николас, владелец заведения, как только я подошел к стойке.

– В чем дело? – спросил я.

– Идем в заднюю комнату, там скажу.

– Что случилось?!

– О'Бэнион ранен, – сказал бармен, как только мы переступили порог.

– Как же так?!

– Хайми просил тебя сразу позвонить.

– Парням пока не говори. Узнаю все толком – сам скажу!

– Как скажешь.

Пришлось трижды перезванивать, пока мне нашли Вайсса.

– Как твои дела?

– Пятерых можно списать. Плюс два водителя Лучано. А что у вас?

– Про Дэнни уже знаешь?

– Как такое могло случиться?!

– Они очень хитро сработали. Где-то за час Дэнни позвонили и сделали заказ на букет цветов. При этом сказали, что пришлют курьера, и предупредили, что букет нужен срочно. Курьер приехал на мотоцикле в форме службы доставки. Зашел в магазин, а затем раздались выстрелы. На звук выстрелов наши парни выскочили из бара и бросились к магазину, но им перекрыла дорогу машина, из которой сразу начали стрелять из автомата. Ранив Кейна и О'Лири, автомобиль подъехал к магазину, забрал убийцу и…

– С Дэнни что?!

– Ранен! Ему уже сделали операцию. Врач говорит, что в ближайшие двадцать четыре часа будет все ясно.

– Что будем делать?

– Что делать?! Надо решать: быть войне или нет?! Дьявол! Моран считает, что надо бить их прямо сейчас!

– Они готовы к этому!

– Я ему то же самое сказал. Ладно. Соберемся с утра. Пока, Дик.

– Пока.

Отойдя от телефона, сел у стойки. Все, кто был в баре, сейчас смотрели на меня. Пришлось рассказать.

– Дэнни ранили!

Бар прямо взорвался гневными криками: – Чего мы тогда сидим, Дик! Выпустим кишки ублюдкам!! Гореть в аду этим грязным свиньям!!

– Тихо, парни! Завтра будут переговоры! Тогда все решится!

Горячая кровь людей, привыкших решать все проблемы кулаком и пистолетом, не давала им так просто успокоиться. Выкрики и угрозы продолжались еще некоторое время, но только накал страстей стал стихать, как в бар вошел Алан в сопровождении Масбаха. Из-под наброшенного на плечи пиджака выглядывал бинт, который тут же приковал внимание людей.

– Алан, что случилось?! Галлахер, где тебя зацепило?!

– Немного сцепились с макаронниками! – с небрежной гордостью ответил тот, отвечая на посыпавшиеся со всех сторон вопросы. Его слова вызвали яростный рев. Алан удивленно посмотрел на меня. Ярость людей, подогретых виски, нужно было срочно гасить.

– Карл, иди сюда! – позвал я своего телохранителя.

Как только он сел рядом со мной, я поднял руку, призывая к вниманию.

– Тихо! Ребята, это Карл. Будет работать с нами! Прошу любить и жаловать!

– Привет, Карл! Привет, блондин! – раздалось с разных сторон.

– Привет, парни! Меня и раньше так звали: Блондин! – отозвался он на приветствия. – Поэтому, если ни у кого нет возражений, предпочел бы сохранить за собой это прозвище!