Подавать холодным - Дмитрий Ромов

— А, да, это ты точно подметил, — кивнул Кукуша. — То ли дело раньше. Делай, что захочешь, и хрен тебя кто найдёт.

— Раньше всё лучше было? — подмигнул я и достал телефон. — Ладно, позвоню одному крутому чуваку, поинтересуюсь, что тут можно сделать.

Я набрал номер Миши айтишника, нашего генсека.

— Товарищ генеральный секретарь, здравствуйте.

— А, Серёга, здорово. Как жизнь?

— Слушай, Миш, жизнь прекрасна и удивительна, но дело не в этом. Мне нужно зайти в один дом, чтобы меня не спалили. А тут кругом камеры понатыканы. Ты не можешь случайно сделать что-нибудь с этим?

— Ну блин, Серёга, я тебе чё заклинатель всех камер в мире?

— Ну, хоть попробовать-то ты можешь?

— Ну… могу… Говори адрес. Я, конечно, попробую сейчас, но не обещаю. Предупреждаю сразу. Совсем не факт, что подключусь.

Я сказал адрес, и он отключился.

Время тянулось медленно. Сгущались сумерки. Осень переходила в ту стадию, когда вот-вот начнётся зима, а может и не начнётся, а может и не вот-вот. В любой момент мог ударить мороз или высыпать снег. А могло случиться всё наоборот — пролиться дождь, а потом выглянуть солнце, и снова напустить на нас тепло. Ждать можно было всё что угодно, а я ждал Раждайкина.

Через полчаса позвонил Михаил.

— Нет, Серёга, нет, — сразу заявил он. — Ничего сделать не смогу. По этому адресу у них локальная какая-то система, и я к ней не в силах подключиться. В принципе я бы смог, если бы был на месте с определённым оборудованием, понимаешь? Только вот оборудования у меня этого нету. То есть, в любом случае, если это нужно, то я закажу, но надо ориентироваться на следующую неделю. Не раньше.

— Я тебя понял, Миша, — сказал я без особой радости в голосе. — Большое спасибо. Посмотрим, надеюсь, что до следующей недели тянуть не придётся.

Он отключился, а мы остались ждать. Ждать, как настоящие сыщики в засаде. Стемнело. Заезжали и выезжали из гаража машины. Выходили и заходили в подъезды жильцы. Носились дети. А Раждайкина всё не было и не было.

Наконец, Альберт Маратович нарисовался.

— Вот он, — кивнул я на чёрный крузак.

— Ну… с крузаком-то мы справимся, — кивнул Кукуша. — Как к нему только подобраться? Можно было бы подождать, пока кто-то зайдёт в подъезд, проскочить вслед за ним, а потом спуститься в гараж. Но ты ж понимаешь…

Я понимал. Мы оба понимали.

Между тем, Раждайкин бросил машину у подъезда. В гараж заезжать не стал. Вышел и зашёл в дом, а пыльная тачка осталась стоять под фонарным столбом, освещённая оранжевым светом. На виду у всех. Мимо неё ходили люди и ездили другие машины, но самое неприятное заключалось в том, что она стояла как раз напротив видеокамеры.

— Ты знаешь, вот этих камер понатыкали везде, конечно, — покачал головой Кукуша, — но далеко не все из них подключены. Часто просто муляжи. Понимаешь?

— Но рисковать же не будешь. Как проверить?

— Но рисковать не будешь, — кивнул он, подтверждая мои слова. — Проверять на своём опыте дело то ещё… Ну подождём, значит. Судя по всему, он выбежал ненадолго… Если что, ночью снимем камеру и фонарь к херам.

— Не, так не пойдёт, — ответил я. — Он сразу догадается, в чём дело. Он знает, что теперь пушка у меня. Не тупой. Поймёт, что я пытаюсь вернуть подарочек ему.

— Ну да, ну да, ну да, — согласился Кукуша, помотав головой.

Вскоре Раждайкин показался снова. Он вышел из дома, впрыгнул в тачку и поехал.

— Ну что, поедем за ним, — кивнул я и выехал следом.

Машин на улице было ещё много, поэтому в глаза мы ему броситься не должны были. Он ехал минут двадцать и свернул на большую парковку к торговому центру. Здесь располагались два больших гипермаркета, рынок, огромный строительный магазин, центр бытовой техники и электроники и ещё куча всего другого.

Поэтому народищу тут была целая куча. Люди сновали туда-сюда, покупали, грузили, отъезжали, сигналили, ругались, курили и всё такое прочее. Одни уезжали, другие приезжали. Короче, Вавилон.

Раждайкин проехал подальше, вглубь и остановился рядом с павильоном с фермерскими товарами. Он бросил машину на свободном месте перед входом, но только зашёл не туда, где рынок, а в дальнюю отсюда дверь, туда, где был большой пивной ресторан.

— Ну что… — сказал Кукуша, — вон там видишь камера? Так… А с этой стороны никого нет и вот если…

Он не договорил и замолк, наблюдая, как на место, куда он показывал пальцем въехала грузовая «Газель» и закрыла «Крузак», отрезая его от камеры.

— Видал⁈ — радостно воскликнул дядя Слава. — Фартит, племяш! Сечёшь?

Слева стоял блестящий футуристичный «китаец». К нему подошёл солидный дядька, сел за руль и уехал. А вместо него тут же подкатил второй фургон.

— Сейчас начнут разгружаться, — пояснил Кукуша. — У рыночных нет своей отдельной погрузки-разгрузки.

И действительно, и в том и в другом фургоне открылись двери и водители начали выгружать коробки.

— Ну всё! — обрадовался дядя Слава. — Погнали. Ты на стрёме, а я здесь, на корме. Смотри не светись перед камерой.

— Окей.

Я прошёл и встал перед левым фургоном таким образом, чтобы было видно выход из пивной и чтобы можно было сразу увидеть, когда появится фигурант. Пивная находилась на самом углу и оттуда свою машину Раждайкин видеть не мог.

Кукуша быстро рванул к багажнику и приладил свою приблуду. Широкой спиной он поставил барьер для прохожих и грузчиков. Поэтому, что он делал, никто не видел и внимания на него не обращал.

Было темно, холодно, люди торопились сделать свои дела и разбежаться по домам. Всё выглядело вполне спокойно. Спокойно и тихо. Мышь под ложечкой чувствовала себя неуютно, но более-менее спокойно…

Прошло минуты три, и я глянул на Кукушу. Он прищурился, приоткрыл дверку багажника и, чуть наклонившись вперёд просунул внутрь руку. И в этот самый момент я услышал голос!

Эпическая сила!

Голос этот принадлежал Раждайкину. И шёл он совсем не от пивной, а с совершенно другой стороны. Раждайкин в этот момент находился прямо за фургоном. От Кукуши его отделяло не более пяти шагов.

— Тащи ко входу! — рявкнул я, чуть изменив голос.

Кукуша резко дёрнулся, в багажнике блеснула вспышка его фотоаппарата и… в ту же секунду из-за фургона вынырнул Раждайкин.

20. Нехороший знак

Раждайкин шёл и говорил по телефону, а у меня сердце чуть не выскочило. В одной руке он держал телефон, а в другой пакет с фруктами. Нам буквально нескольких секунд не хватило, чтобы закончить дело…