Академия отморозков - Александр Тамоников

— Да! И приказал к седьмому ноября подготовить сорок бойцов. Поставка зомби в Питер отменяется. После передачи контингента и получения причитающихся за него денег работу на время сворачиваем. Я имею в виду работу по зомби, а производство расширяем. Сергеев подготовил нам очень выгодный контракт на поставку стройматериалов в одну из крупнейших столичных строительных фирм. Вот такие перспективы и такие планы! Теперь у меня все! Вопросов нет? Свободны!

На выходе он остановил Городова:

— Павел Анатольевич, найдите Лазаренко и передайте ей мое распоряжение спуститься вниз, в подвал.

Начальник охраны объекта понимающе кивнул:

— Есть, Юрий Александрович! Ваше приказание будет выполнено!

— Хорошо! Идите!

Проводив Городова, руководитель террористического центра прошел к бару, налил коньяку, в два глотка выпил. Сейчас он займется Мартой! Разомнет косточки! Давно он, бывший сотрудник КГБ, собственноручно не рвал тела попадавших ему в руки людишек. Давно. С шестьдесят восьмого года, когда оторвался по полной на зачинщиках беспорядков, организованных в одном из северокавказских городов. Центре казачьей смуты. Тогда он позабавился на славу. Тем более, что мог проводить зверские пытки совершенно безнаказанно. Как и сейчас с Кровавой Мартой! От легкого опьянения и предвкушения близкой расправы руки Гладарева мелко задрожали, а в глазах появился нехороший, безумный блеск.

Спустя десять минут Городов доложил по телефону:

— Лазаренко ждет вас в подвале!

— Хорошо, Паша. И помни, на тебе любовник этой крысы.

— Я все помню, Юрий Александрович!

— Отбой!

Гладарев выпил еще коньяку, достал из сейфа наручники, перчатки, боевой нож, короткую дубинку. Все это закрепил на униформе и прошел в подвал. Лазаренко ждала его почти на самом входе, тоже слегка пьяная, поигрывая неизменным хлыстом. Главарь банды отметил: это хорошо, что она взяла с собой хлыст! Марта, увидев босса, спросила:

— Что-то случилось, Юрий Александрович?

— Нет. Просто поговорить надо.

— Здесь? Может, ко мне поднимемся?

— Думай, что предлагаешь! Я вызвал тебя в подвал, чтобы подняться в комнату? Иди за мной!

Гладарев направился в конец коридора, где находился дальний, звукоизолированный отсек! Марта, помня об угрозе расправы, все же пошла за боссом, думая, что тот решил припугнуть ее — ну, может, пару раз ударить своей дубинкой, так, для проформы. Она нарушила его запрет трогать клиентов, ожидавших обработки. И должна понести наказание. Но Клавдии Лазаренко в голову не могло прийти, каким станет это наказание. Поэтому спокойно вошла в отсек следом за начальником, ожидая, что для начала босс наорет на нее. Но ошиблась. Гладарев резко развернулся и нанес рубящий удар мгновенно снятой с пояса дубинкой по голове надзирательницы, лишив ее сознания. Когда Лазаренко очнулась и почувствовала, что лежит на полу голая, со сведенными назад и закованными в наручники руками, она поняла, что Гладарев привел ее сюда не для того, чтобы припугнуть, а для того, чтобы убить. И хлыст Марты находился в руках босса. А ведь именно этим хлыстом он обещал забить ее до смерти, если она еще раз тронет кого-нибудь из подопытных сопляков. А она, дура, тронула, посчитав, что Гладарев не посмеет убить ее. Кого угодно, но не ее, преданно служившую бывшему Комитету половину своей сознательной жизни. Лазаренко откатилась к стене, с ужасом глядя на Гладарева.

Тот, прикурив сигарету и поигрывая хлыстом, спросил:

— Ну что, паскуда трухлявая, доигралась?

Марта прошептала ставшими непослушными губами:

— Юрий Александрович! Я же с вами столько…

Но Гладарев прервал надсмотрщицу:

— Заткнись, стерва! Говорить буду я, а ты… ты слушай и запоминай! Или молись! Я запретил тебе трогать клиентов. Ты ответила, что все поняла. И тут же вновь взялась за хлыст! Это значит, что ты, сука, потеряла нюх и решила, что можешь игнорировать меня! Вспомни, о чем именно я предупреждал тебя?

Кровавая Марта промолвила:

— Виновата, Юрий Александрович, я… я…

— Заякала, шлюха изношенная! Ты была предупреждена, что в случае нарушения приказа подвергнешься казни! И даже после этого ты посмела нарушить приказ! Что ж, Клавдия Константиновна, вы сами подписали себе приговор!

Лазаренко закричала:

— Не-ет!

На что отставной генерал лишь усмехнулся.

— Кричишь? Кричи! Так даже лучше. Больше удовольствия мне доставишь! Вот только вопли твои так и останутся в этом отсеке!

— Не надо, Юрий Алек…

Но Гладарева уже ничто не могло остановить.

Он прервал мольбу подчиненной ударом ботинка в челюсть, на пол хлынула кровь с осколками выбитых зубов. И начал бить незащищенное тощее тело надзирательницы хлыстом. Каждый удар рассекал кожу, доставлял Марте жгучую боль. От вида кровавых рубцов Гладарев распалялся еще больше. Слюна показалась в углах его оскаленного рта. Он не выбирал места на теле жертвы, а бил куда попало, совершенно потеряв голову. Марта кричала, и это еще более подстегивало изверга. Хлыст бесперебойно взлетал вверх, чтобы тут же обрушиться на жертву. Наконец и крики смолкли, и рука устала.

Гладарев остановился, глядя на превращенное в сплошное месиво тело надзирательницы. Но она еще была жива.

Гладарев схватил Марту за волосы и потащил ее к чугунной ванне, стоявшей в углу отсека. Надзирательница стонала. Перевалив тело через борт и отбросив ненужный теперь хлыст, бывший генерал вытащил тесак, боевой десантный нож. Наклонившись, он схватил женщину левой рукой за глазницы и рванул голову вверх. Замер, получая сатанинское наслаждение перед последним ударом, и с криком полоснул лезвием по туго натянутой коже горла своей жертвы. Ванна начала наполняться кровью, а Гладарев все держал голову Марты, глядя, как из широкой зияющей раны выталкивается черная густая кровь, и чувствуя под рукой предсмертные судороги бывшей подельницы! Поняв, что та умерла, отнял руку. Голова гулко ударилась о дно, разбрызгав по стенкам кровь. Дело было сделано.

Гладарев поднял черную блузку Лазаренко, вытер о нее нож. Осмотрел себя. На одежде несколько темных капель. Не запачкался. Забрав дубинку, вышел в коридор. Поднялся на первый этаж. Приказал часовому у бронированной двери:

— Пшел на улицу!

Боевик метнулся к выходу. Гладарев крикнул:

— Городов!

В одной из дверей показалась физиономия начальника охраны объекта.

— Слушаю, босс!

Главарь указал на дверь подвала:

— Я свое сделал! Теперь твоя очередь!

— Не беспокойтесь, Юрий Александрович, я уже вызвал Берета к площадке у болота. Сейчас сам выхожу туда.

— Хорошо! И после с Торопко Марту не забудьте в трясину бросить. Но вынести из дома так, чтобы ни одна душа не видела!