Гражданский спецназ - Альберт Байкалов

Закончив монолог, Антон отпустил парня и, выпрямившись, посветил по углам комнаты. Никаких предметов, которые мог использовать Пчелкин для нападения, больше в ней не было.

– Я ничего не знал, – простонал Пчелкин. – За что ты издеваешься надо мной? Лучше убей.

– Рано ты расклеился, – брезгливо сплюнул на пол Антон. – Хотя бы приличия ради недельку продержался. А на твой вопрос, почему я так с тобой поступаю, ответ простой: ты не имеешь права жить. По крайней мере нормально. Совсем недавно строил планы, как лучше потратить деньги, которые тебе заплатят за соучастие в моем убийстве, а сейчас просишь о сострадании.

– Я не знал, – в очередной раз проскулил Пчелкин.

– Даже если бы это было так, я бы все равно не поменял своего мнения. Незнание законов не освобождает от ответственности.

– Хотя бы скажи, что меня ждет? – Парень поднял на Антона умоляющий взгляд. – Я с ума сойду.

– Ты давно сошел, – спокойно ответил Антон. – Нормальный человек никогда не будет убивать ради денег.

– Где хотя бы я нахожусь? – спросил Пчелкин.

– В чистилище, – не задумываясь, ответил Антон и, достав сигарету, закурил. – Я вообще-то не для того сюда приехал, чтобы тебя покормить, а потом развлекать. – Он отошел к двери и прислонился к косяку спиной. – Это так, попутно. Ты мне в прошлый раз забыл дать свой адрес.

– Зачем он тебе? – почему-то удивился Пчелкин.

Антон опешил:

– Передачки твою жену попрошу тебе возить.

Вздохнув, парень назвал адрес и телефон.

Антон вышел в коридор и хотел уже закрыть за собой дверь, как из темноты донесся торопливый голос Пчелкина:

– Привези, пожалуйста, бинты и йод. – Он всхлипнул. – Руки после твоих допросов с пистолетом загнивают.

* * *

С момента звонка Малахова на пульт дежурного о вооруженном нападении на генерального директора «Нефптона» прошло минут пятнадцать, когда подъехала машина патрульно-постовой службы.

Невысокий старший лейтенант, бегло осмотрев трупы, подошел к Малахову и закурил.

– Вы звонили? – он кивнул в сторону безжизненно лежащих тел.

Малахов кивнул головой.

– Ничего не трогали?

– Нет. – Малахов вздохнул. – А что ждем?

– Оперативно-следственную бригаду, – милиционер удивленно посмотрел на Малахова. – А что?

– Да так, ничего, в первый раз в такой ситуации.

– В какой? – не понял милиционер. – Вы что, с ними были?

– Не только. Киллера я застрелил.

– А где оружие? – засуетился милиционер, принявший, видимо, поначалу Малахова за случайного свидетеля.

Андрей вынул из кобуры пистолет и, протянув его удивленному милиционеру, усмехнулся:

– Я являюсь личным телохранителем потерпевшего, а недавно был назначен на место его заместителя и замену себе найти не успел.

– Пройдите в машину. – На всякий случай милиционер взял Малахова под руку, но тут на пирс вырулили микроавтобус с проблесковым маячком и «Скорая помощь».

Старший лейтенант, не отпуская от себя Малахова, направился встречать коллег.

За несколько последующих часов из Малахова в буквальном смысле вытрясли душу, по несколько раз задавая одни и те же вопросы, заставляя описывать динамику событий, расписываться в каких-то документах, объяснять наличие у него огнестрельного оружия.

Андрей раз за разом, боясь что-нибудь напутать, повторял заранее выдуманную версию случившегося, по которой выходило, будто Бобров еще с вечера предложил осмотреть давно не функционирующий пирс на предмет вероятного взятия его в аренду. Они планировали примерно определить стоимость работ на его реконструкцию.

Волынкин, телохранитель Боброва, должен был к этому времени привезти сюда специалиста – оценщика и сметчика.

Когда Малахов с Бобровым подъехали к условленному месту, Волынкин поджидал их почему-то один. Александр Михайлович вышел из машины и сразу направился к нему. Малахов, все еще находясь в машине, неожиданно увидел вышедшего из-за труб человека, который открыл огонь из пистолета.

Выпрыгнув из машины, Малахов оказался не замеченным нападавшим, что дало ему время достать пистолет. Когда Андрей выглянул из-за машины, Волынкин и Бобров уже лежали на земле. Услышав шум, нападавший вскинул руку с оружием, и Андрею ничего не оставалось делать, как открыть огонь на поражение.

Было уже темно, когда наконец, закончив все формальности, ему предложили проехать еще и в прокуратуру. Капитан юстиции, взяв с него подписку о невыезде и допросив еще раз, отпустил лишь поздно вечером.

Выжатый как лимон, он появился на пороге дома около полуночи.

Наталья сидела на диване, подобрав под себя ноги.

– Ты от радости или с горя? – кивнул он на почти пустую бутылку вина, стоящую прямо на полу рядом с переполненной окурками пепельницей.

– От страха. – Она, всхлипнув, взяла со столика пачку сигарет. Убедившись, что она пуста, скомкала и бросила рядом с пепельницей. – По телевизору в «Новостях» все показали.

Она закрыла лицо руками. Малахов присел с ней рядом.

– Успокойся. – Он провел ладонью по ее голове. – Все уже позади.

– У тебя еще есть что-нибудь выпить? – Убрав руки от лица, она вопросительно посмотрела на него воспаленными от слез глазами.

Сходив на кухню, он принес бутылку водки.

– После вина плохо не будет? – осторожно спросил Андрей, глядя на Наталью.

– Хуже точно не будет. – Она взяла из его рук бутылку и сама налила себе в стакан. – Еще вчера я его так ненавидела, так ждала его смерти, а сейчас…

Выпив, она зажмурилась, а по ее лицу вновь потекли слезы.

– Все. – Малахов решительно встал и, забрав бутылку, отставил ее в сторону. – Больше не пьешь. Тебе завтра вступать в управление компанией.

Наталья посмотрела на Малахова с удивлением:

– Дай мне прийти в себя.

Задумчиво посмотрев на Наталью, Малахов наконец снял пиджак и ослабил галстук.

– Если собираешься тянуть резину, то я против.

– Это кто тянет? – возмутилась Наталья. – Если бы не моя настойчивость, ничего бы до сих пор не сдвинулось с места. Между прочим, после такого количества загадочных смертей вокруг компании осталось еще только выставить наши с тобой отношения напоказ, и два подозреваемых уже есть.

– Ты о количестве смертей заговорила. А знаешь, из-за чего эта мясорубка? – Малахов нахмурил брови и пристально посмотрел в глаза Натальи.

Она пожала плечами.

– Не знаю и знать не хочу. Не мое дело.

Малахов посмотрел на часы, взял сотовый и набрал номер Обуха.